Аналитика каналаMaxКОЦ

Таджики потушили Вечный огонь и лишились гражданства В Улан-Удэ, в парке «Мемориал Победы», двое отпрысков семей из Таджикистана, уже получивших российские паспорта, потушили Вечный огонь. Во время задержания они заявили, что не считают свой поступок серьёзным и не понимают, почему он вызвал такую реакцию. Дальше — не привычная история про штраф и лекцию в школе. МВД по Бурятии подняло документы на глав обоих семейств. Более 20 нарушений ПДД за год на человека. Уклонение от воинского учёта. Задолженности перед бюджетом. При этом — исправно оформленные социальные выплаты: одна из семей ежемесячно получала около 100 тысяч рублей пособий на детей. Российский паспорт использовался как удобство. Обязательства к нему прилагались по остаточному принципу. Гражданства обе семьи теперь лишены и поедут на родину. Где, видимо, в надругательстве над мемориалами не видят ничего противозаконного. Постепенное ужесточение миграционного законодательства последних лет — новый закон «О гражданстве», обязательный воинский учёт для натурализованных, расширенный перечень оснований для прекращения гражданства, ужесточение проверок при выдаче паспортов — начинает давать результат. С момента вступления закона в силу территориальные органы МВД приняли более 4,5 тысячи решений о прекращении гражданства «ценных специалистов». Практика перестаёт быть точечной и превращается в системную. Подпишись на Коца в МАКС. @kots

Сенатор Грэм умер с «Писюном» в руках Какая злая ирония. Последнее фото дипломированного русофоба - с украинским дроном в руках на заводе в Киеве. Дроном, который на Украине с их фирменным чувством собственного достоинства назвали «Писюн». Третий по влиянию республиканец в верхней палате, позирует с этим изделием, как школьник с грамотой. Хвалит. Обещает новые санкции, новые пошлины. Последний кадр большой политической жизни. Я не буду делать вид, что скорблю. Врать над чужой могилой пошло вдвойне. Грэм был последовательным, убеждённым русофобом. Не конъюнктурным — искренним. Он не притворялся. В России его внесли в перечень террористов и экстремистов, и это не фигура речи: человек прямым текстом мечтал о том, чтобы русских убивали чужими руками — «до последнего украинца», как честно проговорился однажды. Он был из той породы, что видит в чужой войне удачную инвестицию. Десять раз он приезжал в Киев. Как на работу. Привозил обещания, увозил фото для отчётности. Требовал давить, топить, душить — нашу страну. И каждый раз находил слова про «свободу» и «демократию» ровно в тех местах, где речь шла о деньгах его военного лобби и о крови, которую предстояло пролить не ему. Не возьмусь судить, что там у него было в душе. Не знаю. Может, и вправду верил во что-то своё. Но факт остаётся фактом: мало кто в американском истеблишменте сделал столько, чтобы этой войне не было конца. Он был мотором. Он давил на Трампа, давил на Минфин, тащил через Сенат свой законопроект об «адских санкциях» — буквально накануне отчитался, что согласовал его с Белым домом. Дожать не успел. И тут — болезнь. Внезапная. Непродолжительная. Есть в этом что-то, отчего холодок по спине. Человек всю жизнь торговал чужими смертями — оптом, легко оперируя тысячами как строчками в бюджете. И вот его собственная смерть уложилась в одну строчку. «После непродолжительной и внезапной болезни». Ни подробностей, ни диагноза. Как он сам привык говорить о чужих потерях — сухо, по-деловому. Что посеешь. Не буду желать ему земли пухом — не за что. Но и плясать не стану, это не наш обычай. Просто зафиксирую: одним поджигателем на этой планете стало меньше. Место у станка займёт другой — военное лобби в Вашингтоне бессмертнее любого сенатора. Но конкретно этот — отработал своё. Последним, что он сжимал в руках, был украинский дрон с похабным названием. Символичнее не придумаешь. Такой была его политика, таким будет и его некролог в нашей памяти. Человек, который до последнего вздоха тыкал в Россию всем, что подворачивалось под руку, умер с украинским хером в руках. Подпишись на Коца в МАКС. @kots

ВЕЧЕРНИЙ ЗВОН: завещание уходящего дня «Я умираю, но не сдаюсь! Прощай Родина! 20/VII-41» - этой записке на стене Брестской крепости исполнилось 85 лет. Чем она нацарапана - гвоздем, гильзой, осколком снаряда? И кем? Мы этого никогда не узнаем. Уже взяты немцами Вильнюс, Каунас, Шяуляй, Даугавпилс, Белосток, Рига, Львов, Минск, Псков, Пярну, Витебск, Кишинев. Уже идет битва за Смоленск. И три недели назад, после восьмидневных ожесточенных боев, по официальной информации пала Брестская крепость. А кто-то под ее разрушенными сводами все еще умирает, но не сдается… Не считаю преувеличением или натяжкой, что вспомнил об этом в августе 2024 года, назвав Курской Брестской крепостью подвиг защитников деревушки Малая Локня, которые две недели в полном окружении сдерживали атаки оккупантов. Держались в буквальном смысле до последнего патрона, пока танки не начали бить по ним прямой наводкой. С расстояния, позволяющего рассмотреть номера на броне. Противник накатывал снова и снова. Лупил танками, расчищая себе проход. Но когда вражеская пехота пыталась зайти на территорию женской колонии, стоявшей на ее пути, ее планомерно уничтожали бойцы 9-го полка 18-й дивизии 11-го армейского корпуса. Когда закончились дроны, взяли в руки автоматы. А громкоговорители с беспилотников вещали обреченным: «Русский солдат, сдавайся, твое командование тебя бросило!» - Почему не сдались? — спрашиваю «Лиса», мобилизованного стрелка, в мирной жизни айтишника. - Ну, наверное, потому что мы — русские, - пожимает плечами. - Хотя среди нас не только русские были. В боях за Малую Локню погиб комбат Сергей Чебнев с позывным «Отмель». Он, конечно, понимал, что для его бойцов колония стала Брестской крепостью. Он уже не мог пробиться к ним, но до последнего вздоха пытался разомкнуть кольцо. Ценой своей жизни «Отмель» сохранил батальону возможность прорваться к своим. И рассказать о последнем подвиге своего командира… «Умираю, но не сдаюсь!» Клятва, пароль, завещание русского воинства. @kots

Пронзительная история спасения: «Соф, самое главное — будь счастлива» Освобождённая Константиновка. Подвал жилого дома на окраине. Туда заходят бойцы 77-го отдельного мотострелкового полка Южной группировки войск — обычный подомовой обход, каких за эти месяцы были сотни. И в этом подвале они находят десятилетнюю девочку. Спрашивают, как зовут, не напугана ли она. «Нет», — отвечает София. Спрашивают про настроение. Она начинает рассказывать про себя — так, как рассказывают дети, когда самое страшное уже стало просто фактом жизни. Мама умерла. Отца она не помнит совсем. Бабушка и дедушка получили ранения, когда в дом попал украинский дрон, — и тоже не выжили. Десять лет. Одна. В подвале прифронтового города. У Софии, как оказалось, есть мамин брат. Только номера его она не знает. Мотострелки взяли шефство над девочкой. Носили продукты. Приносили подарки — простые, солдатские, но для ребёнка, у которого не осталось никого, это было не «гуманитарка», а единственная связь с миром, где кто-то о тебе помнит. Охраняли дом, в котором она жила, пока город ещё стоял на линии огня. Так продолжалось почти месяц, пока не появилось окно, когда стало возможным вывезти ребёнка. На видео эвакуации — тот самый момент, будничный и от этого ещё более пронзительный. Боец помогает Софии забраться в машину, придерживает, объясняет, как поставить ноги, куда взяться руками. «Ножками вот так. Обнимай меня». Обычные слова, какими водят за руку через дорогу, — только произносятся они посреди войны, человеком с оружием, для ребёнка, которого он охранял почти месяц как своего. И одна фраза, сказанная перед самым отъездом, пронзает взрослое сердце: «Соф, самое главное — будь счастлива». Она и сама, кажется, уже понимает, что для неё сейчас важнее всего. На вопрос о доме отвечает просто — здесь не хуже. И благодарит своих спасителей отдельно, глядя в камеру. А после — та самая мечта, ради которой, если вдуматься, всё это и делается: чтобы поскорее наступил мир. Подпишись на Коца в МАКС. @kots

Подробности сорванного теракта на аэродроме в Ростове «За подрыв аэродрома — денег дам». Так примерно и звучит любое их предложение. ГУР МО Украины ищет по нашим городам одноразовых людей, которые согласятся на заманчивое предложение. На этот раз промахнулись. В Ростовской области нашли человека-расходника. Задача — «Ростов-Центральный». Разрушить инфраструктуру, выбить личный состав, спалить авиапарк. Под это дело — тайник с 13 FPV-дронами. На каждом — больше килограмма взрывчатки в тротиловом эквиваленте плюс «искусственный интеллект». «В операции предполагался рой дронов. У каждого - своя цветовая индикация, и отмечен квадрат, который является целевым. В этом квадрате дроны уже теряют связь, и предполагается, что донаведение происходит в автоматическом режиме», - объясняет эксперт ФСБ. Проще говоря: выпустил рой — дальше он сам ищет цель. Оператору можно и не смотреть. А человек взял и пошёл в ФСБ. Сам. До того, как что-то рвануло. Выслушал предложение, получил обещание денег — и вместо тайника с боевой начинкой понёс в органы то, что ему прислали: координаты, инструкции, схему. Дальше всё шло под контролем наших. Дроны нашли, обезвредили — на видео видно, как сапёр аккуратно вскрывает боевую часть, отсоединяет плату. Аванс, 20 процентов от обещанного, человек забрал. А связь с иностранной разведкой оборвалась ровно там, где куратор ждал доклада о взрыве. Беспрецедентный теракт споткнулся об одного сознательного гражданина, который не захотел быть расходником. Все правильно сделал. Делай также, если тебе вдруг поступит подобное предложение. @kots

Русские флаги над Константиновкой Не буду лукавить про фейерверки и всеобщее ликование в штабах — я слишком давно на этой войне, чтобы путать облегчение с восторгом. Освобождение большого города — это всегда сначала выдох, а уже потом эмоция. Комбат, который 9 месяцев водил роты через частный сектор, сейчас, наверное, просто сидит и молчит. Так было под Авдеевкой. Так было под Красноармейском. Так будет и здесь. Что означает для нас освобождение Константиновки практически? Открытую дорогу на Дружковку, а через неё — на Краматорск и Славянск. Последнюю крупную крепость на подступах к агломерации, которую противник обещал держать до последнего человека и почти сдержал обещание — в буквальном, страшном смысле. Рискну предположить: следующие недели уйдут не на марш-бросок к Краматорску, а на закрепление тыла и разминирование того, что осталось от Константиновки. И если по-честному, без сводок и красивых слов: Константиновка далась не одним геройством штурмовиков, хотя без него ничего бы не было. Берется такой город только тогда, когда за спиной у пехоты выстроена эффективная цепочка — от главы ведомства до командира штурмовой группы, от снарядного ящика на складе до катушки оптоволокна в лесной мастерской. Запасы боеприпасов и техники под эту операцию копили заранее, не с колёс. Прорыв линии Константиновка — Славянск — Краматорск — Дружковка, которую противник кропотливо строил добрый десяток лет, дался ровно потому, что готовили его так же кропотливо — по всем видам обеспечения сразу, а не одним лихим наскоком. Долгая была дорога. С возвращением, Константиновка. Дружковке — приготовиться. Мой большой разбор, как брали Константиновку. @kots

Константиновка - наша! Как это было - мой большой разбор «Город наш!» — орёт в рацию боец на пункте управления. Орёт не потому, что радость невозможно сдержать. Просто связь плохая, а на другом конце — уставшие штурмовики, которые долгие тяжелые месяцы шли к этим простым двум словам. Записал это в блокнот на исходе дня, когда Минобороны сухим военным языком доложило: зачистка завершена. За этой штабной строчкой — почти 260 дней упорных боёв и несколько украинских бригад, растворившихся в подвалах высоток и железобетоне промзон. Пятый по величине город ДНР. Крупнее Артемовска и Красноармейска. Из больших донбасских крепостей, взятых нашими войсками с начала СВО, Константиновка уступает по довоенному населению разве что Северодонецку с Лисичанском да Мариуполю. Как российские войска дом за домом выгрызли у Зеленского очередную фортецю - в моем большом материале. @kots

Детей «ценных специалистов» отправят на родину. Если родители будут халявить Только сегодня писали, как в Улан-Уде дети ценных специалистов из Таджикистана потушили вечный огонь, после чего их вместе с родителями отправили на родину, лишив красных паспортов. И новость: трудовые мигранты в России теперь должны будут содержать себя и свои семьи, живущие в России, на уровне не ниже прожиточного минимума, умноженного на региональный коэффициент. Закон подписал Владимир Путин. Согласно документу, дети трудовых мигрантов смогут оставаться в РФ только на время действия разрешения на работу их родителя. По достижении 18 лет они должны будут выехать из страны либо в течение 30 дней подать заявление на выдачу патента. Продолжается закручивание гаек миграционного законодательства. Приехал к нам работать и привез с собой семью - будь любезен обеспечивать ей достойный заработок без внутрироссийских финансовых «ништяков». И дать своим детям добротное образование, чтобы после 18 лет отпрыски могли нормально и квалифицированно работать в русскоязычной сфере. Если же иностранные сыночки-корзиночки начнут тушить Вечный Огонь, устраивать на проезжей части намаз, или задирать коренных подростков - отправятся на родину, поднимать экономику родной страны. Вместе со своими чересчур самонадеянными родителями. Которые считают, что Россия им должна. О последней громкой истории с депортацией ценных специалистов - здесь. @kots

ВЕЧЕРНИЙ ЗВОН: юбилей уходящего дня Сегодня исполнилось 50 лет Денису Ветчинову. Майору, замполиту 135 мотострелкового полка. В тот день, когда мы встретились первый и последний раз, Денису было 32... 9 августа 2008 года наша штурмовая колонна пробивалась к миротворцам в осажденный Цхинвали. На въезде в город попала в засаду. Дальнейшее я потом наговорил в полевом госпитале на диктофон – правая рука не работала: - Я увидел с брони пулеметчика. Кричу: «Пулеметчик справа!» Получалось, что я ближайший у него на траектории. Кувыркнулся с нашего БТРа. Лежим - я, Сладков, его оператор - между БТРом и «уазиком». Вдруг стали трескаться стекла в «уазике». Я понимаю, что началась стрельба. Смотрю, куда побежал Сладков. Побежал за ним прятаться. - Улица. Бетонный забор. Промзона Цхинвали. И тут прямо на меня выбегает грузин, я кричу: «Я - журналист!» Он кричит: «А я - киллер». И стреляет. Мне показалось, из автомата. Метров с десяти, наверное. И все, я почувствовал удар сильный в руку. Свалился. И ждал, когда он меня в спину начнет добивать. А он не добивает. - Я голову назад поворачиваю, а он уже мертвый лежит. Там был майор Ветчинов, вот он его завалил. И его сразу тяжело ранило. - Мы впятером уткнулись в землю, изображаем трупов - майор Ветчинов, два бойца и Витя Сокирко из «МК», его не задело. Витя потом рассказал: «У майора пулевое в голову, дырка возле глаза, и видно, как мозг пульсирует. Я его перевязал, Сашку тоже...» - Потом кто-то кинул в нас гранату. Метрах в трех взорвалась. И этот раненый майор застрелил того, кто гранату кинул. - Майор начал громко стонать, Витя выскочил на дорогу, остановил бээмпэшку: «Здесь раненые, здесь ваш замполит». Начали грузить… В тот долгий день мы с ним не успели даже толком познакомиться. Майор Денис Ветчинов скончался по дороге в госпиталь. Посмертно ему было присвоено звание Героя России. С юбилеем, Денис. @kots

Вызвал огонь на себя, чтоб спасти гражданских Танковый ров посреди поля. Метра три глубиной. Дальше — открытая земля, лесопосадка и жужжащее небо. По этому маршруту рядовой Назарий Гура и его товарищ из 5-го отдельного комендантского полка 51-й гвардейской общевойсковой армии группировки «Центр» выводили из Родинского пятерых мирных. Женщин, стариков — тех, кто не захотел уходить на Украину. Шли тихо, гуськом, чтобы у врага «нас меньше видели». Назарий вёл людей звериными тропами, через кусты, шёпотом напоминая держаться друг друга. Останавливались. Слушали. Пережидали. Только потом — рывок через поле, короткими перебежками от канавы к бугорку, от бугорка к редкой посадке. И вот этот треклятый ров. До зелёнки уже рукой подать. А потом небо начинает выть. «Резкий звук, и он был очень низко. Я так близко с ними никогда не сталкивался», — это уже сам Назарий, потом, на камеру, ровным голосом, как о чём-то постороннем. FPV-дрон ВСУ зашёл на группу из семи человек. Семь — это пять гражданских, боец и его товарищ. Дальше работал инстинкт. Гура отделился от колонны, рванул вперёд, в сторону от мирных, и открыл по дрону огонь. Стал заметнее. Громче. Приоритетнее. Сделал из себя мишень — сознательно, на бегу, под прицелом оператора, который сидел где-то в километрах отсюда и выбирал, в кого ткнуть джойстиком. Тактика сработала. Дрон клюнул на одиночку и пошёл за ним. Назарий бежал, уводя смерть от пятерых, ради которых вообще всё это затевалось. Взрыв догнал его уже на отрыве — увернуться успел в последнюю секунду. Осколки. Ранение. Эвакуацию он не бросил. «Мы все уже зашли тогда в зелёнку. Я, мой товарищ и пять гражданских. Все спрятались в зелёнке и ждали, когда будет тихо, чтобы идти дальше». Назарий — контрактник, шестой год в строю, подписал в 21-м. В это подразделение, говорит, позвал знакомый. Простая, почти бытовая биография — ровно до того момента, пока над тобой не повисает чужой дрон, и ты за полсекунды решаешь совершить подвиг. @kots