Тужась до красноты в попытках родить против шерсти каких-нибудь новых санкций, евросволочь осенилась, вдохновилась и додумалась: запретить въезд в свой райский сад всем, кто с оружием в руках и вообще в рядах армии участвовал в деукраинизации. Еще не решение, но инициатива, которая от того, чтобы стать решением, никуда не денется.
Ход мыслей здесь, скорее всего, таков. Поголовное наказание всех фронтовиков строгим европейским господином лишит их важнейшей жизненной перспективы в лице того самого райского сада. Все фронтовики на этой почве фрустрируются до глубины души. Осознают, что в утрате этой жизненной перспективы виноват исключительно проклятый режим. И, видимо, все как один пойдут его валить. И, видимо, свалят, а потом развернутся к строгому господину с покаянием за слезинку хохла. И наступит у всего цивилизованного человечества перемога невиданного в веках масштаба.
Внимания это все заслуживает потому, что уровень мышления европейской сволочи на данном примере демонстрируется не какой-то из ряда вон, а самый что ни на есть типичный и характерный. И независимо от того, что конкретно ждет евросволочь в перспективе месяца, года, десятилетия и поколения, в начале любой цепочки предстоящих им событий будет прочно восседать их нутряной, кондовый и неизлечимый коллективный идиотизм.
В Константиновке, если до поры вынести за скобки ее северо-западный аппендикс, счет, похоже, пошел максимум на недели: характер боев в центре города все ближе к зачистке одного квартала за другим от окруженцев, не успевших ни сбежать, ни сдаться, ни сдохнуть.
На ближних подступах к Славянску с Краматорском с востока преодолен на довольно широком фронте рубеж канала Северский Донец - Донбасс, и по целям в Краматорске уже вовсю работает артиллерия. На северном берегу Донца городские бои в Святогорске и Красном Лимане сопровождаются развитием их охвата, и в какие потери хохлам обходятся попытки снабжать недобитков в обоих городах, легко представить.
На самом севере оскольского левобережья остаток бандеровского плацдарма сжимается небыстро, но неуклонно и без малейших шансов остановить и тем более развернуть тенденцию. Дочищен он будет самое позднее до конца лета.
В харьковском и сумском приграничье хохлы не в состоянии зацепиться ни в одном месте, где их акцентированно жмут, каждый день теряя новые позиции на множестве участков. Где именно у них рано или поздно капитально лопнет - в лесах, прикрывающих Сумы с севера и востока, на недавно открытом новом направлении на Харьков через Казачью Лопань, в других местах из пары сотен километров активного фронта в приграничье или на спокойном на сегодня участке - не предсказать. Но предпосылок для того, чтобы именно капитально лопнуло, в избытке.
Общий знаменатель у всех этих (и еще ряда не упомянутых) сюжетов один: большие, и не поддающиеся разрешению, проблемы хохлов с личным составом, особенно первой линии, плюс большой, и не поддающийся купированию, диспаритет в совокупной огневой мощи.
И усиление до последнего доступного нелюди предела террористических нахрюков на наши тылы, и новая порция воплей про прекращение огня, и новые провокации вроде удара собственным дроном по хранилищу ядерных отходов в Чернобыле, и совершенно бешеная активность всех форм укропропаганды на нашу аудиторию с целью запугать и разжечь желание сдаваться за два шага от победы, лишь бы прекратился террор - причина у всего перечисленного общая. Ясное понимание, что в моменте фронт неустойчив, а в перспективе треснет, и что военными средствами противостоять этой перспективе невозможно.
Когда мы сменим поршни на стилеты и будем ли делать это в принципе, я не предскажу: вопрос не только военный, но и политический, вернее, геополитический, требующий учета великого множества самых разных факторов. Возможно и даже вероятно, это произойдет не так быстро, как хотелось бы очень многим. Но независимо от конкретного срока, который остался до финишной прямой, надо очень ясно понимать: нам как стране и обществу для победы надо просто дотерпеть, причем дотерпеть неизмеримо меньшее, чем ежедневно приходится терпеть свинарнику, и на фронте, и в ближних его тылах, и на всю его глубину. В этом месте у врага есть какие-то шансы хотя бы в теории, во всех других - шансов у него нет в принципе, и только от нас зависит, чтобы их в помине не было и здесь.
В главной сюжетной линии суда ЦБ с Euroclear после совсем еще недавнего удовлетворения иска судом первой инстанции успело произойти много интересного и характерного.
15 мая - это самое решение об удовлетворении иска в полном объеме.
29 мая - изготовление полного текста решения. Времени на него ушло немного больше, чем положено по закону, но и объем мотивированного решения представить несложно: минимум это многие десятки страниц очень плотного и обязанного быть безупречным текста, но вполне не исключено, что страниц вышло и трехзначное число.
3 июня - ответчик подает апелляционную жалобу, и на первый взгляд это очень большая неожиданность: по закону у него на это был месяц начиная с 29 мая, а жалоба бегом-бегом подготовлена за четверо суток и подана на пятые. По ряду косвенных признаков видно, что в суде первой инстанции ответчик стремился затянуть разбирательство всеми доступными средствами, прямо самозабвенно и далеко за гранью приличия - а тут у нанимателя говорящих в зале заседания голов что-то щелкнуло, концепция изменилась, и подход сменился с "тянуть" на "форсировать". Вероятно, потому, что 26 мая, как мы помним, было удовлетворено ходатайство ЦБ об обращении решения к немедленному исполнению, а 2 июня уже был выдан исполнительный лист, и смысл пытаться выиграть еще толику времени до начала исполнительных действий отпал.
На принятие апелляционной жалобы к производству у суда второй инстанции по закону пять дней, на ее рассмотрение - три месяца. Но жалобу к производству апелляционный суд принимает в день ее поступления, то есть 3 июня, и назначает ее рассмотрение на 8 июня. Хотели быстро - вот вам быстро, никто не против.
8 июня апелляционная жалоба рассмотрена и оставлена без удовлетворения, решение вступило в силу месяца на полтора раньше, чем можно было предполагать, и формальное свойство исполнимости оно с этого момента приобрело не только в нашей юрисдикции, но и везде, куда его теперь могут отнести за признанием и исполнением.
Дебют разыгран полностью, и его последние ходы сделаны в очень высоком темпе. Ради чего конкретно этот темп был взят, имеем все шансы увидеть совсем скоро. В понимании, что следующие ходы будут в первую очередь плодом политических решений - скорее всего, уже принятых.
В сущности не так важно, сколько конкретно голосов - скорее сотен тысяч, чем десятков тысяч - пририсовал себе Мыкола Пашинюк. Не так важно не потому, что от огромной российской диаспоры участвовать в выборах смогли те доли процента, кто добрался до Армении, чтобы проголосовать. Даже не потому, что репрессии в отношении оппозиции перед и во время выборов были массовыми, демонстративными, неизбирательными. А потому, что независимо от конкретного количества пририсованных голосов силовики сохранят полную подконтрольность режиму. Те самые силовики, которые осенью 2020 поголовно предали Карабах своим демонстративным нейтралитетом, тому самому режиму, который заложил это предательство в самый фундамент своего курса.
Любоваться всем, что будет происходить в республике дальше, мы будем в понимании, что на манеже остается все та же навальнятина, причем власть на этот раз откровенно узурпировавшая. И готовая из этого положения делать, в том числе в отношении дальнейшей десуверенизации, абсолютно все, чего возжелают хозяева, лишь бы хозяев как фактический источник своей власти радовать, а саму власть удерживать любой ценой и поперек любых интересов подданных.
Подданным в любом случае будет больно, а наблюдателям в любом случае будет поучительно: сценарии десуверенизации могут различаться, но итог у них всегда один и всегда страшноватый.
Вечерний лондонский сходняк на троих с половиной (хозяева, немцы, французы плюс занюханный) снова подтвердил свои полностью оторванные от реальности представления о прекрасном. Прекращение огня по линии фронта, ввод на хутор иностранных войск, непризнание текущих территориальных итогов деукраинизации и, конечно, репарации, как же без них. Вопрос целесообразности переговоров с евросволочью, с которым в принципе и так все было ясно, на этом можно считать закрытым окончательно: на такой платформе у них нет шансов даже начаться. Независимо от того, сколько еще болтовни о необходимости диалога сейчас продолжит оттуда разноситься: слезть с этих позиций для евросволочи будет равнозначным росписи в катастрофическом поражении, и продолжать за них цепляться она будет столько, сколько сможет физически - по самой меньшей мере пока хохлы в состоянии организованно сопротивляться.
И именно поэтому мы весьма заинтересованы в как можно более продленном действии ормузской удавки. Вопрос не столько даже прямой материальной выгоды, хотя и ею пренебрегать нельзя, сколько накопительного эффекта ослабления врага. По мере исчерпания резервов нефти и нефтепродуктов, да и не только их, ему предстоит сначала переход от взлетевших ценников к физическому дефициту, а потом трансляция этого дефицита в производственные цепочки всех следующих переделов. Это вопрос даже не слома воли европейских элиток к сопротивлению - цепляться, повторю, в базовом сценарии будут до последнего - а подрыва его, сопротивления, экономической и на следующем шаге социальной базы. Если удавка проработает еще хотя бы в течение лета и тем более если Ближний Восток за это время взорвется повторно, качество боли для европейской экономики будет совсем другим, чем прямо сейчас. И запас ее прочности на случай эскалации вширь - тоже.
Во что выльется резкое ближневосточное обострение, что началось вечером и продолжается прямо сейчас, судить пока рано. Но в способности кровожадного поца Биби в этом отношении продолжаем верить всей душой, как и в наличие у Ирана воли продолжать стоять на всем том, чего ни Биби, ни Трамп не примут в жизни. Эта воля сама по себе - достаточно надежная предпосылка, чтобы удавка продолжала работать, даже если текущее обострение возьмет и рассосется.
Вчитался в субботний доклад Сечина на ПМЭФ. Рекомендую сделать это же (сам доклад и презентация к нему) всем, кто помнит слова Путина на "Валдае" почти четырехлетней давности, что мир вошел в десятилетие большой турбулентности, и хочет лучше понимать геоэкономическое измерение этих слов. Множество цифр, неоспоримых и неумолимых, складывающихся в скучные на беглый взгляд слова "системные дисбалансы", не только описывают предпосылки этой турбулентности, но и формируют вывод из них: выживет тот, кто лучше других будет готов к этому, до настоящего конца системного кризиса и формирования новой нормальности еще очень далеко, а дождутся его далеко не все.
Чем дисбалансы глубже, тем вытекающие из них противоречия мировых игроков острее, и тем непреложнее, сильнее и разрушительнее между ними будет искрить - с тех времен, когда модерн только начинал прорастать из традиции, эта закономерность подтверждена не раз. И именно этот контекст полезно регулярно освежать в памяти при осмыслении и в целом происходящего в мире верхнеуровнево, и той всенародной работы, которую на этом фоне пятый год ведем мы, и тех, далеко не сводимых к хохлам, целей, которые преследуем ради своего места в историческом завтра - и которые категорически несовместимы с целеполаганием противника. У кого, несколько упрощая, с запасом прочности окажется лучше, тот в будущее и попадет - и обратное не менее верно.
Объективно все необходимое для решения этой задачи у нас есть. Субъективно, чтобы она была решена, нам (и сейчас я опять не только и не столько о хохлах) должно хватить воли, дыхания и единства. Ровно об этом, собственно, и нахожу нелишним напомнить.
Полюбуемся наглядно самым, наверное, ключевым внутренним разломом свинарника. Людолов сначала угодил на фронт за неудачливость в отлове, потом попал в госпиталь, и жертвы отлова его там подвергают некоторым развлечениям. Еще крайне невинным, если вдуматься, но все равно заслуженным тысячекратно.
Когда укрогосударственность затрещит, такие - и еще далеко не такие - сцены будут тиражироваться тоже тысячекратно; не сильно ошибусь, если предположу, что людоловский контингент, кто не успеет удрать до начала хаоса, по факту окажется вне закона весь, сразу и полностью, и не исключено, что по самкам людоловов и прочим членам семей тоже полетит рикошетом.
Не берусь судить, многие ли переживут этот, так сказать, всенародный карнавал, но если живая инициатива масс додумается метить переживших чем-то вроде клейма на лоб единого образца, удивляться не придется совершенно.
Люблю наблюдать, как на хуторе пробалтываются. Тернопольский агитлисток радует стадо перемогой: из местной женской колонии отправлены на фронт очередные 22 хохлушки. А всего, радостно отчитывается администрация колонии, из нее отправлено на мясо уже свыше сотни рыл.
Женских колоний на сопредельной территории, докладывают в один голос искусственные идиоты, шесть штук. И счет зэчкам, которым уже выписан билет в один конец, идет, таким образом, на многие сотни. Чему их там на пути к неизбежному, как и множество других военнослужащих хохлушек, подвергают "пибратымы" в естественной и извращенной форме, гадать не приходится, жалеть, впрочем, тоже.
Это все - в порядке стопятисотой, но в этот раз особенно наглядной, иллюстрации к тезису, какая бездонная пропасть с личным составом там существует и углубляется далее. Переходом к отлову младших возрастов (в огромной части, впрочем, успевших удрать до пана) паханы решать давно перезревшую проблему хронически не решаются - и ничем иным, кроме страха внутреннего взрыва, объяснить это давно невозможно. А выскребание остатков доступного ресурса со дна и стенок способно коллапс несколько отсрочить, но неспособно отменить.
И в первую очередь именно в этом контексте я бы оценивал вчерашний доклад Верховного народу, как паханы свинарника лезут, в том числе непублично, из кожи вон, чтобы вымутить личную встречу, пропетлять на прекращение огня и так далее; все до единого террористические нахрюки мыслятся паханами как средство к достижению этой самой цели. Запугать нас до такой степени, чтобы вынудить убрать руки с уже хрустящего щетинистого горла и дать зверю придти в себя, чтобы потом он бросился с утроенной силой. И запугать прямо сейчас, как можно скорее - и ровно потому, что с остатками запаса прочности, особенно по людям, там совсем плохо, дно у этого остатка уже видно. Даже в условиях, когда форсажа на фронте мы пока не включаем.
Вот такой предмет в ответ на эти помыслы вам на рыло в целом и на пятачок в частности. Пардона не получите, даже мечтать об этом не смейте. Дотерпим. Додушим. Добьем. И развеем по ветру все, что будет необходимо развеять, чтобы в нашем будущем украинством не смердело ни на молекулу, ни на квант.
Среди многих других акцентов выступления Путина на пленарной сессии ПМЭФ не пройти мимо вынесения на глобальный уровень давнего-давнего предупреждения: замучаетесь пыль глотать. Не столько даже потому, что идет и еще долго будет идти беспрецедентная глобальная структурная трансформация. Сколько потому, что проигрывающая в этой трансформации сторона, она же, собственно, наш противник, не может не продолжать использовать в качестве оружия свою инфраструктуру, торговую, финансовую, валютную, расчетную, даже правовую, которая еще совсем недавно была монопольной - и именно эта монополия продолжает на глазах утекать у них сквозь пальцы. Утекать просто по факту продолжающейся необратимой цивилизационной деградации противника, которая сама по себе стимулирует, причем по нарастающей, самые беспредельные формы эксплуатации того, что пока еще остается от уходящего преимущества - и конкретные случаи этого беспредела в отношении кого угодно, чей курс окажется поперек представлений бывшего гегемона о прекрасном, ждать себя не заставят.
Способ противодействия этой угрозе тоже назван: убирать зависимость от беспредельщиков так же, как ее сумели убрать мы. В том числе путем участия в формировании альтернативной, замещающей инфраструктуры, независимой от беспредельщиков, и дальнейшего переезда на нее, без чего будут немыслимы ни реальная суверенизация отдельных стран, ни их полноценное участие в становлении многополярности, ни их достойное место в завтрашнем мире.
Не то чтобы все сказанное Путиным по этой теме было прямо совсем откровением, но в такой акцентированной форме это прозвучало, пожалуй, впервые. И прислушиваться к этим словам, прогнозам и советам в самых разных местах глобуса, несомненно, будут. А самые дальновидные - не только прислушиваться, но и действовать, не дожидаясь жареного петуха.
Азербайджанский наследственный вождь, как известно, годами упражняется в самой злокачественной укрофилии и активнейшим образом пропагандирует ее среди подданных. Сегодня хохлы в своем привычном духе "посади свинью за стол" выразили и вождю, и подданным самую щирую благодарность: в Азовском море беспилотники ночью ударили по нескольким судам с азербайджанскими экипажами, убитых пятеро, раненых трое.
Когда на то есть команда, гнать волну азербайджанская пропаганда начинает мгновенно и визгливо. Последний пример - первые числа марта, самое начало иранской войны. Когда по аэропорту в Нахичевани усосали дронами, как сейчас вполне очевидно, израильскими, и вся тамошняя шакалья свора мигом начала наперебой самовыражаться про неисчислимые преступления муллократического, в смысле иранского, режима и необходимость его немедленного демонтажа. Вождю, правда, быстро хватило чувства самосохранения понять, чем для республики кончится прямое вступление в войну, и волну свернули, как и не было - но насладиться ею ценители все равно успели.
Сейчас ничего похожего в азербайджанском информпространстве не наблюдается и близко. Что говорит об очевидном политическом решении утереть с лица и вай-по-братски считать, что ничего заслуживающего внимания и подавно реакции и не было. А что пятью подданными от хохлиной руки стало меньше, так кто тех подданных считать будет.
Тужась до красноты в попытках родить против шерсти каких-нибудь новых санкций, евросволочь осенилась, вдохновилась и додумалась: запретить въезд в свой райский сад всем, кто с оружием в руках и вообще в рядах армии участвовал в деукраинизации. Еще не решение, но инициатива, которая от того, чтобы стать решением, никуда не денется.
Ход мыслей здесь, скорее всего, таков. Поголовное наказание всех фронтовиков строгим европейским господином лишит их важнейшей жизненной перспективы в лице того самого райского сада. Все фронтовики на этой почве фрустрируются до глубины души. Осознают, что в утрате этой жизненной перспективы виноват исключительно проклятый режим. И, видимо, все как один пойдут его валить. И, видимо, свалят, а потом развернутся к строгому господину с покаянием за слезинку хохла. И наступит у всего цивилизованного человечества перемога невиданного в веках масштаба.
Внимания это все заслуживает потому, что уровень мышления европейской сволочи на данном примере демонстрируется не какой-то из ряда вон, а самый что ни на есть типичный и характерный. И независимо от того, что конкретно ждет евросволочь в перспективе месяца, года, десятилетия и поколения, в начале любой цепочки предстоящих им событий будет прочно восседать их нутряной, кондовый и неизлечимый коллективный идиотизм.
В Константиновке, если до поры вынести за скобки ее северо-западный аппендикс, счет, похоже, пошел максимум на недели: характер боев в центре города все ближе к зачистке одного квартала за другим от окруженцев, не успевших ни сбежать, ни сдаться, ни сдохнуть.
На ближних подступах к Славянску с Краматорском с востока преодолен на довольно широком фронте рубеж канала Северский Донец - Донбасс, и по целям в Краматорске уже вовсю работает артиллерия. На северном берегу Донца городские бои в Святогорске и Красном Лимане сопровождаются развитием их охвата, и в какие потери хохлам обходятся попытки снабжать недобитков в обоих городах, легко представить.
На самом севере оскольского левобережья остаток бандеровского плацдарма сжимается небыстро, но неуклонно и без малейших шансов остановить и тем более развернуть тенденцию. Дочищен он будет самое позднее до конца лета.
В харьковском и сумском приграничье хохлы не в состоянии зацепиться ни в одном месте, где их акцентированно жмут, каждый день теряя новые позиции на множестве участков. Где именно у них рано или поздно капитально лопнет - в лесах, прикрывающих Сумы с севера и востока, на недавно открытом новом направлении на Харьков через Казачью Лопань, в других местах из пары сотен километров активного фронта в приграничье или на спокойном на сегодня участке - не предсказать. Но предпосылок для того, чтобы именно капитально лопнуло, в избытке.
Общий знаменатель у всех этих (и еще ряда не упомянутых) сюжетов один: большие, и не поддающиеся разрешению, проблемы хохлов с личным составом, особенно первой линии, плюс большой, и не поддающийся купированию, диспаритет в совокупной огневой мощи.
И усиление до последнего доступного нелюди предела террористических нахрюков на наши тылы, и новая порция воплей про прекращение огня, и новые провокации вроде удара собственным дроном по хранилищу ядерных отходов в Чернобыле, и совершенно бешеная активность всех форм укропропаганды на нашу аудиторию с целью запугать и разжечь желание сдаваться за два шага от победы, лишь бы прекратился террор - причина у всего перечисленного общая. Ясное понимание, что в моменте фронт неустойчив, а в перспективе треснет, и что военными средствами противостоять этой перспективе невозможно.
Когда мы сменим поршни на стилеты и будем ли делать это в принципе, я не предскажу: вопрос не только военный, но и политический, вернее, геополитический, требующий учета великого множества самых разных факторов. Возможно и даже вероятно, это произойдет не так быстро, как хотелось бы очень многим. Но независимо от конкретного срока, который остался до финишной прямой, надо очень ясно понимать: нам как стране и обществу для победы надо просто дотерпеть, причем дотерпеть неизмеримо меньшее, чем ежедневно приходится терпеть свинарнику, и на фронте, и в ближних его тылах, и на всю его глубину. В этом месте у врага есть какие-то шансы хотя бы в теории, во всех других - шансов у него нет в принципе, и только от нас зависит, чтобы их в помине не было и здесь.
В главной сюжетной линии суда ЦБ с Euroclear после совсем еще недавнего удовлетворения иска судом первой инстанции успело произойти много интересного и характерного.
15 мая - это самое решение об удовлетворении иска в полном объеме.
29 мая - изготовление полного текста решения. Времени на него ушло немного больше, чем положено по закону, но и объем мотивированного решения представить несложно: минимум это многие десятки страниц очень плотного и обязанного быть безупречным текста, но вполне не исключено, что страниц вышло и трехзначное число.
3 июня - ответчик подает апелляционную жалобу, и на первый взгляд это очень большая неожиданность: по закону у него на это был месяц начиная с 29 мая, а жалоба бегом-бегом подготовлена за четверо суток и подана на пятые. По ряду косвенных признаков видно, что в суде первой инстанции ответчик стремился затянуть разбирательство всеми доступными средствами, прямо самозабвенно и далеко за гранью приличия - а тут у нанимателя говорящих в зале заседания голов что-то щелкнуло, концепция изменилась, и подход сменился с "тянуть" на "форсировать". Вероятно, потому, что 26 мая, как мы помним, было удовлетворено ходатайство ЦБ об обращении решения к немедленному исполнению, а 2 июня уже был выдан исполнительный лист, и смысл пытаться выиграть еще толику времени до начала исполнительных действий отпал.
На принятие апелляционной жалобы к производству у суда второй инстанции по закону пять дней, на ее рассмотрение - три месяца. Но жалобу к производству апелляционный суд принимает в день ее поступления, то есть 3 июня, и назначает ее рассмотрение на 8 июня. Хотели быстро - вот вам быстро, никто не против.
8 июня апелляционная жалоба рассмотрена и оставлена без удовлетворения, решение вступило в силу месяца на полтора раньше, чем можно было предполагать, и формальное свойство исполнимости оно с этого момента приобрело не только в нашей юрисдикции, но и везде, куда его теперь могут отнести за признанием и исполнением.
Дебют разыгран полностью, и его последние ходы сделаны в очень высоком темпе. Ради чего конкретно этот темп был взят, имеем все шансы увидеть совсем скоро. В понимании, что следующие ходы будут в первую очередь плодом политических решений - скорее всего, уже принятых.
В сущности не так важно, сколько конкретно голосов - скорее сотен тысяч, чем десятков тысяч - пририсовал себе Мыкола Пашинюк. Не так важно не потому, что от огромной российской диаспоры участвовать в выборах смогли те доли процента, кто добрался до Армении, чтобы проголосовать. Даже не потому, что репрессии в отношении оппозиции перед и во время выборов были массовыми, демонстративными, неизбирательными. А потому, что независимо от конкретного количества пририсованных голосов силовики сохранят полную подконтрольность режиму. Те самые силовики, которые осенью 2020 поголовно предали Карабах своим демонстративным нейтралитетом, тому самому режиму, который заложил это предательство в самый фундамент своего курса.
Любоваться всем, что будет происходить в республике дальше, мы будем в понимании, что на манеже остается все та же навальнятина, причем власть на этот раз откровенно узурпировавшая. И готовая из этого положения делать, в том числе в отношении дальнейшей десуверенизации, абсолютно все, чего возжелают хозяева, лишь бы хозяев как фактический источник своей власти радовать, а саму власть удерживать любой ценой и поперек любых интересов подданных.
Подданным в любом случае будет больно, а наблюдателям в любом случае будет поучительно: сценарии десуверенизации могут различаться, но итог у них всегда один и всегда страшноватый.
Вечерний лондонский сходняк на троих с половиной (хозяева, немцы, французы плюс занюханный) снова подтвердил свои полностью оторванные от реальности представления о прекрасном. Прекращение огня по линии фронта, ввод на хутор иностранных войск, непризнание текущих территориальных итогов деукраинизации и, конечно, репарации, как же без них. Вопрос целесообразности переговоров с евросволочью, с которым в принципе и так все было ясно, на этом можно считать закрытым окончательно: на такой платформе у них нет шансов даже начаться. Независимо от того, сколько еще болтовни о необходимости диалога сейчас продолжит оттуда разноситься: слезть с этих позиций для евросволочи будет равнозначным росписи в катастрофическом поражении, и продолжать за них цепляться она будет столько, сколько сможет физически - по самой меньшей мере пока хохлы в состоянии организованно сопротивляться.
И именно поэтому мы весьма заинтересованы в как можно более продленном действии ормузской удавки. Вопрос не столько даже прямой материальной выгоды, хотя и ею пренебрегать нельзя, сколько накопительного эффекта ослабления врага. По мере исчерпания резервов нефти и нефтепродуктов, да и не только их, ему предстоит сначала переход от взлетевших ценников к физическому дефициту, а потом трансляция этого дефицита в производственные цепочки всех следующих переделов. Это вопрос даже не слома воли европейских элиток к сопротивлению - цепляться, повторю, в базовом сценарии будут до последнего - а подрыва его, сопротивления, экономической и на следующем шаге социальной базы. Если удавка проработает еще хотя бы в течение лета и тем более если Ближний Восток за это время взорвется повторно, качество боли для европейской экономики будет совсем другим, чем прямо сейчас. И запас ее прочности на случай эскалации вширь - тоже.
Во что выльется резкое ближневосточное обострение, что началось вечером и продолжается прямо сейчас, судить пока рано. Но в способности кровожадного поца Биби в этом отношении продолжаем верить всей душой, как и в наличие у Ирана воли продолжать стоять на всем том, чего ни Биби, ни Трамп не примут в жизни. Эта воля сама по себе - достаточно надежная предпосылка, чтобы удавка продолжала работать, даже если текущее обострение возьмет и рассосется.
Вчитался в субботний доклад Сечина на ПМЭФ. Рекомендую сделать это же (сам доклад и презентация к нему) всем, кто помнит слова Путина на "Валдае" почти четырехлетней давности, что мир вошел в десятилетие большой турбулентности, и хочет лучше понимать геоэкономическое измерение этих слов. Множество цифр, неоспоримых и неумолимых, складывающихся в скучные на беглый взгляд слова "системные дисбалансы", не только описывают предпосылки этой турбулентности, но и формируют вывод из них: выживет тот, кто лучше других будет готов к этому, до настоящего конца системного кризиса и формирования новой нормальности еще очень далеко, а дождутся его далеко не все.
Чем дисбалансы глубже, тем вытекающие из них противоречия мировых игроков острее, и тем непреложнее, сильнее и разрушительнее между ними будет искрить - с тех времен, когда модерн только начинал прорастать из традиции, эта закономерность подтверждена не раз. И именно этот контекст полезно регулярно освежать в памяти при осмыслении и в целом происходящего в мире верхнеуровнево, и той всенародной работы, которую на этом фоне пятый год ведем мы, и тех, далеко не сводимых к хохлам, целей, которые преследуем ради своего места в историческом завтра - и которые категорически несовместимы с целеполаганием противника. У кого, несколько упрощая, с запасом прочности окажется лучше, тот в будущее и попадет - и обратное не менее верно.
Объективно все необходимое для решения этой задачи у нас есть. Субъективно, чтобы она была решена, нам (и сейчас я опять не только и не столько о хохлах) должно хватить воли, дыхания и единства. Ровно об этом, собственно, и нахожу нелишним напомнить.
Полюбуемся наглядно самым, наверное, ключевым внутренним разломом свинарника. Людолов сначала угодил на фронт за неудачливость в отлове, потом попал в госпиталь, и жертвы отлова его там подвергают некоторым развлечениям. Еще крайне невинным, если вдуматься, но все равно заслуженным тысячекратно.
Когда укрогосударственность затрещит, такие - и еще далеко не такие - сцены будут тиражироваться тоже тысячекратно; не сильно ошибусь, если предположу, что людоловский контингент, кто не успеет удрать до начала хаоса, по факту окажется вне закона весь, сразу и полностью, и не исключено, что по самкам людоловов и прочим членам семей тоже полетит рикошетом.
Не берусь судить, многие ли переживут этот, так сказать, всенародный карнавал, но если живая инициатива масс додумается метить переживших чем-то вроде клейма на лоб единого образца, удивляться не придется совершенно.
Люблю наблюдать, как на хуторе пробалтываются. Тернопольский агитлисток радует стадо перемогой: из местной женской колонии отправлены на фронт очередные 22 хохлушки. А всего, радостно отчитывается администрация колонии, из нее отправлено на мясо уже свыше сотни рыл.
Женских колоний на сопредельной территории, докладывают в один голос искусственные идиоты, шесть штук. И счет зэчкам, которым уже выписан билет в один конец, идет, таким образом, на многие сотни. Чему их там на пути к неизбежному, как и множество других военнослужащих хохлушек, подвергают "пибратымы" в естественной и извращенной форме, гадать не приходится, жалеть, впрочем, тоже.
Это все - в порядке стопятисотой, но в этот раз особенно наглядной, иллюстрации к тезису, какая бездонная пропасть с личным составом там существует и углубляется далее. Переходом к отлову младших возрастов (в огромной части, впрочем, успевших удрать до пана) паханы решать давно перезревшую проблему хронически не решаются - и ничем иным, кроме страха внутреннего взрыва, объяснить это давно невозможно. А выскребание остатков доступного ресурса со дна и стенок способно коллапс несколько отсрочить, но неспособно отменить.
И в первую очередь именно в этом контексте я бы оценивал вчерашний доклад Верховного народу, как паханы свинарника лезут, в том числе непублично, из кожи вон, чтобы вымутить личную встречу, пропетлять на прекращение огня и так далее; все до единого террористические нахрюки мыслятся паханами как средство к достижению этой самой цели. Запугать нас до такой степени, чтобы вынудить убрать руки с уже хрустящего щетинистого горла и дать зверю придти в себя, чтобы потом он бросился с утроенной силой. И запугать прямо сейчас, как можно скорее - и ровно потому, что с остатками запаса прочности, особенно по людям, там совсем плохо, дно у этого остатка уже видно. Даже в условиях, когда форсажа на фронте мы пока не включаем.
Вот такой предмет в ответ на эти помыслы вам на рыло в целом и на пятачок в частности. Пардона не получите, даже мечтать об этом не смейте. Дотерпим. Додушим. Добьем. И развеем по ветру все, что будет необходимо развеять, чтобы в нашем будущем украинством не смердело ни на молекулу, ни на квант.
Среди многих других акцентов выступления Путина на пленарной сессии ПМЭФ не пройти мимо вынесения на глобальный уровень давнего-давнего предупреждения: замучаетесь пыль глотать. Не столько даже потому, что идет и еще долго будет идти беспрецедентная глобальная структурная трансформация. Сколько потому, что проигрывающая в этой трансформации сторона, она же, собственно, наш противник, не может не продолжать использовать в качестве оружия свою инфраструктуру, торговую, финансовую, валютную, расчетную, даже правовую, которая еще совсем недавно была монопольной - и именно эта монополия продолжает на глазах утекать у них сквозь пальцы. Утекать просто по факту продолжающейся необратимой цивилизационной деградации противника, которая сама по себе стимулирует, причем по нарастающей, самые беспредельные формы эксплуатации того, что пока еще остается от уходящего преимущества - и конкретные случаи этого беспредела в отношении кого угодно, чей курс окажется поперек представлений бывшего гегемона о прекрасном, ждать себя не заставят.
Способ противодействия этой угрозе тоже назван: убирать зависимость от беспредельщиков так же, как ее сумели убрать мы. В том числе путем участия в формировании альтернативной, замещающей инфраструктуры, независимой от беспредельщиков, и дальнейшего переезда на нее, без чего будут немыслимы ни реальная суверенизация отдельных стран, ни их полноценное участие в становлении многополярности, ни их достойное место в завтрашнем мире.
Не то чтобы все сказанное Путиным по этой теме было прямо совсем откровением, но в такой акцентированной форме это прозвучало, пожалуй, впервые. И прислушиваться к этим словам, прогнозам и советам в самых разных местах глобуса, несомненно, будут. А самые дальновидные - не только прислушиваться, но и действовать, не дожидаясь жареного петуха.
Азербайджанский наследственный вождь, как известно, годами упражняется в самой злокачественной укрофилии и активнейшим образом пропагандирует ее среди подданных. Сегодня хохлы в своем привычном духе "посади свинью за стол" выразили и вождю, и подданным самую щирую благодарность: в Азовском море беспилотники ночью ударили по нескольким судам с азербайджанскими экипажами, убитых пятеро, раненых трое.
Когда на то есть команда, гнать волну азербайджанская пропаганда начинает мгновенно и визгливо. Последний пример - первые числа марта, самое начало иранской войны. Когда по аэропорту в Нахичевани усосали дронами, как сейчас вполне очевидно, израильскими, и вся тамошняя шакалья свора мигом начала наперебой самовыражаться про неисчислимые преступления муллократического, в смысле иранского, режима и необходимость его немедленного демонтажа. Вождю, правда, быстро хватило чувства самосохранения понять, чем для республики кончится прямое вступление в войну, и волну свернули, как и не было - но насладиться ею ценители все равно успели.
Сейчас ничего похожего в азербайджанском информпространстве не наблюдается и близко. Что говорит об очевидном политическом решении утереть с лица и вай-по-братски считать, что ничего заслуживающего внимания и подавно реакции и не было. А что пятью подданными от хохлиной руки стало меньше, так кто тех подданных считать будет.