Аналитика каналаMaxГолос реанимации🚑

Немного обо мне. Иногда в сообщениях спрашивают: «Татьяна, а вы вообще отдыхаете? Или только работаете?» Честно? Отдыхаю. Просто мой отдых совсем обычный. Люблю проснуться пораньше в выходной, пока дома тихо. Выпить чашку кофе. Сходить на пробежку. После неё голова становится удивительно ясной, а накопившаяся за смены усталость словно остаётся где-то позади. Люблю проводить время на даче. Для кого-то огород - тяжёлый труд. А для меня это возможность переключиться. Полить цветы. Собрать ягоды. Посидеть вечером в тишине. Без сирен, вызовов и спешки. Очень люблю встречаться с подругами. Иногда мы можем несколько часов просидеть за разговорами обо всём на свете. Без медицинских терминов. Без обсуждения диагнозов. Просто как обычные люди. А ещё неожиданно для самой себя я полюбила писать. Когда год назад появился этот канал, я не думала, что истории со скорой помощи станут чем-то большим, чем просто воспоминания о сменах. Но оказалось, что за каждым вызовом стоит не только диагноз. Стоит человек. Его страх. Надежда. Родные. И эмоции, которые остаются с нами ещё долго после окончания смены. Спасибо, что читаете. Спасибо, что переживаете вместе со мной. И спасибо, что напоминаете: за белым халатом тоже живёт обычный человек. Берегите себя. Голос реанимации. Теперь в МАХ. Подписывайся.

Сегодня меня оскорбили в магазине. Зашла после работы купить продукты. Уставшая, после смены, мысли ещё где-то между вызовами и домом. На кассе возникла небольшая заминка. Ничего особенного - обычная бытовая ситуация. Но женщина, стоявшая позади меня, вдруг решила, что несколько лишних минут её жизни дают ей право перейти на личности. Сначала недовольное ворчание. Потом комментарии в мой адрес. А затем откровенное оскорбление. Первая реакция? Конечно, хотелось ответить. Причём так, чтобы человек надолго запомнил этот поход в магазин. Но остановилась. Посмотрела на неё и подумала: а зачем? Я каждый день вижу людей в самых разных состояниях. Испуганных. Злых. Растерянных. Иногда агрессивных. На работе приходится сохранять спокойствие даже тогда, когда в ответ получаешь далеко не благодарность. Наверное, поэтому и здесь просто сказала: - Хорошего вам вечера. Взяла пакет и ушла. Но неприятный осадок всё равно остался. Странно, насколько легко некоторые люди позволяют себе унизить совершенно незнакомого человека просто потому, что у них плохое настроение. Мы ничего не знаем о тех, кто стоит рядом с нами в очереди. Может быть, человек только что закончил тяжёлую смену. Может быть, получил плохие новости. Может быть, просто держится из последних сил. Иногда для того, чтобы сделать чей-то день чуть легче, не нужно ничего особенного. Достаточно просто не делать его хуже. Голос реанимации. Теперь в МАХ. Подписывайся.

Я так заработалась, что пропустила важную дату. Хорошо, что подружка напомнила. 17 июля исполнился ровно год с того дня, как я начала вести канал в телеграмм. Да, это в МАХе мы недолго. Сегодня уже 25 июля - так что поздравляю нас с небольшим опозданием. 😄 Когда опубликовала первые записи, даже не представляла, что канал станет такой заметной частью моей жизни. За этот год там было многое. Тяжёлые вызовы и истории со счастливым концом. Случаи, которые ещё долго не выходили из головы. Разговоры о здоровье и питании. Пробежки после смен. Дача, огород, встречи с подругами и маленькие моменты обычной жизни. Но самое ценное, что появилось здесь за этот год, - это вы. Спасибо каждому, кто читает мои истории, оставляет комментарии, задаёт вопросы, делится своим мнением и просто остаётся рядом. Очень приятно понимать, что мои посты вызывают эмоции, помогают узнать что-то новое, а иногда просто составляют вам компанию за чашкой чая. Спасибо, что этот первый год мы провели вместе. ❤️ Будем считать, что день рождения немного затянулся. С годовщиной, «Голос реанимации»!

Вызов. Повод: мужчина лежит на полу, не может подняться. Пожилая семейная пара. Мужу - 82 года. Жене - 79. У женщины деменция. Скорую вызвала соседка. - Я обычно захожу к ним каждый день. Сегодня звоню в дверь - никто не открывает. Потом услышала, что она там ходит и что-то говорит. У меня запасной ключ есть, зашла, а он на полу лежит. Проходим в комнату. Мужчина действительно лежит возле кровати. В сознании. Очень слабый. - Давно вы здесь? - Со вчерашнего вечера… Сначала даже не верится. - Всю ночь? - Всю ночь. Накануне ему внезапно стало плохо. Закружилась голова, появилась резкая слабость в правой руке и ноге. Попытался дойти до кровати - упал. Самостоятельно подняться уже не смог. А рядом всё это время была жена. Она ходила вокруг него. Пыталась помочь встать. Приносила воду. Потом забывала, зачем пришла. Муж несколько раз просил: - Позвони в скорую. Она брала телефон. Через минуту клала его обратно. - А кому мы хотели звонить? Он объяснял снова. Через некоторое время всё повторялось. В какой-то момент женщина вообще решила, что муж просто прилёг на пол и ему нужно дать отдохнуть. И так прошла ночь. Осматриваем пациента. Правосторонняя слабость сохраняется. Угол рта опущен. Речь смазанная. Картина заставляет думать об остром нарушении мозгового кровообращения. Только с момента появления первых симптомов прошло уже много часов. Жена стоит рядом и тревожно спрашивает: - А что с ним случилось? Объясняем. Через несколько минут она снова подходит: - А что с ним случилось? И вот в этот момент становится особенно тяжело. Понимаешь, что здесь фактически заболели сразу двое. Один физически не смог подняться и вызвать помощь. А второй находился рядом, хотел помочь, но из-за болезни просто не смог организовать эту помощь. Госпитализируем мужчину. Соседка остаётся с женщиной и связывается с родственниками. По дороге пациент тихо спрашивает: - А жена одна не останется? Вот что беспокоит его больше всего. Не рука. Не нога. Не инсульт. Она. Такие вызовы заставляют задуматься о вещах, о которых мы обычно вспоминаем слишком поздно. Если пожилой человек ухаживает за супругом с деменцией, важно заранее продумать, кто придёт на помощь, если плохо станет самому ухаживающему. Телефоны родственников на видном месте. Контакт с соседями. Регулярные звонки. Простая тревожная кнопка или другое заранее освоенное средство связи. Потому что иногда рядом с больным действительно есть близкий человек. Он любит. Переживает. Хочет помочь. Но болезнь уже не позволяет ему понять, как это сделать. И в этот раз помощь пришла только потому, что соседка заметила: за знакомой дверью что-то изменилось. Иногда обычное человеческое «давно вас не видела, решила зайти» оказывается гораздо важнее, чем кажется. Голос реанимации. Теперь в МАХ. Подписывайся.

Сегодня без скорой. Вы постоянно читаете, как я кого-то спасаю, госпитализирую и уговариваю не лечиться водкой. Но вообще-то иногда я бываю дома. И сегодня поделюсь одним из моих любимых летних блюд - запечёнными кабачками с курицей и сыром. Готовится просто, получается сытно, а стоять два часа у плиты после смены не нужно. Нам понадобится: 🥒 2 молодых кабачка 🍗 400 г куриного филе 🍅 2 помидора 🧅 1 небольшая луковица 🥛 2–3 столовые ложки сметаны или натурального йогурта 🧀 100 г сыра 🧄 1–2 зубчика чеснока 🌿 зелень соль и специи - по вкусу Готовим. Кабачки разрезаю вдоль и ложкой немного убираю середину - получаются «лодочки». Курицу нарезаю небольшими кусочками, смешиваю с луком, помидорами, чесноком и сметаной. Добавляю немного соли и любимые специи. Выкладываю начинку в кабачки. Сверху немного сыра. Отправляю в духовку примерно на 30–40 минут при 180 °C - ориентируйтесь по готовности курицы и мягкости кабачка. После духовки добавляю зелень. Всё. Никаких семян чиа, ягод годжи и продуктов, которые нужно три дня искать по магазинам. Обычные кабачки, курица и овощи. Получается и белок, и овощи, и вполне нормальный ужин без попыток превратить еду в сложную математическую формулу. А если кабачки со своего огорода - вообще красота. Кстати, если вам понравится такой формат, могу иногда делиться тем, что сама готовлю дома. А то всё вызовы да вызовы. Фельдшеры тоже едят. 😄 Голос реанимации. Теперь в МАХ. Подписывайся.

Вчера впервые за долгое время перебрала с алкоголем. Повод был более чем достойный - подруга ждёт третьего малыша. Собрались небольшой компанией, посидели, поговорили, посмеялись. Тост за тостом... И в какой-то момент я поняла, что чувство меры осталось где-то на первых бокалах. Проснулась сегодня с головной болью и первой профессиональной мыслью: «Интересно... А коллег для дезинтоксикации уже можно вызывать или ещё потерпеть?» 😄 К счастью, обошлось без этого. Мы, медики, тоже обычные люди. Иногда расслабляемся. Иногда ошибаемся. И да, иногда перебираем. Главное - вовремя признать это и сделать выводы. Похмелье - очень плохой собеседник. После него быстро понимаешь, что чувство меры всё-таки лучше любого застолья. Так что сегодня мой выбор - вода, отдых и обещание самой себе, что в следующий раз остановлюсь на один тост раньше. Берегите себя. И пусть поводов для встреч будет много, а причин вызывать скорую после них - как можно меньше. Голос реанимации. Теперь в МАХ. Подписывайся.

Вызов. Повод: мужчина без сознания. Частный дом. На улице нас встречает жена. Заплаканная. - Он просто сидел за столом... Потом резко схватился за грудь и упал... В комнате мужчина, 62 года. Сознания нет. Дыхания нет. Пульс на сонных артериях отсутствует. На мониторе - асистолия. Время терять нельзя. Начинаем сердечно-лёгочную реанимацию. Компрессии грудной клетки. Обеспечение проходимости дыхательных путей. Адреналин по алгоритму. Проходит несколько минут. Контроль ритма. Без изменений. Продолжаем. Меняются руки у тех, кто выполняет компрессии. В комнате тихо. Слышен только метроном дефибриллятора и дыхание через мешок Амбу. Жена стоит в дверях. Не плачет. Просто смотрит. После очередного цикла снова оцениваем ритм. Асистолия. Признаков восстановления кровообращения нет. Мы сделали всё, что могли. Но иногда медицина оказывается бессильна. Принимаем тяжёлое решение о прекращении реанимационных мероприятий. Сообщать такие новости всегда тяжело. Не существует правильных слов. Есть только правда, которую невозможно сделать менее болезненной. Позже выяснилось, что мужчина много лет страдал ишемической болезнью сердца, но в последние месяцы отказывался от обследований и лечения. Этот вызов напоминает мне, что далеко не каждого пациента удаётся спасти. И именно поэтому каждая сохранённая жизнь ценится ещё сильнее. Голос реанимации. Теперь в МАХ. Подписывайся.

Смена сегодня, конечно.... такая себе Только успели немного выдохнуть - следующий вызов. Повод: «Ребёнок, 1 год 1 месяц. Без сознания. Задыхается». Когда видишь такое в карте вызова, внутри всё моментально собирается. Едем. По приезду нас встречает перепуганная мама с малышом на руках. Ребёнок в сознании. Дышит самостоятельно. Но очень вялый, обессиленный. Начинаем разбираться. Несколько дней болеет ОРВИ. Высокая температура, сегодня поднималась примерно до 40 °C и долго держалась. На фоне лихорадки ребёнок стал совсем слабым, практически перестал реагировать на происходящее так активно, как обычно. Маме в какой-то момент показалось, что малыш теряет сознание и задыхается. И знаете что? Я её прекрасно понимаю. Когда годовалый ребёнок с температурой под сорок внезапно становится вялым и обмякает у тебя на руках, спокойно рассуждать и проводить дифференциальную диагностику мама не обязана. Она должна вызвать скорую. Что и сделала. Осматриваем малыша. Признаков потери сознания на момент нашего приезда нет. Оцениваем дыхание, кровообращение, сатурацию, неврологический статус. Картина больше соответствует выраженной слабости на фоне длительной высокой лихорадки. Начинаем снижать температуру. Постепенно ребёнок становится активнее. Мама немного успокаивается. - То есть он не терял сознание? Точно сказать, что происходило до нашего приезда, мы не можем. Но по её описанию вполне возможно, что выраженную вялость и слабость она восприняла как потерю сознания. И я бы точно не стала её за это ругать. У маленьких детей состояние на фоне инфекции и высокой температуры может меняться довольно быстро. Поэтому учитывая возраст, длительную лихорадку и выраженную слабость, оставлять малыша дома не стали. Госпитализировали. Маму - вместе с ним. А мы поехали дальше. Сегодня тот самый день, когда кажется, что диспетчер где-то смотрит на нашу бригаду и думает: «А давайте им ещё вот это…» Но если серьёзно. Если маленький ребёнок на фоне высокой температуры становится необычно вялым, его трудно разбудить, он перестаёт нормально реагировать, появляются нарушения дыхания, судороги или настоящая потеря сознания - не нужно пытаться самостоятельно определить, «достаточно ли всё серьёзно». Вызывайте скорую. Лучше мы приедем и выясним, что мама испугалась выраженной слабости на фоне температуры. Чем однажды окажется, что она решила не беспокоить скорую там, где помощь действительно была нужна срочно. Голос реанимации. Теперь в МАХ. Подписывайся.

В продолжение темы. Сегодня расскажу не про свой вызов. На него ездила моя коллега. Мужчина, около 70 лет. Повод совершенно обычный для скорой: кровотечение из нижней конечности. Адрес - гаражный кооператив. Бригада приезжает на место. В гараже их встречает мужчина. Кровотечения нет. Вообще никакого. Вместо этого он начинает кричать и материться. - Вы убили мою жену! Из-за вас она умерла! Что именно произошло с его женой раньше, какое отношение к этому имела скорая и имела ли вообще - в тот момент выяснять уже было некогда. В руках у мужчины канистра с бензином. На глазах у бригады он обливает себя. Коллеги пытаются его остановить. А мужчина продолжает кричать: - Теперь и моя смерть будет на вашей совести! И поджигает себя. Дальше всё происходит за секунды. Бригада скорой помощи - не пожарный расчёт. Но они делают то, что могут. Хватают огнетушитель из автомобиля. Тушат пламя. Оказывают помощь. Но травмы оказываются несовместимыми с жизнью. Мужчина погиб. Когда коллега рассказывала мне эту историю, я долго не знала, что сказать. За годы работы на скорой видишь очень многое. Смерть. Тяжёлые травмы. Агрессию. Чужое горе. Но одно дело - приехать к человеку, которому стало плохо. И совсем другое - приехать на обычный вызов и внезапно оказаться свидетелем такого. Можно сколько угодно учить алгоритмы. Можно знать, что делать при инфаркте, инсульте, кровотечении или остановке сердца. Но существуют ситуации, к которым невозможно подготовиться только медицинскими знаниями. И ещё я хочу сказать одну вещь. Смерть этого мужчины - не вина приехавшей бригады. Медики приехали по вызову и пытались спасти человека в обстоятельствах, которые сами не создавали и не могли предвидеть. После подобных вызовов машина скорой уезжает. Начинается следующая смена. Появляются новые пациенты. А увиденное иногда ещё очень долго едет вместе с тобой. Голос реанимации. Теперь в МАХ. Подписывайся.

Вызов на предприятие. Повод: травма живота болгаркой. Мужчина, 43 года. Встречают коллеги. - Болгарка сорвалась. Живот разрезало! Подходим. Мужчина в сознании, сидит, прижав к правому боку окровавленную ткань. Несколько минут назад работал углошлифовальной машиной. В какой-то момент инструмент дёрнуло, и вращающийся диск прошёлся по области правого подреберья. Коллеги сразу остановили работу, прижали рану и вызвали скорую. Осматриваем. В правом подреберье - глубокая резаная рана. Кровотечение продолжается. АД - 115/75 мм рт. ст. Пульс - 102 в минуту. ЧДД - 18 в минуту. Сознание ясное. - Сильно болит? - Терпимо. Зашить только надо, наверное. Вот только расположение раны нам совсем не нравится. Правое подреберье - это не просто кожа и мышцы. Под ним находятся печень, желчный пузырь, отделы кишечника, рядом диафрагма и нижние отделы грудной клетки. И по внешнему виду раны невозможно надёжно определить, насколько глубоко проник диск и что повреждено. Останавливаем наружное кровотечение. Накладываем стерильную повязку. Обеспечиваем венозный доступ. Обезболиваем. Контролируем гемодинамику. Пациент всё ещё настроен оптимистично: - Я нормально себя чувствую. Может, в травмпункт? Нет. При такой локализации и механизме травмы требуется исключить проникающее ранение. Поэтому едем не «зашивать порез», а в хирургический стационар. Передаём пациента хирургам для дальнейшего обследования. Такие травмы обманчивы. Человек может разговаривать, самостоятельно ходить и говорить, что ему «нормально». А небольшая снаружи рана совсем не обязательно означает небольшое повреждение внутри. И ещё одна вещь. Болгарка - один из тех инструментов, которые не дают времени исправить ошибку. Защитный кожух, исправный диск, средства защиты и правильное положение инструмента выглядят скучно ровно до того момента, пока несколько тысяч оборотов в минуту не оказываются слишком близко к человеку. Берегите себя. Рабочая смена должна заканчиваться дома, а не в хирургическом отделении. Голос реанимации. Теперь в МАХ. Подписывайся.