Аналитика каналаMaxКнига животных | Авторский блог

Сентябрь — Коллапс осиного общества. Они уходят в запой и становятся злыми! Каждый год примерно в двадцатых числах августа с осами происходит одно и то же. Оса становится наглой. Она лезет в стакан с компотом, садится на край тарелки, пикирует на арбуз. А если её попытаться согнать, то она вернётся и будет ещё долго портить отдых! На самом деле осе просто реально нечего делать, она хочет жахнуть вкусного и спокойно отойти в мир иной. Оса не звереет. У осы в конце лета рушится общество, в котором она прожила всю свою короткую жизнь, и она остаётся безработной, голодной и никому не нужной. То, что мы принимаем за агрессию, — это банальная старческая скука! Взрослая оса — хищник. Она ловит мух, гусениц, тлю, разделывает добычу мощными челюстями и уносит её в гнездо. Логично предположить, что она этим и питается. Так вот, нет. У неё та самая осиная талия — перетяжка настолько узкая, что через неё проходит только жидкость. Всё, что оса убивает и приносит домой, предназначено не ей. Это детское питание. Оса пережёвывает добычу в кашицу и скармливает её личинкам в бумажных ячейках гнезда. И вот тут происходит обмен, ради которого вся эта конструкция и существует: личинка в ответ выделяет капельку сладкой жидкости, а рабочая оса эту каплю слизывает. Это её зарплата. Она отработала смену, принесла ребёнку еду и получила глоток сиропа. Осиное гнездо — это не улей с запасами, как у пчёл. Там нет ни грамма мёда, ничего не откладывается на потом. Еда для взрослых производится детьми ровно в том объёме, в каком взрослые приносят еду детям. Пока в гнезде есть личинки, все сыты, все при деле, каждый нужен. Прикол в том, что эта экономика существует только до августа. Ближе к концу лета матка совершает последний в своей жизни управленческий манёвр: она выводит крылатых самцов и молодых маток, ради которых всё лето и работало гнездо. Они спариваются в воздухе, самцы гибнут, а оплодотворённые самки расползаются искать щели, где будут зимовать. Эти принцессы следующей весной начнут всё сначала. А старая матка просто прекращает откладывать яйца. Её жизненная программа полностью выполнена. И вот здесь всё сыплется. Последние личинки окукливаются, ячейки пустеют. В гнезде остаётся несколько сотен рабочих ос, у которых больше нет ни одного младенца. Кормить некого — исчезла работа, вся, целиком, вместе с профессией. И кормить их больше некому — исчез единственный источник сахара, к которому они были привязаны всю жизнь. Представьте предприятие, где сотни людей утром приходят на смену и обнаруживают, что цеха нет, начальство ушло, а зарплату выдавали в столовой, которую снесли ночью. Ей везёт. Сентябрь — самое сладкое время года в средней полосе. Под каждой яблоней лежит слой яблок, которые никто не собрал. Сливы падают и лопаются, виноград трескается. Всё это бродит и наполнено сладким бухлишком! И безработная оса летит на него. А заодно на компот, на варенье, на арбузную корку в мусорном ведре, на вашу тарелку, на вас. Никакой злобы в этом нет. Есть существо, которое всю жизнь получало сахар автоматически и внезапно вынуждено добывать его само. В последние недели своей жизни... Конечно, оса не пьянеет, как пьянеют люди — просто приятная непрерывная обжираловка от нечего делать. Сахара делают их активнее, и оттого кажется, что злее, но не более. К октябрю всё заканчивается. Все рабочие осы погибают, матка погибает тоже. Гнездо, которое к августу могло дорасти до размеров футбольного мяча, никогда не используется повторно: новая матка построит своё с нуля. Так что когда в сентябре к вам на веранду садится оса и с тупым упорством лезет в чашку, вы имеете дело не с обнаглевшим насекомым. Вы имеете дело с последним гражданином рухнувшего государства, которому осталось жить пару недель и который просто хочет встретить конец времён слегка «на веселе». КНИГА ЖИВОТНЫХ

Рыжий кот — это почти всегда мальчик. Трёхцветная — девочка. Что за колдовство у нас под носом? Вспомните всех рыжих котов, которых видели в жизни. Или даже в кино и мультфильмах. Гарфилд, Кот в сапогах, Леопольд... Почему они всегда мальчики? Очень просто: рыжие коты — это мальчики в абсолютном большинстве случаев. И так везде в мире. В чем же причина такой аномалии? Рыжий цвет у кошек — единственный окрас, который записан не где попало, а строго на X-хромосоме. Всё остальное — чёрное, белое, дымчатое, пятнистое — разбросано по другим хромосомам и достаётся котам и кошкам поровну. А рыжий сидит именно там, в хромосоме, которая у самцов одна, а у самок две. И вся дальнейшая арифметика вытекает отсюда сама собой, без единой формулы. У кота одна X-хромосома — одна карта на руках. Либо она рыжая, и тогда кот рыжий целиком, от усов до хвоста, либо нет, и тогда он просто не рыжий. Третьего не дано, серединки не бывает. У кошки карт две. Чтобы получиться рыжей, ей нужно, чтобы рыжими оказались обе — и от матери, и от отца. Одно совпадение вместо двух, вот и вся разгадка. Как можно догадаться, вероятность того, что оба партнёра будут рыжими — крайне мала. Оттого рыжих девочек-кошек почти не встречается. Но для девочек подготовлен другой прикол. Если кошке досталась одна рыжая карта и одна нет, она не становится ни рыжей, ни чёрной. Она становится черепаховой. Дело в том, что две X-хромосомы для одной клетки — это перебор, избыточность, слишком громкий звук. И организм решает проблему с восхитительным безразличием к последствиям: на самых ранних сроках, когда будущая кошка ещё представляет собой горстку клеток размером меньше макового зерна, каждая клетка сама, наугад, монеткой выбирает, какую из двух хромосом ей выключить. Одна выключает материнскую, соседняя — отцовскую, третья — как повезёт. Обратного хода нет: выбор сделан навсегда, и все потомки этой клетки будут наследовать его до конца жизни животного. Клетки делятся, разрастаются, расползаются по будущему телу — и каждая тащит за собой своё давнее решение. Там, где размножились потомки клеток, оставивших включённой «рыжую» хромосому, шерсть вырастет рыжей. Где потомки их соседок — чёрной или ещё какой-нибудь. То есть пятна на черепаховой кошке — это не украшение и не рисунок. Это карта того, как именно делились клетки в её зародыше. Каждое рыжее пятно — это отпечаток одной-единственной клетки, которая когда-то бросила монетку и выиграла, и потом всю жизнь размножалась и раздвигала границы своего маленького княжества. Двух одинаковых черепаховых кошек не существует и не может существовать. Даже клоны — а таких кошек действительно клонировали — получаются с разным рисунком, потому что монетка бросается заново. Из той же логики следует ещё одна вещь, которую любители кошек знают как городскую легенду, а она чистая правда: трёхцветных и черепаховых котов практически не бывает. Одна хромосома — нечего перемешивать. Если такой кот всё-таки рождается — примерно один на несколько тысяч — значит, у него по ошибке оказались лишние хромосомы, и почти всегда он бесплоден. Веками таких котов считали талисманами и брали на корабли на удачу; рыбаки, ничего не знавшие ни о каких хромосомах, просто заметили, что зверь этот редкий до невозможности, а значит приносит счастье! КНИГА ЖИВОТНЫХ Лучший проект по зоологии

Шмелеводство: Огромный бизнес, о котором простой человек даже не слышал Оборот мирового рынка шмелеводства — 50 миллиардов долларов в год. Только в США в 2010 году фермерские хозяйства приобрели 140 000 шмелиных семей, и эта цифра лишь продолжает расти. И маленькие фермерские хозяйства, и агрохолдинги по всему миру покупают шмелей, дабы они опыляли растения на закрытом грунте (например, внутри огромных теплиц). Только вот почему они выбирают шмелей, а не пчёл?  Причина первая: шмелей легко перевозить Чтобы успешно доставить пчелиный улей из точки А в точку Б, вам нужно: 1. Перевозить его ночью или ранним утром, пока активность пчёл снижена; 2. Загнать большую часть пчёл в улей и закрыть его; 3. Обеспечить улью хорошую вентиляцию; 4. Ставить улей на уже заведённый автомобиль, чтобы пчёлки меньше стрессовали от вибрации; 5. И самое важное — осуществить перевозку нужно за один день. Та ещё задачка, верно? На фоне таких сложностей, доставка шмелиного гнезда прямо к вам в руки — почти что стандартная курьерская перевозка. Перевозить маленькие бомбидарии (так называется улей шмелей) чисто физически легче, чем огромные ульи пчёл с тысячами насекомых. Тем более, что фермы по разведению шмелей используют специальные коробки, которые одновременно являются и надёжными контейнерами для хранения, и постоянными домами для шмелей. В них можно разместить даже сладкую подкормку, которая позволит насекомым продержаться несколько дней. Иными словами: шмелей можно перевезти даже в другую страну, нужно лишь герметично закрыть контейнер и убедиться, что они не замёрзнут по пути. Причина вторая: шмелей легко контролировать Структура ульев шмелей и пчёл одинакова: одна матка, множество сестричек-рабочих и группа трутней-бездельников. Но их поведение серьёзно отличается. Пчёлы — требовательные и своенравные существа. Они удаляются на километры от дома, опыляют цветы на огромной площади. А если не находят желаемого, то могут улететь от вас всем ульем. Шмели куда более предсказуемы. Небольшое семейство (не более 200 насекомых) умеет довольствоваться малым. Если пищи вокруг достаточно, фуражиры не будут исследовать территорию и останутся в теплице, даже если она открыта. Средний шмель намного тяжелее средней пчелы и не имеет желания улетать на несколько километров от дома. И уж тем более, улей не улетит целиком. Кроме того, ульи шмелей однолетние. Матка и всё её потомство (кроме будущих королев) гарантированно и предсказуемо погибает осенью. Вам не нужно о них заботиться и переживать о зимовке. Заказали новых — и дело с концом. Причина третья: шмели менее требовательны Бомбидарию шмелей нужно в десятки раз меньше пищи, чем улью пчёл. Их намного меньше, они не делают запасы пищи на зиму. При этом они более устойчивы и к высоким, и к низким температурам. Рабочий диапазон медоносной пчелы — 10-30°С, тогда как шмели средней полосы начинают работать уже при 5°С и не останавливаются, даже когда температура достигает 40°С. Ведь +40 для них — рабочая температура, до которой шмели разогреваются в любую погоду. Ну просто идеальные опылители! Причина четвёртая: шмели — лучшие опылители Хоботки у шмелей длиннее, чем у пчёл, поэтому они могут питаться нектаром паслёновых, опылять тыквы, клевер и даже опыляемые ветром растения! Как и пчёлы, шмели добывают не только нектар, но и пыльцу. Только делают это хитрее. Шмель-работяга забирается в цветок и начинает неистово вибрировать, вытряхивая пыльцу из пыльников цветка. Таким образом шмели добывают больше пыльцы и, параллельно, извазюкиваются в ней по уши — а это очень важно для опыления цветов. Как итог: присутствие 1-2 семей шмелей на огромную промышленную теплицу увеличивает производство овощей или фруктов на 30-40%, причём без особых затрат. Вот люди и пользуются помощью маленьких работяг. И с каждым годом пользуются всё больше. КНИГА ЖИВОТНЫХ Лучший проект по зоологии

Калан: 50% выдры, 50% тюленя. Странная химера Дальнего Востока Да, каланы ещё те симпатяги. Но попрошу заметить: они такие пушистые не для того, чтобы ими все умилялись, а потому что это жизненно необходимый эволюционный ход. Эти животинки выбрали жить в северных водах Тихого океана. У каланов самый плотный мех среди всех млекопитающих: от 100 до 160 тысяч волосков на 1 кв см! Для сравнения, у соболя густота шубки ~13–15 тысяч шерстинок на 1 кв см. Так что с таким меховым покровом можно и ветра не бояться, и намокнуть сложно. А держаться на воде можно спокойно, ведь воздуха между шерстинками много. Рациону их можно позавидовать. Морские ежи, моллюски, рыбка и ракообразные — вот залог хорошего питания и счастливой жизни. Вот и каланы так считают. Поймал ёжика, пристроился на волнах — и не спеша трапезничает. А если не получается мяско достать из какой-нибудь ракушки, можно и потрудиться. Морские выдры используют камни, если не получается раскусить покровы добычи. Они кладут камень на пузико, а лапками бьют об него моллюском. А если каланы не доели большого краба, то кладут остатки в кармашек, а после обеденного сна доедают. Кармашек у калана — это не отдельный орган, а складка свободной кожи под передними лапами, в районе подмышек. По одной с каждой стороны. Туда калан заталкивает добычу или любимый камень для колки раковин, прижимает лапой — и всё это держится, пока он ныряет за новой порцией еды или плывёт на поверхности. Спящие каланы — отдельное умиление. Живут они большими группками. А когда спят — держатся лапками друг за друга, чтобы случайно слишком далеко течением не унесло в открытое море. Ещё можно себя «заякорить», укутавшись в водорослях, — и вот тебе а-ля одеяло. А детёнышей мамы кладут на живот и обнимают лапками. Первые полгода детёныши полностью зависят от мам, поэтому почти всё время проводят на животе родителя, который вычёсывает, кормит и обучает охоте. Только когда мама ныряет за добычей, её малыш ждёт на берегу. Каланы — животины не конфликтные. Они часто селятся рядом с нерпами, тюленями и сивучами и часто пускают на свои лежаки ластоногих. Да и особей своего вида каланы принимают: иногда их группы могут насчитывать 100 особей. Возможно, их миролюбивость связана с особенностями выживания — небольшое повреждение может привести к нарушению целостности теплоизолирующего слоя меха, а это может стать смертельным. А вот на суше от всей этой ловкости не остаётся и следа. Задние лапы у калана срослись в ластообразную структуру, заточенную под плавание, а не под ходьбу, так что на берегу он превращается в неуклюжего увальня, переваливающегося с боку на бок. Живут каланы фактически полностью в воде: едят, спят, спариваются, рожают, растят детёнышей и чистятся — всё это происходит на поверхности океана или под водой. На берег вылезают редко: переждать шторм, отдохнуть при высокой плотности колонии, иногда — погреться на солнце. В своё время люди успели воспользоваться и добродушным нравом этих животинок, и их славным мехом. Каланы когда-то были желанным трофеем, и к началу XX века их почти полностью истребили — от некогда огромной популяции остались буквально тысяча-две особей, забившихся в самые дальние уголки своего ареала. Но с 1911 года охоту на них наконец запретили, и с тех пор каланы медленно, поколение за поколением, отвоёвывают обратно свои прибрежные владения. Далеко от берега они, впрочем, не уходят — вся их жизнь привязана к мелководью и зарослям ламинарии, километр-другой от суши для калана уже дальний поход. А ведь именно эти животные контролируют численность морских ежей, питающихся водорослями. Так что пушистики вносят колоссальный вклад в сохранение подводных лесов — без них ежи бы съели все ламинариевые заросли подчистую. КНИГА ЖИВОТНЫХ Лучший проект по зоологии

Почему бабочки массово сидят в грязных лужах? И почему только самцы? Если вы хоть раз ходили по просёлочной дороге в жаркий день после дождя, вы наверняка видели эту картину: на грязной колее, там, где машина оставила лужу пополам с навозом, сидит десяток, а то и три десятка голубых бабочек. Подойдёшь ближе — вспорхнут облаком и тут же сядут обратно, буквально в паре метров, на такую же грязь. Первая мысль, которая приходит в голову любому нормальному человеку: они утоляют жажду. Но это не так, а ответ интереснее. У бабочек, в общем-то, довольно бедная диета. Нектар — прекрасный источник энергии, быстрые углеводы, всё как надо, но там почти нет того, что нужно для нормальной работы нервной системы и — что важнее — для размножения. А именно натрия. И ещё аминокислот, и по мелочи других минеральных солей. А бабочке натрий нужен позарез. Он участвует в передаче нервных импульсов, в работе мышц — той самой мускулатуры, которая двигает крыльями, — и, что самое интересное, критически важен для производства спермы у самцов. Вот тут всё и встаёт на свои места (простите за каламбур). Слетевшиеся на лужу бабочки почти поголовно — самцы. Это настолько устойчивая закономерность, что энтомологи давно завели для неё отдельный термин: «лужение». Самец садится на влажную грязь, разворачивает хоботок и начинает методично прокачивать через себя жидкость: втягивает, фильтрует, лишнее тут же выпускает обратно каплями с заднего конца брюшка — можно иногда заметить, как у сидящей бабочки на кончике брюшка блестит капелька. Он не пьёт воду ради утоления жажды, он гоняет через себя литры жидкости, чтобы собрать по крупицам растворённые в ней соли. Источник, кстати, чаще всего не самая чистая вода. Идеальная лужа для бабочки — это моча, разложившийся навоз, гниющая падаль, старая зола после костра, пот на брошенной одежде. Чем богаче раствор солями и азотистыми веществами, тем ценнее для бабочки эта грязь. Простая дождевая лужа в лесу бабочкам совсем не нужна. И размах у этого явления бывает нешуточный: замечено, что одна удачная, богатая солями лужа способна стягивать к себе бабочек с площади в несколько гектаров. То есть насекомые не просто натыкаются на грязь случайно — они её целенаправленно ищут. И зачем это всё надо? Дело в том, что собранные минералы самец не оставляет себе. Во время спаривания он передаёт их самке вместе со сперматофором — своего рода «пакетом» из спермы и питательных веществ. Это классический брачный подарок, только вместо цветов и конфет — соли и азот. Самка часть этого добра использует для собственных нужд, а львиную долю пускает на формирование яиц. Яйца, обогащённые натрием, дают более жизнеспособное потомство — гусеницы из таких кладок в среднем лучше переносят стресс и быстрее развиваются. Чаще всего массово толпятся на колеях представители семейства голубянок (Lycaenidae) — те самые мелкие ярко-синие бабочки, которых у нас в средней полосе особенно много весной и в начале лета: икар, аргус и их родня. Рядом с голубянками на той же грязи нередко сидят и другие любители минеральной подкормки — белянки, а особенно охотно лужат крупные парусники вроде махаона и подалирия: их, впрочем, на такой колее сразу видно, они крупнее и держатся чуть особняком от плотной синей массы. Так что в следующий раз, когда увидите облако голубых бабочек над деревенской лужей, знайте: вы наблюдаете не случайную тусовку, а вполне серьёзное дело — заготовку минерального приданого для следующего поколения. Причём дело настолько серьёзное, что самцы ради него готовы часами сидеть в навозной жиже, лишь бы урвать лишнюю порцию натрия. КНИГА ЖИВОТНЫХ Лучший проект по зоологии

Ягуар: Мудрый хозяин. Его присутствие подавляет наглость всех остальных животных леса Ох, не того кота назвали царём зверей! Люди повелись на шикарную гриву и гаремную жизнь, вот и придумали львам громкую кличку. Но настоящий монарх — не тот, кто щеголяет прической и толпой поклонниц. Истинный король хранит землю, которой правит. И лучше ягуара на эту роль не найти. Там, где он исчез, джунгли Америки хиреют даже без помощи человека. Да, ягуар меньше льва и тигра — от 60 до 120 кг. Но в Новом Свете он крупнейшая хищная кошка! Его владения охватывают сразу два континента: встретить короля джунглей можно не только в дебрях Амазонки — он встречается аж до севера Мексики. Ягуар не стремится выделиться понтами. Пятнистая шуба кажется вульгарно-яркой лишь на наш, человеческий взгляд. Для добычи хищник остается призраком: травоядные не различают оранжевый и зеленый — у них нет колбочек, восприимчивых к красному. А некоторые монархи Нового Света отвергают даже камуфляж. Знаменитые черные пантеры — не отдельный вид, а те же ягуары с меланизмом. Меланин окрашивает шерсть и кожу в темные цвета, а у меланистов его вырабатывается больше нужного, и черной становится вся шкура. Такая мутация встречается лишь у 10% ягуаров, но в джунглях, судя по всему, полезна: в сердце Южной Америки черные пантеры составляют 30% популяции! Экологи, в отличие от публики, оценили ягуара по достоинству, наделив его сразу тремя титулами: вид считается ключевым, зонтичным и флагманским одновременно! Ключевыми называют виды, чей вклад в устойчивость экосистемы огромен при невысокой численности. Ягуаров не больше 60 000 на два континента, но влияют они на джунгли, как тысячи видов разом. Всё потому, что они — высшие хищники. Прореживая ряды капибар, пекари и оленей, ягуары не дают им истощить растительность. А сдерживая хищников среднего звена — выдр, кайманов и питонов, повышают шансы мелких зверьков. Одним своим существованием король создает условия для жизни десятков видов! Тактика охоты у него универсальна. Выждав в засаде, ягуар застает жертву врасплох и настигает её за пару прыжков. В отличие от других больших кошек, он не душит добычу, а дробит ей череп. Его укус — мощнейший среди больших кошек, в 2-3 раза сильнее львиного! Панцири черепах ягуар хрустит, как мы сухарики! Даже избежав укуса, добыча вряд ли спасется. Ягуар отлично плавает, ловко лазает по деревьям и быстро бегает на коротких дистанциях. Он способен затащить на дерево тушу размером с небольшую корову! Эта универсальность и сделала его зонтичным видом. Ягуар — щит джунглей от видов-вторженцев. Когда в королевские владения приходят чужаки и пытаются наводить свои порядки, царь быстро ставит их на место. Неприспособленные звери гибнут, не успев закрепиться. А ещё ягуары жуть какие красивые. Грация, сила и хищный оскал делают их символом природоохранных организаций — то есть флагманским видом. Согласитесь, жертвовать на ягуара приятнее, чем на бурого жучка, о котором знают полтора энтомолога. Но есть нюанс: и требования к окружению у королей королевские. Им подавай высокие деревья, густой подлесок, воду под боком и обильную фауну. Чтобы спасти ягуаров, приходится защищать куда менее презентабельных животных и растения. Так инвесторы невольно вкладываются в охрану всей природы. Король не может существовать без своего королевства. Как и королевство процветает только под защитой мудрого короля. КНИГА ЖИВОТНЫХ Лучший проект по зоологии

Почему есть мясо медведя смертельно опасно? Без преувеличений Медвежатина кажется полезной, будто вместе с мясом к тебе перейдёт вся сила лесного хозяина. Только вот на деле этот деликатес может отправить вас в больницу на месяц, а если очень не повезёт — то и не только в больницу. И дело в необычных паразитах, что живут в мишках. Трихинелла — род круглых паразитических червей. Все они крошечные: взрослые черви длиной 1–4 миллиметра, тоненькие как ниточка, а личинки в мясе и вовсе разглядеть невозможно. В выборе хозяина паразит непривередлив — подхватить гада может любое всеядное или плотоядное животное, включая человека. Заражённость дичи местами пугающая. По региональным данным в России трихинелл находили у 90% волков, 80% лисиц, до 60% медведей и до 30% кабанов. Формально рекордсмены тут волки с лисицами, но их у нас в котлеты не пускают, а медведя — вполне. Так что среди дичи, которая реально попадает на стол, медведь — самое заражённое животное. Всё потому, что заражённость копится всю жизнь. Медведь — существо всеядное и абсолютно неразборчивое, особенно ранней весной. Косолапые просыпаются от спячки худющие, злющие и ужасно голодные. Мёда нет, ягод нет, бегать за добычей сил тоже нет. Остаётся падаль. Умирающий с голоду мишка без зазрения совести съест любое мясо, что подвернётся под лапу: и волка, и лису, и кабана, и другого мишку. Каждая такая трапеза — новая порция личинок, и они уже никуда не денутся. Поэтому старый медведь почти гарантированно нафарширован трихинеллами. Как только заражённое мясо попадает в желудок, личинки «оживают»: в кишечнике они дозревают до взрослых червей и начинают размножаться. Одна самка выпускает в мир до полутора тысяч личинок. Тут-то и начинаются приколы. У большинства других паразитов молодняк покидает тело хозяина и ждёт следующего где-то в окружающей среде. Но только не трихинеллы — и именно поэтому они так опасны. Личинки пробираются в кровеносные и лимфатические сосуды, а оттуда — в мышцы. То есть в мясо. Свернувшись улиткой, каждая перестраивает мышечное волокно под себя, превращая его в «клетку-кормилицу», и обрастает коллагеновой капсулой. Иммунитет продолжает воевать — по характерному скачку эозинофилов врачи трихинеллёз, собственно, и ловят. Но выковырять личинку из капсулы организм уже не может. Северные виды трихинелл — те самые, что живут в медведях, — устойчивы к холоду в промышленных масштабах. Живых личинок доставали из медвежатины, пролежавшей в морозилке при минус восемнадцати больше двух лет. Засолка, копчение, вяление и микроволновка тоже не помогают — вообще никак. Работает только одно: мясо нужно прогреть до 74 °C внутри куска, а не снаружи, и проверить это термометром, а не на глаз. Ну и в идеале — сдать добычу в лабораторию, ветеринарная экспертиза дичи существует именно для этого. Симптомы зависят от стадии. Пока черви сидят в кишечнике — недомогание и расстройство пищеварения, ничего особенного. Веселье начинается, когда малютки отправляются в путешествие по организму: жар, отёк лица и век, дикие мышечные боли, воспаления. В тяжёлых случаях достаётся сердцу и нервной системе. Самое коварное: первые симптомы один в один как у тяжёлого ОРВИ, поэтому диагноз ставят с опозданием, а лекарства эффективнее всего в первые дни. К счастью, большинство случаев заканчивается хорошо: в среднем по миру от трихинеллёза умирает около 0,2% заболевших, при тяжёлых формах — до 5%. Но лёгкой прогулкой это не назовёшь: болезнь тянется от двух до шести месяцев, а личинки, успевшие обосноваться в мышцах, останутся с вами навсегда. Заразить ими вы никого не сможете — человек для трихинеллы тупик, конечная станция. Слабое утешение, конечно. В общем, не надо кушать медведей! КНИГА ЖИВОТНЫХ Лучший проект по зоологии

Очень интересное фото. Сначала оно меня запутало. Я решил, что стрекоза линяет, а внизу её старое "тело". Но стрекозы не линяют во взрослой форме! Начал разбираться. Оказалось, это такой метод кладки яиц. Внизу, вцепившись в мокрую древесину, работают самки — бледные, оливково-бурые. У равнокрылых стрекоз яйцеклад пильчатый: самка пропиливает размякшую ткань дерева и закладывает яйца внутрь, под кору. Не роняет в воду, а вшивает в субстрат. Сверху торчком стоят самцы — чёрные, в голубых кольцах, с синими глазами. Они держат самок анальными придатками за переднеспинку. Спаривание уже позади. Перед ним самец успел сделать главное: его копулятивный орган устроен как скребок, и он вычистил из семяприёмника самки сперму всех предыдущих ухажёров. Но вычистить мало. Стоит отпустить — и следующий самец проделает ту же процедуру уже с его вкладом. Поэтому он не улетает. Вертикальная стойка — это позиция часового: так он не мешает самке работать и может поднять пару в воздух за долю секунды. Оказывается, анальные придатки самца могут очень крепко вцепиться в спину самки. При опасности он просто выдёргивает её с ветки и уносит в тандеме. Две пары рядом — обычное дело. Подходящая полузатопленная древесина в дефиците, и стрекозы толкутся на ней плечом к плечу, каждый занятый своим: одни закладывают будущее, другие сторожат авторство. КНИГА ЖИВОТНЫХ Лучший проект по зоологии

Зачем гусям полный рот страшных зубов? Гусь — тот ещё монстр, а для многих так вообще источник панических атак ещё с детства. Да и птица ли это вообще, с такими-то зубищами? Внутри клюва — ряды острых зубов по краям, а на языке ещё один ряд, загнутый внутрь, к горлу. Смотрится как пасть глубоководной твари, случайно попавшая в тело деревенской птицы. Но откуда у гуся зубы? А ниоткуда. Ни одного зуба во рту гуся нет. И это делает картинку только страннее: а что это тогда такое и зачем оно ему? По краям клюва идут зазубрины — плотные роговые выступы, часто их несколько десятков. Издалека, особенно если у птицы розоватая слизистая внутри, они выглядят точь-в-точь как зубы в дёснах. Но настоящий зуб — это сложная штука с эмалью, дентином, пульпой и нервом. Здесь ничего этого нет, это просто рельеф самого клюва, как насечка на лезвии ножа. На языке — второй ряд, те самые шипы, которые и производят главное впечатление. Они мягче, чем кажутся, слегка гнутся и все до одного смотрят назад, в сторону глотки. Так обычно бывает у каких-нибудь хищных рыб! А на кончике языка есть деталь, которую замечают редко: твёрдая пластинка вроде маленькой лопатки. Ею гусь подцепляет зерно с земли. Итого: ни одного зуба, зато три приспособления, и все — про одно и то же. Дело в том, что гусь — это корова. Гусь пасётся. Не клюёт, не выковыривает, не охотится — именно пасётся, как овца, часами выщипывая траву на лугу. Среди наших птиц это редчайшая профессия: жить на одной траве почти никто из них не умеет. А трава — материал крайне неудобный. Жёсткая, волокнистая, скользкая, растёт вертикально и не отрывается: потянешь — либо выскользнет, либо выдернется с корнем и землёй. Её нужно именно срезать. Корова решает эту задачу зубами. У гуся зубов нет, но задача стоит ровно та же — и решена она аналогом зубов. Зазубрины по краям клюва работают ножницами: гусь захватывает пучок травы, прижимает и дёргает головой в сторону, зазубренные края срезают стебли. Шипы на языке в это время держат добычу, не давая ей выскользнуть, — и раз все они направлены назад, трава может двигаться только внутрь. То есть страшная пасть, которая выглядит как капкан хищника, — это на самом деле газонокосилка. Секатор с транспортёрной лентой. Зубов нет ни у одной современной птицы. Ни у орла, ни у пеликана, ни у попугая, ни у страуса. При этом предки птиц зубами обладали, и прекрасными: птицы происходят от хищных динозавров. Есть даже переходные ископаемые формы, у которых спереди уже клюв, а сзади ещё зубы. Когда учёные прочитали геномы почти полусотни видов птиц, они полезли смотреть на гены, отвечающие за постройку зубов. И нашли одну и ту же картину: у всех они сломаны, причём поломки общие. Это значит, что зубы были потеряны один-единственный раз, у общего предка всех современных птиц, примерно 116 миллионов лет назад — разом, ещё при живых динозаврах. Зачем отказались? Одна из главных версий — время. Закладка зубов растягивает развитие зародыша, а яйцо лежит в гнезде беззащитным, и каждые лишние сутки в нём — лишний риск. Убрали зубы — вылупились быстрее. Взамен работу зубов перенесли внутрь, в мускульный желудок: птица глотает камешки, и они перетирают еду не хуже коренных. Жернова просто переехали из головы в живот. Забавно, но для нападения зубы гусю и не нужны, а репутация у него всё равно заслуженная. Гусь — птица территориальная и на редкость упрямая, особенно весной, когда рядом гнездо, и особенно гусак. Он не убегает от человека, а идёт на него: шипит, вытягивает шею, распахивает клюв. Расчёт чисто психологический — открытый рот в упор выглядит страшнее, чем есть. Хватка у него, правда, крепкая, зазубрины удерживают кожу намертво, и щипок оставляет знатный синяк. Перекусить он ничего не может, потому что перекусывать нечем. Но больно будет! КНИГА ЖИВОТНЫХ Лучший проект по зоологии

Морж: Единственный, кого побаивается белый медведь Вы знали, что морж — это единственное в мире существо, способное победить белого медведя в бою? Да-да, этот милый пухлячок с усиками смещает с ледяного трона царя Арктики. Как такое возможно? Моржи не нуждаются представлении. 2 тонны веса, 3,6 метров длины и здоровенные бивни. Все же знают отечественную «Гранту»? Так вот, морж будет чуть короче неё, но в 2 раза тяжелее! Это настоящие машины для покорения Севера — они освоили почти всю землю Арктики: от Архангельска до Аляски. Ничто живое не может противостоять его звериной мощи. Точнее как, номинально естественными врагами вида считаются косатки и белые медведи. Но фактически ни тот ни другой не бросит вызов взрослому здоровому ластоногому. Во-первых, матерый самец вооружен до зубов. Буквально — бивни моржа вырастают до метра в длину! Во-вторых, пробить кожу моржа нельзя ни клыками, ни даже слабым огнестрелом. Зверь закован в биологическую броню! Толщина его кожи — 10 см, а под ней залегает слой жира в 15-20 см. Чтобы ластоногий хотя бы почувствовал ваш удар, его нужно проткнуть на 25-30 см вглубь! Получается, что у белого медведя в схватке со здоровым моржом нет и шанса! Ученые наблюдали такие схватки. В большинстве случаев ластоногие наносили косолапым увечья, несовместимые с жизнью, — мишки погибали от глубоких колотых ран. У косатки пообедать ластоногим шансов больше — киты имеют преимущество в длине и весе, но даже они не спорят с метровыми клыками и огромным моржовым желанием жить. Да что там, моржи и сами первоклассные хищники! Большая часть их рациона состоит из моллюсков на дне океана. Чтобы не искать обед вслепую, моржи обзавелись шикарными усами-вибриссами. Это специальные осязательные волоски. С их помощью ластоногий «ощупывает» субстрат, после чего пропахивает бивнями дно и откапывает ракушки. Но это — только часть рациона. Многие моржи охотятся на рыбу, тюленей и даже китов! За рыбой ластоногие не гоняются. Вместо этого они дожидаются, когда та собьется в большой косяк. После этого морж со всей скорости врезается в стаю и хватает всех, до кого может дотянуться. В воде морж развивает скорость до 35 км/ч! Отдельная категория добычи — тюлени и киты. На них охотятся не все моржи, а только особая "каста изгнанников". Когда морж выследит нерпу или морского зайца, он заныривает на глубину и подбирается к добыче со стороны брюха. Затем рывок и удар бивнями. Ну а что киты? Они ведь намного больше моржей! Понятное дело, что на синего кита ластоногие не пойдут. Но вот нарвалы — другое дело. Взрослый рогатый самец будет лишь немногим больше моржа и в схватке один на один ему даже длинный 3-метровый рог-зуб не поможет. Моржи поджидают, когда нарвал уснёт или отвлечётся, а затем действует так же, как с тюленями. После вкусного обеда моржи предпочитают вздремнуть. Если есть возможность, они выбираются на берег или на льдину. Если нет, то могут поспать и так, прямо в воде. Верхняя часть пищевода, у самой головы, имеет небольшие утолщения, которые могут наполняться воздухом. Когда зверюга хочет поспать, эти воздушные мешки, словно спасательный круг, держат его голову над водой. Но есть в жизни моржей и такие моменты, когда не обойтись спасательным кругом. В конце зимы животные собираются большими стадами из самцов и самок. Самые крупные такие лежбища моржей находятся в России. Это мыс Сердце-Камень и бухта Кенискун: на обоих площадках может располагаться до 100 000 моржей! Самцы привлекают внимание дам сочными битвами. Далеко не каждый выстоит бой достойно — потому в размножении участвуют лишь зрелые самцы, которым уже хотя бы 15 лет. Толстушки, выбрав своего гладиатора, отправляются с ним в воду — моржи слишком тяжелые и большие, чтобы спариваться на суше. С пузом дамы ходят долго — почти 1,5 года. Оно и понятно: самке предстоит родить «малыша» размером со взрослого человека: вес щенков достигает от 45 до 75 кг! КНИГА ЖИВОТНЫХ Лучший проект по зоологии