Диана и Драконы
Продолжаю историю по мере сил. Как вы понимаете, поднимать самые темные дни с глубины тяжело. Но как бы ни было, это и есть проживание, один из этапов. Когда вытаскиваешь боль и переводишь в слова - она не уходит, но она больше не жрет тебя. После потери ничего не заканчивается. Дальше начинается самый тяжелый этап в жизни- выжить. Сначала ты панически боишься слова умep. Избегаешь его, меняешь на любое другое словосочетание. У меня язык не поворачивался сказать это ужасное слово. Смогла впервые наверное через год или полтора. Мне говорили - забудь. Убери все фото. Отдай все вещи. И эта ужасная фраза «Бог дал Бог взял» Настолько часто я ее слышала , как и «дети платят за грехи родителей» и это я слышала даже от батюшки. Первые месяцы были морально очень тяжелыми. Ты виновата во всем в глазах окружающих. Во всем. Не так жила, не так скорбишь. Не так делаешь буквально все. Сейчас, оглядываясь на прошлые события- я не понимаю как мы вообще справились. Откуда было столько сил каждый день просто вставать и просыпаться. Было очень больно смотреть блогеров , которые жалуются на капризы детей, очень тяжело было и обидно. Я бы хотела, чтобы он капризничал, выматывал, но был жив. С того дня я не хожу больше в церковь. Это обсуждать не буду, даже не начинайте пугать адом. Ад есть на земле, уж поверьте. Через несколько дней написала мама (моя) - ой я только узнала если хочешь поговорить позвони. И вот именно в тот момент я поняла, что с кем я не хочу разговаривать - так это с ней . Я была на 12 неделе , Лев проживал это всё со мной, я чувствовала и его боль всем телом
Продолжение В Казань улетели все вместе. Чудесный врач сделала все и даже больше, мы улетели через месяц домой, мы прилетели домой в феврале, в сумме в больнице мы провели почти 2 месяца. Мы снова отметили Новый год. Все вместе. Семьей в полном составе. Мы плотно занялись восстановлением и у нас это отлично получалось. Все получалось. Казалось, что все позади. Все теперь будет хорошо. Теперь всегда будет всё только хорошо Но в один день жизнь перевернулась еще раз. Я готовилась лететь в Казань на контроль. Мы решили, что поедет Никита. Я кожей чувствовала какую то панику от этой мысли. Я не выпускала ребенка из рук и сама не понимала что не так. Это был обычный день. Завтра утром самолет. Самый обычный день. Массаж. Бассейн. Прогулка. Я помню все запахи того дня. Помню, как в одном лифчике выбежала встречать скорую. Помню, как колотилось сердце. Мое. Наше Как я молилась в эти минуты. Я просила спасти его, не забирать. Но он выбрал уйти. Он так осознанно смотрел в последнюю минуту. Так по взрослому. Он попрощался