Аналитика каналаMaxПисьма в стол | Литература

Вы когда-нибудь слышали, чтобы собаку несли на руках перед лицом самого Сталина, да ещё и на его собственном кителе? Речь пойдёт о Параде Победы 24 июля 1945 года, когда по Красной площади, среди марширующих колонн и звона медалей, произошло нечто, нарушающее все мыслимые уставы. В тот исторический день за «коробкой» сапёров, которые вели своих четвероногих напарников, шагал не кто-нибудь, а сам главный кинолог Советского Союза, подполковник Александр Мазовер. Но, внимание, деталь, которая заставит вас протереть глаза: этому офицеру было строжайше разрешено не чеканить шаг и даже не отдавать честь трибуне мавзолея. Почему? Да потому, что на руках он и его солдаты несли раненого бойца — хвостатого сапёра по кличке Джульбарс. Этот пёс, восточно-европейская овчарка, был настоящей машиной смерти для вражеских мин. Пока люди воевали, Джульбарс бороздил поля от России до Австрии, вынюхивая смерть. Его нос нашёл и обезвредил 7468 мин и 150 снарядов. Представьте себе: если бы не этот пёс, семь с половиной тысяч человек могли бы подорваться в любой момент. За такие заслуги его наградили медалью «За боевые заслуги» — и он стал единственной собакой за всю войну, получившей эту честь. Но самое трогательное ждало впереди. Незадолго до парада Джульбарс получил тяжёлое ранение и не мог самостоятельно передвигаться. Генерал-майор доложил маршалу Рокоссовскому, а тот, как по цепочке, передал новость Сталину. И тут вождь народов, который редко славился сентиментальностью, выдал фразу, достойную бульварных романов: «Пусть эту собаку пронесут на руках по Красной площади на моём кителе». И ведь не пошутил! Его китель, без погон, доставили в школу «Красная Звезда», соорудили из него нечто вроде почётных носилок, и вот — кульминация. Раненый пёс, лежащий на одежде самого Верховного Главнокомандующего, торжественно проплывает мимо трибуны, где стоит Сталин. Кстати, эта история имела счастливое продолжение: Джульбарс выжил, оправился от ран и даже стал кинозвездой, снявшись в фильме «Белый Клык». А вы только вдумайтесь в сухие цифры статистики: за войну советские собаки вытащили с поля боя 700 тысяч раненых, нашли 4 миллиона мин и уничтожили 300 вражеских танков. И всё это — 60 тысяч четвероногих бойцов, которые прошли ад, не имея ни званий, ни окладов. Лично меня эта история цепляет до мурашек. Представьте себе этот контраст: суровый парад, стальной блеск оружия, и вдруг — солдаты, несущие на руках пса, укутанного в китель Сталина.

6 августа 1915 года произошёл эпизод Первой мировой войны, ныне известный как «атака мертвецов». История Первой мировой войны знает немало примеров мужества и стойкости русских солдат. Одним из таких примеров стала «атака мертвецов» при обороне крепости Осовец 6 августа 1915 года. Крепость имела важнейшее стратегическое значение — она являлась одним из центров обороны так называемого «Польского мешка», выступающей глубоко на запад и уязвимой с северного и южного флангов территории Царства Польского. Осовец невозможно было обойти — на север и на юг от крепости располагались непроходимые болота, и единственной возможностью для германского командования продвинуться дальше на этом направлении было взять её. «Русские не сдаются!» Рождение этой знаменитой фразы пресса и мемуары участников Первой мировой войны связывают именно с тем боем. Утро 6 августа 1915 года. Немцы, осаждающие русскую крепость Осовец, начинают газовую атаку, жидкий хлор из сотен баллонов устремляется на защитников форпоста. Вскоре к газу добавляется шквальный огонь орудий. По расчетам немецких командиров, мало кто из русских мог остаться в живых... Комендант крепости генерал-лейтенант Николай Бржозовский отдал приказ контратаковать противника в штыки «всем, чем можно». Это было ужасающее зрелище: в штыковую атаку шли люди с химическими ожогами на лицах земляного цвета, обмотанные тряпками (единственное русское средство защиты от газа), харкающие кровью и вместо криков «ура» издающие страшные, нечеловеческие хрипы. Несколько десятков умирающих русских солдат обратили в бегство германскую пехоту. Вечная память героям нашего отечества!

Я слышал, как играют западные оркестры — прекрасный качественный звук, комфортно, но нет конфликта, страданий, глубины. Не от того, что их не чувствует дирижер или музыканты. Мне кажется, у них нет этого в генах. Это страны непуганых людей: они столетиями живут, не зная, что такое война, разруха и что такое любить человека. Настоящее искусство — это такое, которое было в блокадном Ленинграде, где люди ходили на филармонические концерты, через боль, голод, потери близких. Они видели в музыке избавление от страданий, как в религии. В девяностые годы, когда была разруха, люди тоже приходили на концерты классической музыки, как на религиозное действо. ✍️ Дмитрий Хворостовский

ВОССТАВШИЙ ИЗ МОГИЛЫ. Это не голливудская сказка. Это история простого русского парня из Сибири, который в девятнадцать лет пережил то, что не снилось самым безумным киногероям. Виктор Пономарёв – связист, почтальон, солдат. Человек, который шесть суток провёл в замаскированном укрытии на занятом врагом плацдарме, продолжая выполнять боевую задачу, вновь вернулся к своим. Родился он под Курганом, в семье, прошедшей через раскулачивание. Обычная советская юность: фабрично-заводское училище, работа на металлургическом комбинате в Сталинске. Когда пришла война – не прятался за броней, пошёл защищать Родину. Не в кино, не в книжках – на настоящую войну, где свинцом пахнет не понарошку. Сначала – Курская дуга. Сорок третьий год, адское пекло. Он тогда по сорок раз на дню ползал под огнём, восстанавливая связь. Шестьдесят восемь обрывов за три дня – это не цифры из отчёта, это шестьдесят восемь раз, когда смерть щёлкала зубами у самого уха. А потом – почта. Да-да, обычные письма, которые он носил в окопы под обстрелом. Однажды с такой вот почтовой сумкой столкнулся лицом к лицу с немецким отрядом. И вышел победителем – двенадцать фашистов остались лежать на поле боя. Один против двенадцати – и победил. Но главное было впереди. Днепр, сентябрь сорок третьего. После ожесточённых боёв Виктор оказался на занятом противником плацдарме. Он нашёл разрушенный блиндаж, перетащил туда связное оборудование, тщательно замаскировал укрытие и, фактически заживо похоронив себя под слоем земли, шесть суток продолжал передавать нашим войскам координаты противника по уцелевшей линии связи. Всё это время немцы находились совсем рядом, не подозревая, что под землёй продолжает работать советский связист. Когда советские части отбили плацдарм, Виктор вышел из своего укрытия — измученный, но живой, до конца выполнивший боевую задачу. Виктор Павлович Пономарев за свои подвиги был удостоен звания Героя Советского Союза. В 1944-м его отправили в Военно-морское училище связи. Он окончил его в 1947-м и до 1968 года служил на Балтийском флоте. Вот они, наши люди. Вот она, наша сила. Не в спецэффектах, не в фантазиях сценаристов – в простых парнях из рабочих семей, которые умели не только умирать за Родину, но и возвращаться из мёртвых, чтобы продолжать бой. Вечная память. Вечная слава!

Этот памятник стоит в селе Лычково. Здесь похоронены останки более 2000 детей, эвакуированных из Ленинграда, сопровождавшие их педагоги и медицинские сестры. 18 июля 1941 года на железнодорожной станции Лычково Новгородской области состав с детьми разбомбил немецкий самолет. Сохранились воспоминания выживших в тот день ребятишек. Из рассказа Евгении Фроловой: «Мальчишки угомонились, только заняв места за столами. А мы отправились к своему вагону. Одни залезли на нары отдыхать, другие рылись в своих вещах. Мы, восемь девочек, стояли в дверях. – Самолет летит, – сказала Аня, – наш или немецкий? – Скажешь тоже – «немецкий»… Его утром сбили. – Наверное, наш, – добавила Аня и вдруг закричала: – Ой, смотрите, из него что-то сыплется... От самолёта отделяются и косой цепочкой скользят вниз небольшие чёрные зерна. А дальше – всё тонет в шипении, и грохоте, и дыме. Нас отшвыривает от дверей на тюки к задней стенке вагона. Сам вагон трясётся и качается. С нар валятся одежда, одеяла, сумки, тела, и со всех сторон со свистом что-то летит через головы и вонзается в стены и в пол. Пахнет палёным, как от пригоревшего на плите молока». Началось безумие. 25 бомб буквально разорвали вагоны-теплушки. После обстрела немногим выжившим открылась страшная картина: фрагменты детских тел, оторванные ручки, ножки валялись вокруг, висели на телеграфных проводах, деревьях, кустарниках. Выжившие солдаты начали собирать погибших и раненых малышей. Через час была объявлена воздушная тревога, и появившиеся четыре немецких бомбардировщика вторично подвергли Лычково бомбёжке и пулемётному обстрелу. Из воспоминаний Валентина Динабургского: «Через пару дней на Лычково нахлынули матери несчастных жертв. Простоволосые, растрёпанные, они метались между путей, искорёженных взрывами бомб. Они незряче бродили по лесу, не обращая внимания на минные поля, и подрывались на них... Неудивительно, что некоторые тронулись разумом. Меня одна женщина, улыбаясь, спрашивала: не встречал ли я её Вовочку? Она только сейчас вела его в детсадик и оставила вот здесь... Зрелище страшное: истерики, вопли, обезумевшие глаза, растерянность, безысходность». В суете отступления так и не было определено количество погибших, их имена и фамилии. Останки были наспех собраны и захоронены на гражданском кладбище в Лычково.

ПРО СТАРУШКУ. Одна семья из города приехала в глухую деревню. Муж и жена. В этой деревне, на берегу озера, стоял родительский дом. И они привезли с собой старенькую маму. Это была очень древняя крошечная старушка. Она раньше вот в этом доме и жила, много лет. А когда постарела, слабенькой стала, дочь её в город увезла. Старушка уже мало кушала, ножки плохо ходили, забывать всё стала и вот дочь с мужем решили, что она не сегодня, так завтра помрёт. Сами они уже на пенсии были и решили, что не плохо бы мамочку на родине, рядом с родными похоронить. Она ведь уже на ладан дышит, ей почти 90 лет. Они готовы были потерпеть деревенские неудобства, это же ненадолго - так муж с женой планировали, зато потом не будет хлопот с похоронами. Дорога в деревню была нелёгкая, но старушка всё выдержала. Жителей там было немного, ближайший магазин через 3 км со скудным ассортиментом. Так и стали жить. Муж ловил рыбу, жена разбила грядки, собирала ягоды и грибы в лесу, травку для чая. Подновили старую баньку и лодку. Старушка сначала всё у окошечка сидела, оденет очки и смотрит на травку во дворе, на озеро, на кувшинки жёлтые. А потом нашла старые валенки, взяла палочку и стала на крылечко выходить. К ней кот какой-то стал приходить и на коленки ложиться. Они так долго могли сидеть вдвоём, старушка гладила кота своей маленькой ручкой, а он тихонечко на её худеньких ножках лежал. Солнышко их грело, птички летали, бабочки порхали, на озере утки крякали, а так тишина... Вскоре старушка стала по двору топтаться: валенки большие, платочек на голове, очки на носу, сама крошечная, на палочку опирается и меленькими шажочками передвигается. Так, как-то, и до озера добралась. А там утки угощения просят. Старушке дочь на валенки, чтобы не промокли, галоши одела, и та стала каждый день к озеру ходить с кусочком хлеба, уток с утятами кормить. Они у неё крошки прямо с ладошки ели, а старушка улыбалась. Счастлива была. Иногда дочь её в лодочке катала по озеру, удочку давала подержать. Старушка поймает одну-две рыбки и кота потом угощает. Так вот и лето прошло, осень, зима наступила, а старушка всё также, тепло одетая выходила во двор и даже крылечко от снега веничком подметала. С лопатой справиться не могла, не под силу было, а с веничком справлялась. И с котом по заснеженному двору потихоньку, меленькими шажочками гуляла. Кушать стала лучше, аппетит появился, чай со зверобоем любила, бруснику с толокном, кашу пшённую. В баньку с удовольствием ходила, любила, когда жарко. Дочь её намоет, старушка от тепла разрумянится, помолодеет - красавица! И так год за годом... Ошиблись дети с расчётами. Старушка в деревне ещё шесть лет прожила. Все шесть лет вот так, благостно улыбаясь окружающему миру, потихоньку, в больших валенках и семенила мелкими шажочками по двору, опираясь на палочку. А куда торопиться- то? На тот свет всегда успеется, никуда от этого не деться. Лучше порадоваться жизни: посмотреть на озеро, на травку, покормить с ладошки уток, погладить кота, выпить кружку чая с морошковым вареньем. Наслаждаться надо жизнью и не думать о плохом. И делать добро.

"Моя бабушка всегда говорила, что тяжёлую блокаду и голод и она, и моя мама, её дочь, пережила только благодаря нашему коту Ваське. Если бы не этот рыжий хулиган, они умерли бы с голоду, как многие другие. Каждый день Васька уходил на охоту и притаскивал мышек или даже большую жирную крысу. Мышек бабушка потрошила и варила из них похлебку. А из крыски получался неплохой гуляш. При этом кот сидел всегда рядом и ждал еду, а ночью все трое лежали под одним одеялом и он согревал их своим теплом. Бомбежку он чувствовал намного раньше, чем объявляли воздушную тревогу, начинал крутиться и жалобно мяукать, бабушка успевала собрать вещи, воду, маму, кота и выбежать из дома. Когда бежали в убежище, его как члена семьи тащили с собой и смотрели, как бы его не унесли и не съели. Голод был страшный. Васька был голодный, как все, и тощий. Всю зиму до весны бабушка собирала крошки для птиц, а с весны выходили с котом на охоту. Бабушка сыпала крошки и сидели с Васькой в засаде, его прыжок всегда был на удивление точным и быстрым. Васька голодал вместе с нами и сил у него было недостаточно, чтобы удержать птицу. Он хватал птицу, а из кустов выбегала бабушка и помогала ему. Так что с весны до осени ели еще и птиц. Когда сняли блокаду и появилось побольше еды, и даже потом после войны бабушка коту всегда отдавала самый лучший кусочек. Гладила его ласково, приговаривая – кормилец ты наш. Умер Васька в 1949 году, бабушка его похоронила на кладбище, и, чтобы могилку не затоптали, поставила крестик и написала Василий Бугров. Потом рядом с котиком мама положила и бабушку, а потом там я похоронила и свою маму. Так и лежат все трое за одной оградкой, как когда-то в войну под одним одеялом...". ✍️ Рассказ написан на основе реальной истории. Имя кота не изменено.

27 июля - день памяти детей – жертв войны на Донбассе. Сегодня Россия вместе с народом Донбасса скорбит и вспоминает детей, погибших во время вооружённого конфликта. Все эти годы наши недруги делали вид, что этой трагедии нет, а все происходящее - лишь выдумка и провокация. Россия с 24 февраля проводит военную операцию на Украине, целью которой президент Российской Федерации Владимир Путин назвал защиту жителей Донбасса. По официальным данным более 150 детей погибли в Донецкой и Луганской Народных Республиках с 2014-го, 40 из них в 2022 году. Двум самым младшим из них не исполнилось и года. Вечная память!

Средь оплывших свечей и вечерних молитв, Средь военных трофеев и мирных костров Жили книжные дети, не знавшие битв, Изнывая от мелких своих катастроф. Детям вечно досаден Их возраст и быт — И дрались мы до ссадин, До смертных обид, Но одежды латали Нам матери в срок — Мы же книги глотали, Пьянея от строк. Липли волосы нам на вспотевшие лбы, И сосало под ложечкой сладко от фраз, И кружил наши головы запах борьбы, Со страниц пожелтевших слетая на нас. И пытались постичь Мы, не знавшие войн, За воинственный клич Принимавшие вой, Тайну слова «приказ», Назначенье границ, Смысл атаки и лязг Боевых колесниц. А в кипящих котлах прежних боен и смут Столько пищи для маленьких наших мозгов! Мы на роли предателей, трусов, иуд В детских играх своих назначали врагов. И злодея следам Не давали остыть, И прекраснейших дам Обещали любить; И, друзей успокоив И ближних любя, Мы на роли героев Вводили себя. Только в грёзы нельзя насовсем убежать: Краткий век у забав — столько боли вокруг! Попытайся ладони у мёртвых разжать И оружье принять из натруженных рук. Испытай, завладев Ещё тёплым мечом И доспехи надев, — Что почём, что почём! Разберись, кто ты: трус Иль избранник судьбы — И попробуй на вкус Настоящей борьбы. И когда рядом рухнет израненный друг И над первой потерей ты взвоешь, скорбя, И когда ты без кожи останешься вдруг Оттого, что убили его — не тебя, Ты поймёшь, что узнал, Отличил, отыскал По оскалу забрал — Это смерти оскал! Ложь и зло — погляди, Как их лица грубы, И всегда позади Вороньё и гробы! Если мяса с ножа Ты не ел ни куска, Если руки сложа Наблюдал свысока, А в борьбу не вступил С подлецом, с палачом, — Значит в жизни ты был Ни при чём, ни при чём! Если, путь прорубая отцовским мечом, Ты солёные слёзы на ус намотал, Если в жарком бою испытал что почём, — Значит нужные книги ты в детстве читал! Высоцкий В. Баллада о борьбе

Девятого мая на улицы Москвы выходил очень красивый старый моряк, ветеран морской пехоты – гвардии главный старшина Юрий Александрович Фомичёв. Где бы он ни появлялся, тут же объективы фотоаппаратов и видеокамер направлялись в его сторону. Этого статного мощного старика очень любили снимать телевизионщики и газетные корреспонденты. Потому что он обладал невероятной обаятельностью и излучал волю, твёрдый характер и оптимизм. Потому, что он был высоким, крепким, каким-то монументальным. Его седовласая голова и бескозырка с надписью «Метель» возвышались над праздничной толпой, издалека привлекая внимание. Несмотря на возраст, Юрий Александрович Фомичёв был всегда энергичен, строен и подтянут. Морская форма, бережно хранимая им со времен военной юности, была ему всегда впору. Он был символом мужества и стойкости русского воина. Он был настоящим символом Победы нашей страны над жестоким врагом. Он был ярким символом непокорённости нашего народа. «Непокорённый» - именно так назвал портрет Юрия Фомичёва народный художник России Василий Нестеренко. Надпись на гвардейской ленте бескозырки гласит «Метель». Это название сторожевого корабля на Дальнем Востоке, с которого в 1941 году начался боевой путь Юрия Фомичёва. Юрий Александрович Фомичёв прошёл всю войну и побывал в самых горячих её точках. Он сам себя называл «моряком, всю войну прошагавшим по земле». Морской пехотинец Фомичёв бился с врагом под Ленинградом и Сталинградом, принимал участие в контрнаступлении под Москвой и в зимней операции под Орлом, побывал на Курской Дуге, прошагал с боями по Смоленщине и Белоруссии. Он одним из первых в составе войск морской пехоты вошёл в Минск. Находился на острие атак под Кёнигсбергом и штурмовал крепости морского города Пиллау. Воевать Юрий Александрович закончил там же, где и начинал – на Дальнем Востоке, причём опять попал на морской сторожевик «Метель». Боевое крещение Юрий Фомичёв принял в схватке с врагом на подступах к Ленинграду – на страшном Невском Пятачке. Это была кровавая мясорубка, из которой мало кто выбрался живым. На узкой полоске невского берега до момента прорыва Блокады Ленинграда полегло более 200 тысяч наших воинов. На один квадратный метр этой земли приходится семнадцать убитых наших солдат. Еще раз повторяю – на каждом квадратном метре погибло 17 наших бойцов… За несколько дней боёв на Невском Пятачке большой отряд Фомичёва, состоявший из трёхсот моряков, сократился до одного взвода. А на пятый день был ранен сам Юрий – у него была перебита подключичная артерия. Ранение очень опасное, но его успели переправить на правый берег Невы и отправили в госпиталь – именно поэтому он и остался жив. У морпеха Фомичёва было много ранений. Пять раз он попадал на операционный стол. Пять раз выходил из госпиталя и снова возвращался в свою родную морскую пехоту. Но самое тяжёлое и последнее в своей жизни ранение Юрий Фомичёв получил на Дальнем Востоке 14 августа 1945 года в боях за корейский порт Сейсин. После тяжелейшей контузии он целый год не мог передвигаться на ногах, и полгода не владел речью. При росте 189 см морпех весил всего 45 килограммов. Это был живой скелет. Но Юрий был молод и страстно хотел жить. Он не покорился своим ранам. Он не покорился госпитальной койке. Он не покорился всем злым обстоятельствам. Он дожил до 86 лет непокорённым символом мужества, стойкости и героизма. В 2006 году вышла в свет замечательная книга русского воина Юрия Фомичёва под названием «Память не стынет». В ней собраны стихи, рассказы и песни автора о военной службе и сослуживцах. Этот сборник Юрий Александрович посвятил 300-летию морской пехоты России.