Аналитика каналаMaxПод звуки сирены

Сыночка. На планшет поступил неотложечный вызов: видимо, неотложка в тот день тонула в температурных вызовах, и этот вызов перенаправили на общую линию «03». Но стоило мне подтвердить прием вызова, как на рабочий телефон тут же позвонила диспетчер. Она пояснила, что вызов переброшен к нам из-за повторных звонков: температура 37,7. Мать требует немедленную бригаду скорой для сына, ему двадцать пять лет. — Хорошо, я съезжу, посмотрю, что там за ситуация… Коротко переговорив с диспетчером, мы выдвинулись к указанному адресу. У порога нас встретила та самая женщина. Лицо недовольное, в дверном проеме стоит, словно истукан. — И почему вы так долго едете? Заявку я оставила сорок минут назад, а вы обязаны быть через двадцать! — Вызовов много, вы же не одни, — спокойно ответил я. — Куда проходить? — Так! Сначала надеваете бахилы, потом моете руки. Смотреть и трогать моего сына своими грязными руками после всяких… непотребств — не надо! С такими людьми спорить — только нервы тратить. Мы люди подневольные, прав на возмущение у нас перед вызывающими нет. Проще уж надеть бахилы, демонстративно вымыть руки и обработать их антисептиком, быстро осмотреть парня и свалить с этого вызова, чем бодаться с ней. Мы всё исполнили. Проходим в комнату. Лежит парнишка астеничного вида, волосы крашены в розовый. Он лежит на животе. Я спрашиваю, почему он так странно расположился. Мать отвечает, что меряет температуру, и, демонстративно откидывая одеяло, достает градусник… из его заднего прохода! Мы с напарником стоим в полном офигении. Что вообще происходит? Почему бы просто не под мышку? Ну да ладно, семейка со странностями. — Тридцать семь и две! Вот видите, доктор, высокая! Но я ему еще две свечи поставила в прямую кишку: одну от температуры, одну — противовирусную. Мне надо, чтобы вы посмотрели сыночку, назначили лечение и сделали укол от температуры. Я повернулся к парню: — Что вас, кроме температуры, беспокоит? Тот ответил умирающим, полуженственным голоском: — Горло болит, сопли… и знобит. — Всё? — вопросительно подытожил я. — Да, всё, — бросил парнишка. Тут снова вмешалась мать: — Вы чего его так пилите?! Видите, что ему плохо! Осматривайте уже, делайте свое дело, а то я другую бригаду вызову, более компетентную! Я осмотрел его с ног до головы. Экстренной патологии не было. Я сказал, что вызову участкового терапевта для назначения лечения, так как мы этим не занимаемся, а инъекция жаропонижающего в данном случае не показана. Мать побелела от злости и выкрикнула: — Как не показана?! А если у него снова температура поднимется, ему станет плохо и он умрет?! Вы вообще адекватный доктор?! Зачем вы тогда вообще нужны?! Мой напарник, не выдержав, ответил: «Если снова температура поднимется, положите вашего сыночку на колешки к себе и поставьте снова свечку, раз вы любители анальных лекарств». Не обращая внимания на выпады, я спокойно ответил: — Ожидайте участкового врача в течение дня. Развернулись и вышли из квартиры. Она долго еще кричала нам вслед всякие гадости.

"Разбитая наркота" Я только начинал работать санитаром на скорой помощи. Моим напарником была молодая девушка, ординатор, учившаяся в медицинской академии по специальности "реаниматология". Однажды, около четырех часов ночи, поступил вызов: мужчина лет пятидесяти кричит в подъезде и бьется головой о двери. Мы с коллегой переглянулись, недоумевая, почему на вызов должна ехать "скорая", а не полиция. Пока мы ехали, созвонились с дежурной частью ОВД. Там нам дали понять, что выезжать не собираются: сначала осмотрите, мол, а потом, если понадобится, вызовете. Пока мой доктор препиралась с дежурной, мы подъехали к адресу. Нас встречали недовольные и злые жильцы подъезда. Кто-то даже буркнул вслед: "Забирайте его и смотрите в своей машине, а нам спать не мешайте". В подъезде, на первом этаже, лежал мужчина лет пятидесяти с разбитой в кровь головой. Здоровый "шкаф" под два метра ростом, коренастый, с широкими плечами. Он сладко свернулся калачиком, положив свою массивную кисть под голову вместо подушки, и мирно спал. В тот момент мы оба думали об одном: как оказать ему помощь и увезти в больницу? Ведь попробуй его разбуди нашатырем – он втащит нам, и глазом не моргнет. Делать было нечего. Доктор скомандовала, чтобы я аккуратно осмотрел и обработал ему голову, а она в это время осматривала его на предмет других травм. Внезапно пьяное тело пробудилось и спросонок ударило моего доктора ногой прямо в грудь, со словами: "Пошли на йух от меня, черти еб а н ы е !" И снова заснуло. От мощного удара моя напарница отлетела и кубарем покатилась с лестницы первого этажа. Она разбила голову и на мгновение потеряла сознание, ударившись о батарею. Я бросился к ней на помощь, начал осматривать на наличие переломов ребер. (А так как у нас тогда не было сейфов в машине для наркотиков, укладка с наркотическими анальгетиками лежала в нагрудном кармане старшего бригады). Я понял, что коробка разбита вдребезги. Тут напарница очнулась. Я обрабатывал ей голову и сказал, что "наркота вся разбита". От этой новости она побелела как полотно, начала истерично шарить по нагрудному карману и достала остатки нашей наркоты, где было 8 ампул, от которых остались лишь осколки. Мы вышли из подъезда и вызвали полицию. Оформили нападение на сотрудника СМП при исполнении, но доктор забыла упомянуть, что во время оказания помощи пациент ударил ее ногой, и наркотики разбились. Утром нас вызвали в Госнаркоконтроль, где выясняли обстоятельства, при которых разбились наркотики, подозревая, не разбила ли она их специально с целью сбыта. Нас мотали по этому делу около месяца. В итоге моей напарнице вынесли вердикт: халатное обращение с наркотическими и психотропными препаратами, уволить и отстранить от работы с наркотическими средствами на 5 лет. Напомню, она заканчивала ординатуру по анестезиологии и реанимации. Это была ее мечта, но ей не суждено было сбыться,она повесилась......

Второй раз заплываю 🤣 Ну поддержите меня! Второй раз решила отказаться от булок , бургеров , пицц и шавермы и по максимуму кушать больше полезной пищи. Я склонна к полноте, поэтому не хочу быть в 30 лет тетенькой с лишним весом. Сегодня на обед была тушеная капуста с овощами + тунец. Могу иногда выставлять блюда, которые готовлю себя, если вам актуально. Надо , не?

Ушел на сутки навсегда 😢 В моем городе , где я выросла произошел несчастный случай. Машина скорой помощи перевернулась 4 раза , в результате ДТП погиб мед.брат, еще двое госпитализированы. Что самое страшное, год назад мы приехали в Калачинск и устраивались на работу. НО❗️ нас не взяли по причине наших соц.сетей Получается, на этом месте мог бы быть кто-то из нас…

Ребёнок обварился кипятком..... Когда в доме ангелочек, мать обязана быть бдительной, словно горлица, оберегающая птенца от коршуна. Одно мгновение, одна оплошность – и мир ребёнка рушится, погребая под обломками боли и страха. В тот день я дежурил в линейной бригаде.Поступил вызов на планшет: "Мальчик, два года, ожог кипятком". Сердце ёкнуло от такого повада. Мы неслись на вызов, сирены выли, словно предчувствуя беду, мигалки резали пространство, отсчитывая секунды, каждая из которых могла стать роковой. Отец встретил нас у порога, лицо искажено гримасой отчаяния. Он, словно безутешный призрак, провёл нас в комнату, где рыдания матери смешивались с истошными стонами ребёнка. Малыш, обессиленный болью, безвольно лежал на руках матери, закутанный в пелёнку, уже не находя сил сопротивляться прикосновениям. Когда мать бережно опустила его на кровать, перед нами открылась страшная картина: грудь, живот, ножки, от крошечных пальчиков до бёдер, часть спины – всё покрыто волдырями, кожа слезала от малейшего прикосновения. У ребёнка начинал развиваться ожоговый шок. Мы действовали быстро и чётко, стараясь унять нестерпимую боль, одновременно пытаясь узнать, что произошло. И тогда, сквозь потоки слёз, мать начала свой страшный рассказ, навсегда врезавшийся в её память: "Я готовила суп на кухне, малыш спал. Бульон кипел, и я отвернулась лишь на секунду, чтобы достать картофель… И вдруг – грохот, раздирающий душу крик моего сыночка! Я обернулась и увидела… его, стоящего в кипятке, а рядом – перевернувшаяся кастрюля… Я схватила его на руки, пыталась вытереть остатки бульона, но ему становилось только хуже, он терял сознание… Я не знала, что делать, и вызвала "скорую"…" Стабилизировав состояние ребёнка, наложив специальные повязки, мы помчались в ожоговую реанимацию, молясь про себя о спасении этого маленького ангела. Позже, я позвонил матери, чтобы узнать о его судьбе. И чудо свершилось! Благодаря нашей оперативной помощи и усилиям врачей, удалось избежать тяжёлых последствий. Всё обошлось… Но эта история навсегда останется в моей памяти, как напоминание о хрупкости жизни и о том, как важно беречь самое дорогое, что у нас есть.

Экзамен В те времена, когда мир выпускников еще не оправился от шока, нововведением под названием ЕГЭ, школы превратились в места страха. Учителя, нагнетали ужас, говоря о камерах, металлодетекторах, пропускных рамках и вездесущих полицейских, заполонивших школьные коридоры. В тот день мне выпало дежурство на реанимационной бригаде. Поступил вызов в школу: молодой человек семнадцати лет выпрыгнул из окна. Когда наша машина въехала на школьную территорию, перед нами предстала внушительная толпа — ученики, учителя, и уже прибывший наряд полиции. Мы выскочили из машины и бросились к месту трагедии. Увы, мальчишка был мертв. Открытая черепно-мозговая травма, трещина в черепе, из которой вытек мозг, свидетельствовали о силе удара. Констатировав смерть ребенка, мы накрыли его простыней. Затем, вместе с сотрудниками полиции, отправились выяснять обстоятельства произошедшего. Вдруг одна из девушек, очевидно, одноклассница погибшего, сквозь пелену слез и рыданий выкрикнула: «Это она во всем виновата, она виновна в смерти Кирилла!» Она вскинула палец, указывая на женщину лет пятидесяти – учительницу, которая, по ее словам, не дала парню дописать упражнение. И тут же бросилась на педагога, сжимая кулаки. Полицейский успел вмешаться, предотвратив удар, и кое-как успокоил бушующую девушку. Мы прошли в класс вместе с той самой учительницей и полицейским. Женщина, потеряв самообладание, лепетала, что ей плохо. Пока мы оказывали ей помощь, полицейский опросил ее. И сквозь дрожь она поведала, что Кирилл был отличником. Он решал последний пример в задании, но по регламенту, введенному для учителей, бланки нужно было забирать ровно в конце отведенного времени, иначе им грозило наказание. Когда учительница попыталась забрать бланк, он не отдавал его. Бланк порвался в их борьбе, став недействительным. Не успела она договорить, как он вскочил, распахнул окно и, произнеся: «Эта смерть будет местью за всех учеников с вашим ЕГЭ», – и прыгнул головой в низ. Снизив артериальное давление учительницы, мы вернулись на подстанцию, оставив позади эту страшную историю. Но меня до сих пор мучает этот вопрос: за что такие страдания нашим детям? Почему нельзя вернуть прежние, понятные экзамены – те, что проходили без этого гнетущего, давящего гнета, который принес с собой ЕГЭ? А какое ваше мнение?

Экстримальный секс Поступает вызов в частный сектор. Вызывает молодая девушка, говорит, что теряет сознание, а её молодой человек находится в бессознательном состоянии. Продиктовала адрес, и связь прервалась. Мы с коллегой приехали на адрес, причём это было поле с единственным стоящим дубом, а под ним лежат девушка, бледная в холодном поту, и парнишка без признаков жизни. Быстро с коллегой начали осматривать девушку, у которой выявлен закрытый перелом грудного отдела, закрытый перелом бедра справа, черепно-мозговая травма. Артериальное давление низкое, геморрагический шок. Быстро зафиксировали шейный отдел, уложили на жёсткий щит и эвакуировали в нашу машину. Начали восстанавливать кровопотерю, обезболили, я вызвал вторую бригаду, чтобы передали труп полиции, пока ждали бригаду, девушка чуть очухалась, и мы её спросили, что случилось? Она нам рассказала, что решили заняться экстремальным сексом на ветке дерева, но в самый неподходящий моментмой Дима соскользнул с ветки и машинально схватился за меня, и мы вместе полетели вниз, высота была приличная, и я упала прямо на него, он сразу же перестал дышать и не реагировал на меня. Тут подоспела уже вторая бригада, мы передали труп и уехали в стационар, где девушку сразу забрали в операционную.

Не так давно был такой случай. Поступил вызов: соседи вызвали полицию и нас по причине «ножевое ранение, девушка 18 лет». стонет между этажами. Мы прибыли на место одновременно с нарядом полиции, поднялись на нужный этаж и увидели страшную картину: на лестничной клетке между этажами в луже крови лежала девушка. Она стонала от боли; при беглом осмотре обнаружились множественные колото-резаные раны, а лицо было изуродовано ожогами — по всей видимости, кислотой. Но, к нашему удивлению, девушка всё ещё была жива. Мы быстро переложили её на носилки и эвакуировали в машину для проведения более детального осмотра и начала интенсивной терапии. При углубленном осмотре мы насчитали пять колото-резаных ран, нанесенных хаотично, а также глубокие порезы на ладонях — следы попытки защититься. Лицо пострадало от глубоких химических ожогов серной кислотой. Когда девушка немного пришла в сознание, она поведала нам страшную историю. По её словам, это сделал бывший парень, отличавшийся невероятной ревностью. Из-за его характера они и расстались, и она начала новые отношения. После очередного свидания он, видимо, проследил за ней, подкараулил возле подъезда и со словами «ты не должна достаться никому» плеснул ей в лицо едкую жидкость. Лицо мгновенно обожгло невыносимой болью, а затем он начал наносить удары ножом. Она отбивалась как могла, но затем почувствовала резкую, пронизывающую боль в животе, потеряла силы и упала, а нападавший скрылся. Мы доставили девушку в стационар в тяжелом, но стабильном состоянии. А спустя несколько дней я увидел в местных новостях репортаж: того парня задержали в тот же день. Уже прошел суд, где он дал признательные показания. И самое страшное, как выяснилось, — ранее он уже отбывал наказание за аналогичное преступление и вышел на свободу по условно-досрочному освобождению.

Клещ. Сидит недельку где-то Весь вечер чешусь 🤣

Бабка и граната Старческая деменция — страшная штука, хочу вам сказать. А если ещё и без поддержки близких, то и вовсе становится невыносимым испытанием и для пациента, и для окружающих. Именно к такой пациентке мы и направлялись. Вызов на планшет — обычный, рядовой, казалось бы. Пожилая женщина, почти девяносто лет, жалуется на повышенное артериальное давление и, по дополнительной информации, очень хочет в больницу. Прибыв на место, нас встретила та самая бабушка. В халатике, но с таким злющим взглядом, что невольно напрягаешься. Она фыркнула: «Вот постелены на пол пакетики, вот по ним и ходите, у меня полы сами не моются», — прошипела она. Проходим в комнату. Бабуля, правую руку постоянно держа в кармане, протягивает левую, чтобы я измерил давление. 140/90 мм.рт.ст. — результат. «Какое у вас рабочее давление?» — интересуюсь. «Как у всех, обычное!» — снова фыркает она. «У всех давление разное, — настаиваю я, — может, есть записи в тетрадочке? Давайте вместе разберёмся». «Не надо разбираться, не в вашей компетенции, — шипит она, — везите меня в больницу, госпитализируйте». «Стоп, — отвечаю, — просто так по вашему хотению мы не возим. Если хотите в больницу, это через участкового, в плановом порядке. Мы же увозим только в экстренных случаях». Не успел я договорить, как бабуля, соскочив с места, где сидела, взревела: «Вы что, фашисты, совсем охринели? Я так и знала, что вы на немецкое гестапо работаете!» И тут, выдернув руку из кармана халата, она демонстрирует нам… гранату! «Либо вы меня сейчас увозите в больницу, либо я сейчас всё взорву! Мне терять нечего!» Сначала мы с напарником застыли в шоке. Что делать в такой ситуации? Но, приглядевшись, я увидел, что это всего лишь пластиковый муляж «лимонки». Бабка продолжала: «Как же вы меня все достали! Вчера немцы приходили, всё молоко из холодильника выпили. Сегодня вы, посыльные гестапо, хотите меня убить под видом скорой помощи». Чтобы выиграть время и вызвать психиатрическую бригаду, я начал успокаивать бабулю: «Да, конечно, вы успокойтесь. В какую больницу вы хотите?» Она назвала название. «Конечно, конечно, мы вас туда увезём. Но для начала мой коллега вам ЭКГ снимет, дозу лекарства даст, и поедем, хорошо?» «Никакие таблетки я пить не буду! Вы специально меня отравите и в концлагерь увезёте! Делайте своё ЭКГ и поехали!» — снова рявкнула она. У нас появилось несколько драгоценных минут, чтобы вызвать «психов», а бабуля так и не выпускала из рук свою «гранату». Я быстро набрал диспетчера, почти шёпотом рассказал о происходящем. Нам назначили бригаду психиатров, которые, к счастью, были неподалёку. Они прибыли минут за пять, пока мой напарник тянул время. Бабка вела себя смирно. Я тем временем тихонько приоткрыл входную дверь и запустил бригаду. Проходя мимо плиты, я уловил запах газа. Оказывается, она полностью открыла газ в духовке, а дверцу оставила приоткрытой, чтобы газ поступал в квартиру. Я быстро выключил газ и приоткрыл окно. Бабулю быстро скрутили, поставили успокаивающий укол, и мы вынесли её на носилках. По пути вниз она осыпала нас всеми возможными проклятиями. Затем её увезли в психоневрологический диспансер.