Я - Пенсионер
— Я знала вашу дочь, мы дружили... Мы с вами жили в одном дворе, в Рыбном переулке... я была тогда, когда Верочку ... Вернее, той злосчастной конфетой угостили меня, а Верочка... вообщем, я уступила ей, но я не знала... не знала, что там яд... Это я дала ей ту конфету! — Что было написано на фантике? - Виктория заметила, как у пожилой женщины затрясся подбородок. — "Южная ночь". Старики переглянулись. — Кто? Кто тебя угостил тогда? Прошу, умоляю, не молчи! - застонала несчастная мать. — Это был мужичок из нашей коммуналки. Фесенко... фамилия его была. Жена его, кажется, в универмаге работала, одевалась красиво. — Но... ты ничего не сказала следователю? Почему? Виктория опустила голову. Прошло много лет, но она помнила сиплый, злобный голос: "Кому-нибудь вякнешь, порежу! И тебя, и мать твою-суку." — Мама ругалась с Фесенко по поводу комнаты освободившейся. Там жил фронтовик, дядя Паша, и он умер. Его комната должна была нам отойти, потому что у нас по метражу была самая маленькая комнатка, и такая длинная, бестолковая, как пенал. Не то, что у дяди Паши - большая и светлая. С балконом. Мы уже вещи сложили, чтобы перенести, и тут... я так испугалась, не за себя, за маму! - она посмотрела на стариков, и заплакала: —Простите меня, если сможете! Я хотела пойти к следователю. Каждый день собиралась. Ну, а потом... убийца вашей дочери погиб. Смерть его была настолько ужасной, что тогда я впервые задумалась о том, что есть Бог на небе... — И как он..? - выдавил из себя отец Верочки. — Он был токарем, и его... затянуло в станок. Хоронили в закрытом гробу. Это случилось в 57-м. Я запомнила, потому что был фестиваль Молодежи и Студентов. Старушка закрыла лицо руками. — Почему же ты молчала всё это время? - спросил отец Верочки. Виктория снова опустила голову: — Я хотела забыть... дети быстро забывают плохое. Мама вскоре вышла замуж за порядочного человека, и мы переехали на Динамо. Лишь один раз я вспомнила Верочку, когда мою дочку в её возрасте кто-то пытался угостить конфетой. У меня была истерика, и пришлось объяснять мужу, в чём дело. Он тогда сказал, что раз убийца мёртв, то и заявлять теперь бессмысленно... Но, теперь я знаю, что всё имеет смысл. Сегодня я узнала, что жить мне осталось несколько месяцев. И теперь, когда я рассказала вам всё, мне стало намного легче... Старушка обняла её. — Спасибо! - прошептала она, уткнувшись ей в в плечо. - Теперь и я, зная, что убийца нашей девочки наказан, могу умереть спокойно. А ты, деточка, ещё поживи, за твою жизнь уплачена слишком дорогая цена... вот, возьми на память о Верочке! - она сняла с пальца старинное кольцо. — Что Вы, я не могу... я так виновата перед вами... — Надень его, а время придёт, передай дочери... дочка ведь у тебя? — Да. Дочка... Любочка. — Вот, придёт время, Любочке подари. Это кольцо - реликвия. Оно принадлежало ещё моей прапрабабушке. Виктория тепло простилась со стариками, и вернувшись домой, обняла дочь. — Мам, ты чего? Что врач сказал? - спросила девушка. — Всё будет хорошо, дорогая. Теперь я в этом уверена! - улыбнулась Виктория. Она почувствовала желание жить и силы бороться за жизнь. Через год, в день рождения Верочки, она снова пришла на кладбище, и увидела там её отца. Старик был один, он сильно сдал - она узнала его по тросточке. Он стоял у могилы, держа в руках шляпу. Седые волосы колыхал осенний ветерок. На свежем захоронении врассыпную лежали розы - белые и бордовые. — Теперь вот, и Галя вместе с Верочкой! - сказал старик, кивнув на памятник. На граните было высечено три имени под одной фамилией: Верочки, Галины и Аркадия. - Я скоро буду с ними. - пояснил он, поймав недоуменный взгляд Виктории. — Ну, что Вы говорите... - Виктория хотела сказать что-то ободряющее, но не нашла слов. — Вы уж, навещайте нас иногда! - улыбнулся ей старик. Он надел шляпу и медленно побрёл к выходу, опираясь на трость. ПОДПИШИСЬ!👇