Аналитика каналаMaxЖЕНСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ | РАССКАЗЫ

Таранец резко дал по тормозам и остановился, предупреждающе раскинув в стороны руки! В трех-четырех метрах от них, посредине трассы, сидела кошка, испуганно вытаращив глаза, а по бокам к ней жались два котенка... - Слушайте сюда, наездники! Тренер мотоклуба похлопал по плечам Юрку и Лешку, гонщиков и главную свою надежду на предстоящих отборочных соревнованиях по мотокроссу: - Соперники ваши звезд с неба не хватают, да вы их уже давно знаете. Для юношей будет четыре заезда по четыре участника, победители заездов встречаются в финале. Два первых места обеспечивают участие в чемпионате России. Вот такой будет регламент. Аппараты у вас в порядке, сами живы-здоровы, трасса вам знакома. Не вижу причин, чтобы вы уступили соперникам. - Таранец участвует? – спросил Леха. - А как ты думаешь? – усмехнулся тренер. – Чтоб Сашка Таранец, да упустил свой шанс? Но у нас преимущество хозяев, а он тут – гость. Хотя, время на знакомство с трассой будет у всех приезжих клубов.

Таня и Андрей жили в трехкомнатной квартире на северо-западе Москвы, Именно здесь, в этих стенах, она научилась ненавидеть имя, которое нельзя было произносить вслух, — Вероника. Все началось не вчера и даже не в прошлом году, а в самом начале их отношений, когда они с Андреем только-только съехались, ходили по вечерам за дешевым вином и строили планы на отпуск в Анапе. И вот тогда, на втором или третьем месяце их беззаботной жизни, из прошлого Андрея материализовалась Вероника, его давняя любовь. С ней он когда-то учился на одном факультете и которая, как выяснилось, всегда считала, что Андрей — это ее запасной аэродром. Андрей, надо отдать ему должное, не скрывал. Он пришел тогда вечером, сел на кухне, долго мял в руках пачку сигарет и сказал тихо: «Тань, она позвонила. Говорит, что поняла все. Я не знаю, что делать». Таня, которая в свои двадцать три была еще той гордячкой, посмотрела на его растерянное лицо, на эту вечную его привычку перекладывать ответственность на других, и сказала ледяным тоном: — Ну и иди. Если не знаешь, то иди. Я тебя держать не буду. — Ты серьезно? — спросил Андрей, и в его глазах уже горел огонек свободы, который Таня потом будет вспоминать в три часа ночи, глядя в потолок и кусая подушку, чтобы не завыть. — Абсолютно, — ответила Таня.

Она уже поняла, что хозяин больше не вернется, и боль за родного человека пока еще не давала разыграться отчаянию. Она вновь и вновь проходила путь от подъезда до того места, где тело хозяина скрыли от нее. Навсегда... Серенькая кошка бродила под окнами дома, потерянно озираясь и не зная, куда ей податься. Квартира, где она прожила в тепле и неге десяток лет – заперта. Когда выносили хозяина, она вышла из квартиры вместе со всеми, некоторое время следовала за процессией, а когда тело хозяина погрузили в катафалк и увезли, долгое время еще сидела, глядя вслед... Она уже поняла, что хозяин больше не вернется, и боль за родного человека пока еще не давала разыграться отчаянию. Она вновь и вновь проходила путь от подъезда до того места, где тело хозяина скрыли от нее. Навсегда. Василий Макарович, стоя на балконе своей квартиры, предавался грустным размышлениям. Сегодня был тяжелый день. Таких в жизни бывает несколько, и остаются они зарубками на сердце, по которым можно проследить весь путь от рождения и… До последней зарубки.

«Доброе утро!» - Скажешь кому-то И будет ему Очень доброе утро, И день будет добрый, И добрые встречи, И добрый, конечно, Опустится вечер. Как важно и нужно, Чтоб сразу с утра Тебе пожелали добра. Автор: Олег Бундур https://max.ru/psikhologia_zhenskaya

-Олег, я прошу тебя...Олег. Я не смогу одна, понимаешь.Олег... -Нина, ну имей ты уважение к себе, ты всё таки женщина. Я не хочу с тобой жить, понимаешь? Зачем ты унижаешься? Ты мне не нужна. Ты что первая от кого уходит муж? Олег бросал свои вещи в раскрытую сумку, зло, нервно, торопливо. Он хотел поскорее уйти отсюда, из этой квартиры, от этой плачущей, некрасиво сморщившейся женщины, из этой жизни... -Нина, что ты устроила не понятно что? Как будто ты первая, кто остаётся без мужа. Ты делаешь трагедию непонятно из чего? Успокойся, дай мне собраться спокойно и уйти, слышишь? Я и так, - он помолчал, - ухожу вон, с пустой сумкой, я ведь всё тебе оставляю, Нина. Тебе и детям! -Папочка, папочка, не уходи, - плачет одиннадцатилетняя Дашка. -Папа, не уходи, - повторяет следом за ней трёхлетний Игорёк, Егор в это время был в школе у него была олимпиада, пацан старался выиграть её, чтобы папа похвалил, а то он последнее время какой-то дёрганый, на работе у него видимо что-то не ладится.

– Саша, зачем ты им сказал, что работаешь на тракторе? Ты хоть понимаешь, что ты меня опозорил? Мог бы и промолчать! Вот что теперь обо мне люди думать будут? – А что такого-то, Инна? Чем я тебя опозорил? Ты вот детей учишь, а я на тракторе работаю. Нормальная профессия. Нечего мне стыдиться. – Нормальная? Ты считаешь, что ездить по городу на тракторе – это нормально? Ты считаешь, что вонять этим противным бензином – нормально? Нормально, Саша, получить хорошую, престижную профессию. Нормально быть уважаемым специалистом, а не простым рабочим. Нормально ходить на работу в красивой, приличной одежде, а не в робе, как ты. Нормально иметь чистые руки без въевшейся грязи. Нормально... Инна не успела договорить, потому что Саша резко остановился, и прервав ее на полуслове, сказал: – Соляркой, Инна. – Что? – Инна остановилась, и удивленно посмотрела на мужа. – Соляркой я воняю, Инна. Трактор на солярке ездит, не на бензине. Казалось, что Инна только и ждала, когда он скажет ей хоть слово поперек. Она, уважаемый человек, учитель, не сдерживаясь, не выбирая выражения, закричала на всю улицу.

А вы давно гуляли под дождем? Не так, чтоб от маршрутки до подъезда Бежать, укрывшись бережно зонтом, А чтоб сухого не осталось места! Чтоб ручейки сползали по щекам, А волосы, похожие на тину, Прилипли паклей к шее и ушам, И лужи громко хлюпали в ботинках. А вы не целовались под дождем? Не так, чтоб три секунды, для отмазки, А чтобы затерялись вы вдвоем, Чтоб на ее лице - природы краски. А на твоем - желание собрать Со щечек капли теплыми губами, Желание по лужам танцевать, Соединившись мокрыми телами... А дома, завернувшись в теплый плед, Обнявшись, посидеть за мятным чаем. Вы так гуляли? Я пока что нет. Хотя всю жизнь мечтаю.... Автор: Алексеев Олег https://max.ru/psikhologia_zhenskaya

Когда-то, много лет назад, я уезжал в очень далёкую страну. И оставил свою любимую кошку родственникам. А они… Они отвезли её в деревню, где она не особо кому была нужна… Он сидел на скамейке в парке. Вокруг проходили люди. И солнце светило так ласково, а птички - они пели красивые песни. Он был стар. И каждый день приходил в этот парк. Он остался один. Жена давно ушла туда, где пообещала ждать его. А дети... Что дети? Они выросли, и у них были свои дети. Его внуки. Которые тоже уже взрослели, увлеченные своей жизнью. Вот так он и проводил свои дни - в этом парке, в полном одиночестве… Но он не был одинок, нет. Он всё время разговаривал с ней, со своей женой, и рассказывал ей о поющих птицах и запахе весенней травы и листвы. Кто-то подошел и сел рядом с ним. Мужчина повернул голову. Это был пожилой, высокий человек в пиджаке, сидевшем на нём мешковато. Так, будто под ним был горб. Пожилой мужчина поздоровался, и старик ответил. И тогда мужчина в пиджаке спросил: — Ты не узнаёшь меня?

Но он не уходил. Так они и остались в этом месте. С одной стороны густой кустарник, а с другой - невысокий холм, с которого Нгоньяма и выслеживал добычу... Он был львом. Со всеми вытекающими из этого обстоятельства последствиями... Ему было три года. Самый расцвет юности. Прайда не было - молод ещё и не готов биться за львиц, но однажды случилось вот что... Она сломала лапу, а это приговор. И прайд оставил её. Случается такое - львица, которая не может охотиться, должна быть изгнана. Вот она и приготовилась умирать. А что делать? Откуда брать пищу и воду, если тебя все бросили? Нгоньяма наткнулся на неё, увидев странную фигуру, забившуюся вглубь кустарника. Фигура была истощена и при попытке двигаться стонала от боли. Это оказалась львица. Она рычала на Нгоньяму и пыталась отогнать его, но силы уже были на исходе. Залезть в кусты она смогла, а вот выбраться…

Когда Вера вечером вернулась с работы, она сразу заметила в прихожей посторонние вещи. - Оксана, ты дома? – встревоженно крикнула она вглубь квартиры. - Да, мамочка, - тут же ответила из своей комнаты дочка. - Ты одна? - Одна. - Точно? - Мама, ты почему спрашиваешь? – Оксана уже заглядывала в прихожую. – Докладываю тебе, что сегодня ко мне гости не приходили. - Тогда, скажи мне, что это такое? – Вера показала пальцем на новые мужские тапочки огромного размера, которые лежали на полу в прихожей. - Это? – Дочка легкомысленно пожала плечами, и глупо улыбнулась. – Ну, ты же видишь. - Я вижу, да, - хмуро кивнула Вера. – Это тапочки. Только я хочу понять, откуда они взялись, и что они здесь делают? - Мама, эти тапочки купила я. - Зачем? Мне кажется, у нас с тобой размер ноги гораздо меньше. Эти тапки нам не подойдут. - Правильно.