Аналитика каналаMaxАнна не Каренина

Трагедия в кладовке Рассказала мне это сестра моя, гражданка Кузнецова, когда проживала она в городе Болотное. Места там глухие, лесные. Охота, рыбалка и прочие природные явления. И вот, значит, поздней осенью муж её, товарищ Кузнецов, возвращается с промысла. Не с пустыми руками, нет. Приносит домой дикое животное – бурундука. Маленький такой, полосатый, но дикий. Нрав необузданный, однако ж сознательный. Покрутился этот бурундук среди людей, обстановку, так сказать, оценил критически. Видит – народ простой, сердобольный. И, не будь дурак, взял курс прямо в кладовку. Там свернулся клубком и заснул, как говорится, мёртвым зимним сном. Хозяева, люди интеллигентные, но жалостливые, решили: пусть спит. Накрыли его, дурака, тёплым шерстяным покрывалом. Для уюта. И со спокойной совестью забыли о квартиранте до весны. Думали, спит себе и спит. Весна пришла. Снег сошёл. Солнце пригрело. Открывают хозяева кладовку – проведать жильца. Навстречу им, пошатываясь от долгого сна и голода, гордо выходит бурундук. Но выходит он, товарищи, не в полном комплекте. Вылез он, извините за выражение, полностью лысый. Как коленка. Ни шерстинки на нём не осталось. И сам, видать, недоумевает: спать ложился в шубе, а проснулся – в чём мать родила. За зиму его, товарищи, подчистую сожрала моль. Вот такая, знаете ли, трагедия. В кладовке. И мораль тут, прямо скажем, простая: не всяк, кто накрыл ближнего покрывалом, желает ему добра. Иной раз лучше бы и не трогали. А то проснётся, выйдет к людям... а на нём, извините, ни шерстинки. Ни шерстинки, товарищи. И ни совести.

Вчера у «Магнита». Стою, жду Сашу. Минута, вторая, пятая. Саша не идёт. А может, и хорошо, что не идёт. Потому что у входа разыгралась драма, по накалу превосходящая торги на Лондонской бирже. На картонной коробке теснились домашние разносолы, за которыми бдила бабулька. Из магазина, шурша пакетом, вышла её ровесница – лет восьмидесяти. Тормознула у товара, подозрительно уставившись на банку с ярким содержимым. – А это что такое красное? – Хреновина. – Чего? – Хреновина. – А что такое хреновина? – Как что? Хреновина и есть хреновина... Ну, горлодёр по-другому. Помидоры, хрен, чеснок. Господи, жизнь прожила и не знаешь, что такое хреновина! Бабулинг, да и только. Первая смотрела как прокурор, вторая переваривала. Лицо у покупательницы было такое, будто она действительно пропустила в своей жизни что-то важное. Что-то с хреном. Повисла пауза. Я уже начала переживать за исход переговоров. Слишком многое было поставлено на карту: хрен, помидоры и человеческое достоинство. Женщина вздохнула, поправила платочек. – Да мало ли я чего не знаю. Почём маленькая банка? Всё. Сделка состоялась. Я выдохнула. Мир снова обрёл хрупкое равновесие.

Грызуны и их маленькие трагедии. Серия вторая. Не переключайтесь 😂

Накопила я в себе, товарищи, желание блинов покушать. Неделю копила. Две. Можно сказать, целенаправленно шла к событию. Сегодня с утра навела теста. Сначала на порцию. Потом, вижу – маловато будет для размаха, ещё навела. Стою пеку. Аришка бегает, в универ свой собирается. Глядь – тарелка пустая. Нет блинов. – А как же, – говорю, – начинка? – Опоздываю, мам. Пришёл со смены Саша. Крутился рядом, утро доброе говорит, жена! Дай бог тебе здоровья и дальнейших успехов в личной жизни. Мысленно, конечно. Опять смотрю – нет блинов на тарелке. Хитёр, супружник. – Так я ж с начинкой хотела! – Вкусные и так, – кричит из комнаты. Запиликал телефон. Телефон, товарищи, – это, я вам скажу, гибель для кулинарии. Отвлеклась на минуту. Сгорел блин. Уголь натуральный. Обидно. Думаю, отдам Дженьке. Всё равно пропадать. Но собака у нас хоть и не привередливая, а всё-таки 15 кг чистого достоинства. Понюхала и ушла. Пеку дальше, хотя энтузиазм, конечно, уже не тот. И тут чувствую – устала. И блинов нет. То есть производительность труда налицо, а результата – ноль. В общем, мораль тут простая, братцы, и даже где-то философская. Кухня-гостиная ваша, которую сейчас так в интернетах хвалят, – это, товарищи, не кухня. Это какой-то проходной двор и разгул беспардонного эгоизма. На кухне дверь нужна капитальная! И швабра покрепче, чтоб эту дверь изнутри подпирать, когда блины пекутся.

* * * Стою я, граждане, в очереди на прививку от гриппа. Дело добровольное, но обстановка нервная. Народу набилось – не протолкнуться, каждый своё здоровье караулит. Вдруг сзади меня один мужчина аккуратно так локтем тыкает. Вид у него, прямо скажем, недовольный, будто впереди не процедурный кабинет, а поле с минами. – Что, – спрашивает, – милая гражданка, вас тоже на производстве тиранят и силком под иглу гонят? Я женщина сознательная, мне скрывать нечего. – Да нет, – отвечаю, – бог с вами. Какое производство? Сейчас этот грипп вовсю полыхает. Ребёнок заразы полон рот принесёт, а мне опосля болей, кашляй и медикаменты переводи? Не имею такого эгоистического желания. Мужчина мой ответ в голове покрутил, губами подёргал, но от своей линии не отступает. Бывают такие граждане, которым дефицит угнетения кругом мерещится. – А нас, – говорит с обидой, – ежегодно в принудительном порядке этой медициной колют. Без зазрения совести. И так, знаете, с чувством в пространство добавляет: – Вот ведь суки! Тут я, признаться, малость опешила от такой неблагодарности к государственному аппарату здравоохранения. Замолчала, мысль регулирую. А после деликатно так интересуюсь: – И как же, – говорю, – действует на вас этот административный произвол? Сильно ли вы после этого гриппом страдаете? На бюллетене лежите? Извините за нескромный вопрос. Тут гражданин, выражаясь научно, заклинил. В глазах у него произошёл полный туман и переучёт ценностей. Постоял, подумал, да и выдаёт с крайним изумлением на лице: – Да как вам сказать… Вообще-то не страдаю. И не болею вовсе, чтоб им пусто было. – Вот ведь суки, – согласилась я с чистым сердцем. – Отрезали человеку всякий путь к законному недомоганию.

А вот ещё вспомнила историю, после которой к блинам начинаешь относиться с некоторой осторожностью. 😉 Наслаждайтесь! *** Мы тогда жили рядом с лесом. В одно прекрасное и вполне обычное утро наша соседка Полина, как водится, пошла на работу. Необычным было то, что по дороге она нашла на земле замерзшую белку (мы потом так и не выяснили, с какой целью она её подобрала: может, на чучело, может, на воротник или же по принципу «в хозяйстве всё сгодится»). В общем, отнесла она белку домой, а сама уехала на работу. Сын к тому времени уже был в школе, а муж в этот день возвращался из командировки. Через пару часов заглядывает в отдел начальник и говорит нам, что звонит Полинкин муж с какими-то странными вопросами: мол, всё ли с его женой в порядке, не заметили ли мы чего-нибудь странного, и просит срочно отправить её домой. В общем, оказалась та белка отнюдь не мёртвой, а очень даже живой. Отогрелась в квартире и решила, что она тут хозяйка. А Поля наша, себе на беду, с утра блинов напекла и записку мужу оставила. Белка те блины по всей квартире на просушку развесила. Особенно постаралась в коридоре — на лосиных рогах. Ну а когда дверь в квартиру стала открываться, спряталась. А теперь представьте состояние мужа: дома неделю не был, заходит, а там… БЛИНЫ ВЕЗДЕ и записка: «Дорогой, это для тебя!» (с просторов интернета)

* * * Купили мы, граждане, казан. Для мангала, натурально. Продавец клялся, что вещь вечная, внукам останется. Чистый чугун, неподъёмная гиря с ушками. Саша тащил его на дачу и надорвал поясницу, потому как весу в нём пуда полтора, не меньше. Гляжу я на него и глазам не верю. Он желтеет! Ей-богу, на глазах покрывается благородной рыжиной. Первая моя мысль была, конечно, на климат грешить. Думаю, осень, граждане, пришла преждевременно, сырость в воздухе образовалась. Ан нет! Полезла я в эти ваши интернеты, на форумы знатоков. Батюшки мои! Там целая секта. Люди свои сковородки по именам зовут, целуют в донышко и завещание нотариусу несут. Мол, сыну казан не дам, он оболтус, средством для мытья посуды его погубит. Передам сразу внуку! В обход детей, значит. Детей-то они уже упустили, а внуков к чугуну планируют готовить лично и строго. А уход за ним это отдельная каторга. Современным средством его не возьмёшь. На форумах за это проклинают до седьмого колена. Только чистой водой и, желательно, собственными слезами. Зато после мытья его положено ублажать. Обмазать маслом и прокалить. И стоит при этом такой дым, будто мы вызываем дух Тамерлана. А поскольку весит он как чугунный мост, таскание его до раковины и обратно заменяет Саше абонемент в спортзал. В общем, живём теперь втроём. Я, Саша и этот барин чугунный. Капризный, тяжелючий, ржавеет от одного взгляда. Но плов в нём выходит, пальчики оближешь. Так что терпим. А как внуки подрастут, вручим им эту гирю торжественно, под расписку. Пусть тоже почувствуют, что такое вечная вещь в условиях сырого климата и слабой поясницы.

Умеем. Практикуем. 💪🏻😂

★★☆☆☆ Граждане, дело серьёзное. Женщина я взрослая, самостоятельная. Умею платить налоги, спокойно хожу мимо вывесок «Распродажа». Муж есть. Кошка есть. Купила, значит, орешки эти, со сгущёнкой, «Кукусики». Для гостей, разумеется. И что вы думаете? А ничего вы не думаете. Потому что думать тут некому. Я, граждане, в момент онемела. Рука сама берёт. Рот сам жуёт. Глаз в пачку смотрит. А где я – неизвестно. Нет меня. Одни крошки остались. А пачка, между прочим, маленькая. Не успела опомниться – донышко. Сидишь, голубушка, и сама себе противна. Оценку снизила. Одну звезду – за маленькую пачку. Две – за себя, за безволие моё. Вкус, конечно, десять. Но гостям, стало быть, ничего не досталось.

Утро. Я, Дженька и какой-то мужчина заходим в лифт. Мне на пятый этаж, к маме. Мужчине, как выяснилось, на седьмой. На пятом он выходит. Я смотрю ему вслед и думаю: «Ну, значит, ещё не мой этаж». И еду до седьмого. В общем, двое непроснувшихся в лифте. Не считая собаки. 😂 Доброе утро, братцы! ♥️