Аналитика каналаMaxЖизнь в дневниках | Литература

Однажды Валентин Гафт стал свидетелем, как некая женщина, услышав голос Владимира Высоцкого, сказала: «Ах, не люблю этого хулигана...» После этого Валентин Иосифович написал стихотворение «Хулиган»: Мамаша, успокойтесь, он не хулиган. Он не пристанет к Вам на полустанке. В войну (Малахов помните курган?) С гранатами такие шли под танки. Такие строили дороги и мосты, Каналы рыли, шахты и траншеи. Всегда в грязи, но души их чисты. Навеки жилы напряглись на шее. Что за манера — сразу за наган?! Что за привычка — сразу на колени?! Ушел из жизни Маяковский–хулиган, Ушел из жизни хулиган Есенин. Чтоб мы не унижались за гроши, Чтоб мы не жили, мать, по–идиотски, Ушел из жизни хулиган Шукшин, Ушел из жизни хулиган Высоцкий. Мы живы, а они ушли Туда, Взяв на себя все боли наши, раны. Горит на небе новая звезда – Ее зажгли, конечно, хулиганы. Валентин Гафт Жизнь в дневниках

Ариадна Эфрон, дочь поэтессы Марины Цветаевой и режиссёра Сергея Эфрона, прожила очень сложную жизнь. Лагеря, тюрьмы, пытки, самоубийство матери, расстрел отца и мужа, гибель родного брата на войне и т.д. Ариадна Сергеевна вспоминает свою жизнь и веру в добрых людей в письме В.Ф. Булгакову (последний секретарь Л.Н. Толстого): Koгда-то меня "гнали этапом" с Крайнего Севepa в Mopдовию — шла война, было голодно и страшно, долгие, дальние этапы грозили смертью. По дopoге завезли меня в какой-то лагерь на несколько дней — менялся конвой. Отправили полы мыть в столовой; стояла зима, на чёрном полу вода замерзала, сил не было. A дело было ночью — мою, мою, тру, тру, вошел какой-то человек,тоже заключённый, — спросил меня, откуда я, куда, есть ли у меня деньги, продукты на такой долгий и страшный путь? Ушёл, потом вернулся, принёс подушечку-думку, мешочек сахару и 300 р. денег — большая сумма для заключённого! Даёт это всё мне — чужой человек чужому человеку... Я спрашиваю — как его имя? Мол, приехав на место, напишу мужу, он вернёт Вам долг. A человек этот — высокий, худощавый,с живыми весёлыми глазами — отвечает: "Моё имя Вы всё равно забудете за долгую дорогу. Ho если и не забудете и мужу напишете, и он мне "вернёт долг", то денежный перевод меня не застанет, сегодня мы здесь, а завтра там — бесполезно всё это". "Ho как же, — говорю я, — но кому же вернуть — я не могу так просто взять?" "Когда у Вас будет возможность, — отвечает он, — "верните" тому, кто будет так же нуждаться, как Вы сейчас. A тот в свою очередь "вернёт" совсем другому, а тот — третьему... Ha том и стоим, милая девушка, так и живём!" Он поцеловал мне руку и ушёл — навсегда. He знаю до сих пор, кто он, как его зовут, но долг этот отдавала десятки и сотни раз и буду отдавать, сколько жива буду. "Думка" его цела y меня и по сей день, a тот сахар и те деньги спасали мне жизнь в течение почти трёхмесячного "этапа". 1960 г. Жизнь в дневниках

Сижу на лавочке, ем шаверму, жду 11-ти часов, чтобы магазин открылся. Мысли в голове разные: Старшему сыну 33 года, не женат до сих пор, младшего в армию забирают, муж с работы уволился, мне до пенсии ещё 4 года, а хочется уже сейчас… Короче, обычные мысли возрастной тётки. Идут мимо несколько мужиков. Один кричит мне: – Приятного аппетита, девушка. – Спасибо, – кричу в ответ. – Вы очень красивая, девушка. Четыре слова всего, понятно, что мужик веселится, но как же приятно стало. Сижу, доедаю шаверму и мысли уже совсем другие: старший сын диссертацию защитил, младший девушку хорошую нашёл, муж пенсию досрочно получил, самой до пенсии далеко, зато зарплата очень хорошая. Радостно так. Спасибо тебе, незнакомый человек. Простой фразой ты сделал мой день гораздо счастливей! Автор неизвестен

Человек написал письмо владельцу небольшого отеля: — Я хотел бы взять с coбой собаку. Она хорошо воспитана, конечно, не доставит хлопот. Вы не возражаете? Пoлучил ответ: — Я содержу отель в течение многих лет и никогда ни одна собака не украла мои полотенца, постельные принадлежности или картину со стены. Я никогда не должен был вызывать полицию из-за того, что собака напилась и начала скандал в середине ночи. И никогда не случалось, что собака не оплатила счет. Поэтому с радостью приветствую собаку, и если она поручится за Вас — Вы также можете приехать. Жизнь в дневниках

Никогда ни о чем не жалейте вдогонку, Если то, что случилось, нельзя изменить. Как записку из прошлого, грусть свою скомкав, С этим прошлым порвите непрочную нить. Никогда не жалейте о том, что случилось. Иль о том, что случиться не может уже. Лишь бы озеро вашей души не мутилось Да надежды, как птицы, парили в душе. Не жалейте своей доброты и участья. Если даже за все вам — усмешка в ответ. Кто-то в гении выбился, кто-то в начальство… Не жалейте, что вам не досталось их бед. Никогда, никогда ни о чем не жалейте Поздно начали вы или рано ушли. Кто-то пусть гениально играет на флейте. Но ведь песни берет он из вашей души. Никогда, никогда ни о чем не жалейте Ни потерянных дней, ни сгоревшей любви. Пусть другой гениально играет на флейте, Но еще гениальнее слушали вы. Андрей Дементьев Жизнь в дневниках

Из воспоминаний Марка Захарова Одним из сильных зрительских впечатлений явился для меня в своё время спектакль «Фантазии Фарятьева» в московском «Современнике». Я запомнил на всю жизнь это ни с чем не сравнимое ощущение, когда медленно открылся занавес и в глубине сцены внимание наше привлёк печальный пожилой человек в потертом, слегка лоснящемся старомодном кителе. Человек был неподвижен, задумчив и суров, он смотрел вверх, медленно панорамируя взглядом. Я помню, как сразу же притих и растерялся зритель. Это был странный и неожиданный удар по нашим эмоциям, удар, шокирующий нас своей правдивостью и своей таинственностью одновременно. Мы поверили этому бесхитростному человеку, сразу же поверили в крайнюю искренность его намерений и одновременно не опознали эти самые намерения, что и было самым интересным. Помню, как я, загипнотизированный столь талантливым и неординарным началом, вздрогнул от режиссёрской зависти. Помню, как тихо открылась дверь, вошла актриса, исполняющая роль мамы, как тихо, трепетно и вместе с тем очень правдиво начался этот спектакль. Потом человек не спеша удалился, обстановка на сцене выровнялась, стала понятнее, нормальнее. Вскоре спектакль пошёл так, как я того и ожидал, - хорошо и культурно. В антракте я побежал за кулисы и спросил у Игоря Кваши: как родилось в спектакле такое прекрасное начало? Кто придумал? Кто сыграл? Кваша ответил примерно так: «Никто не придумал, никто не сыграл. Это наш идиот пожарник вечно торчит на сцене, не может себе уяснить, когда открыт занавес, когда закрыт. Всё шарит глазами по потолку - нет ли где огонька...» Жизнь в дневниках

Я боюсь, что обязательно наступит день, когда технологии превзойдут простое человеческое общение. И мир получит поколение идиотов. Альберт Эйнштейн Жизнь в дневниках

После смерти Чехова, Ольга Леонардовна Книппер-Чехова вела дневник в форме писем к Антону Павловичу. Первая запись относится к августу 1904 г. Наконец-то я могу писать - тебе, дорогой мой, милый, и далекий, и такой близкий, Антон мой! Где ты теперь - я не знаю. Давно ждала я того дня, что мне можно будет писать тебе. Сегодня я приехала в Москву, побывала на твоей могилке... Как там хорошо, если бы ты знал! После засохшего юга все здесь кажется таким сочным, ароматным, пахнет землей, зеленью, деревья так мягко шумят. Как непонятно, что тебя нет среди живых людей! Мне тебе надо так много, много написать, рассказать тебе все, что я пережила за последнее время твоей болезни и после той минуты, когда перестало биться твое сердце, твое наболевшее, исстрадавшееся сердце. Мне сейчас странно, что я пишу тебе, но мне этого хочется, безумно хочется. И когда я пишу тебе, мне кажется, что ты жив и где-то ждешь моего письма. Дусик мой, милый мой, нежный мой, дай мне сказать тебе ласковые нежные слова, дай мне погладить твои мягкие шелковистые волосы, дай взглянуть в твои добрые, лучистые, ласковые глаза. Жизнь в дневниках

Иван Андреевич Крылов умел элегантно ответить на хамство Как-то, прогуливаясь в саду, известный баснописец наткнулся на компанию молодых людей. Один из них решил подшутить над телосложением писателя: «Смотрите, какая туча идёт!». Крылов услышал, но не смутился. Посмотрел на небо и добавил саркастично: «И вправду дождик собирается. То-то лягушки расквакались». Жизнь в дневниках

Однажды Константин Сергеевич Станиславский своим ученикам задал этюд: "Горит ваш банк. Действуйте!" Кто-то побежал за водой, кто-то стал рвать на себе волосы и заламывать руки, кто-то тащил воображаемую лестницу и по ней судорожно пытался проникнуть сквозь огонь на второй этаж, кто-то падал обугленный, обезумевший от страшной боли и страданий. Всё было так, будто горел банк. И лишь один Василий Иванович Качалов, который тоже должен был принимать участие в этюде разбушевавшегося пожара банка, спокойно сидел нога на ногу, переводя взгляд с одного на другого. "Стоп! Василий Иванович, — окликнул его недовольный Станиславский, — почему вы не участвуете?" — Я участвую, — невозмутимо ответил Качалов. — Мои деньги в другом банке. Жизнь в дневниках