Аналитика каналаMaxКОЦ

Убивать, взрывать, выносить, бить и топить. Мысли о текущем моменте Не пора ли завязывать с чистоплюйством? Мы эту войну не выиграем в белых перчатках. Невозможно оставаться рыцарем, когда против тебя играют шулера. Давайте уже снимем ограничители и начнем: 1. Убивать тех, кто принимает решения. От Зеленского и ниже, от Мадьяра и выше. Убивать ежедневно и без каких-либо моральных терзаний. Затем убивать тех, кто встанет на их место. Затем следующих. И следующих. Пока у них не случится коллапс управления. 2. Взрывать мосты через Днепр. Или создавать условия, при которых мостами будет невозможно пользоваться. Как хохлы еще в 2022-м сделали с Антоновским мостом в Херсоне. Их около 20-ти на всем украинском протяжении Днепра. Надо резать ее по реке и потом методично выносить понтоны и паромные переправы, которые они начнут наводить. 3. Выносить очистительные и канализационные системы городов и создавать невыносимые условия для проживания в них. Толпы беженцев в западную сторону парализуют логистику врага. Мы уже на том этапе, когда надо заканчивать переживать по поводу неудобств для гражданского населения на той стороне. Посмотрите, как живет без воды Донецк. Хохол по этому поводу не рефлексирует совсем. Надо - студентов спящих убьет, захочет - по семьям, едущим на море влупит. Еще раз: никто нашего рыцарства не оценит. 4. Бить по поездам, на которых в Киев преспокойно катаются всевозможные европейские шишки, которые фактически ведут с нами войну. Они должны забыть туда дорогу и организовывать свои шабаши конспиративно в карпатских лесах, в землянках имени Бандеры и Шухевича. Мысль о поездке в Киев должна сковывать их животным страхом. 5. Топить все, что входит и выходит из украинских портов. Вне зависимости от национальной принадлежности и флага. Трупами танкеров и зерновозов перекрыть Киеву выход в Черное море. Это так, навскидку, в качестве дополнения к регулярным массированным ударам. С ними только одна проблема. У Украины нет своей экономики. Ей все равно дадут и денег, и топлива, и оружия... Поэтому начинаем с пункта 1, а далее можно варьировать. Никто из наших людей этого не осудит. Напротив - большинство горячо поддержит. А что скажут на Западе - плевать. @kots

Таджики потушили Вечный огонь и лишились гражданства В Улан-Удэ, в парке «Мемориал Победы», двое отпрысков семей из Таджикистана, уже получивших российские паспорта, потушили Вечный огонь. Во время задержания они заявили, что не считают свой поступок серьёзным и не понимают, почему он вызвал такую реакцию. Дальше — не привычная история про штраф и лекцию в школе. МВД по Бурятии подняло документы на глав обоих семейств. Более 20 нарушений ПДД за год на человека. Уклонение от воинского учёта. Задолженности перед бюджетом. При этом — исправно оформленные социальные выплаты: одна из семей ежемесячно получала около 100 тысяч рублей пособий на детей. Российский паспорт использовался как удобство. Обязательства к нему прилагались по остаточному принципу. Гражданства обе семьи теперь лишены и поедут на родину. Где, видимо, в надругательстве над мемориалами не видят ничего противозаконного. Постепенное ужесточение миграционного законодательства последних лет — новый закон «О гражданстве», обязательный воинский учёт для натурализованных, расширенный перечень оснований для прекращения гражданства, ужесточение проверок при выдаче паспортов — начинает давать результат. С момента вступления закона в силу территориальные органы МВД приняли более 4,5 тысячи решений о прекращении гражданства «ценных специалистов». Практика перестаёт быть точечной и превращается в системную. Подпишись на Коца в МАКС. @kots

На фильме об СВО поставили 12 крестов. С кем вы, мастера культуры? Посмотрите на эту табличку, строчку «Марик». 12 крестов. Не звёзд, не половинок, не единиц.«Х» в фестивальной таблице означает «отказываюсь оценивать». Так на ПИЛОТе-2026 в Иванове встретили «Марик» Егора Бероева — фильм про военного врача из Мариуполя. Итог — 1,07 балла. Последнее место среди 21 сериала. У победителя - «Второго дыхания» — 4,63. Между ними — пропасть, в которую можно сложить почти 5 лет войны. Я понимаю единицу. Понимаю звезду с половинкой. Это профессиональная оценка: «Слабо, не верю, актёр деревянный». С такой оценкой можно спорить — разбором, аргументом. Крест — другое. Крест — это декларация. Не «фильм плох», а «я отказываюсь к этой теме прикасаться». Это не критика. Это бойкот, оформленный двенадцатью подписями на пятый год войны. И ладно бы у Бероева в кадре был парад с триколорами. Но «Марик» — про человека после войны. Про врача с ПТСР, которого вычеркнули из жизни, а он возвращается. Снимали в самом Мариуполе. Сценарист — Алексей Тимошкин, делавший «По законам военного времени». Мариупольское издание написало о фильме: «Бероев снял сериал, где всё происходит так, как оно уже есть. Пока 99 процентов кинематографистов делают вид, что живут в стране, где ничего не происходит». Кто эти двенадцать? Да посмотрите фамилии вверху таблицы. Ну разумеется, люди с хорошими лицами. Некоторые - некогда завсегдатаи «Эха» и «Дождя». У большинства публичная позиция по СВО — фигура умолчания. Они не высказываются. Они просто очень-очень избирательно молчат. Зато когда какая-нибудь русофобская кинодрянь - это «новая искренность». А про СВО — крест. Это и есть позиция. Самая удобная: не возмущаться в каментах под Z-каналами, не уезжать в Юрмалу, но при каждом удобном случае дать понять — «я ЭТОЙ стране не свой». Бероев им красная тряпка не за «Марика». Бероев — за то, что не уехал и не молчит. С 2022-го воюет сердцем и душой, гоняет в зону СВО, в санкционных списках Украины. 12 крестов — это оценка не фильму. Это оценка режиссёру. По графе «свой — чужой». И последнее. Когда в Каннах премию получает фильм «12 дней в Мариуполе» с постановочными кадрами — наша «кинокритика» аплодирует: «Голос свидетеля». Когда наш режиссёр снимает кино про живой Мариуполь — это «агитка и пропаганда». «Как можно было привезти на наш профессиональный фестиваль эту мерзость», - звучало в кулуарах. Так не бывает — чтобы человек был и профессионалом, и слепым на один глаз. Если ты не видишь Мариуполь у Бероева — ты не видишь Мариуполь и у Чернова. Ты вообще не видишь. Ты выбрал сторону и из-за её плеча делаешь вид, что оцениваешь кино. Загадка лишь в том, почему на пятый год войны, когда мы уже видели все (от обезглавленных солдат в Киевской области и расстрелянных пленных под Макеевкой до убитых взрывом детей в Белгороде и изнасилованных до смерти в Русском Поречном), люди с хорошими лицами продолжают диктовать нам культурную повесточку. @kots

Крым: «Мы решили не кисложопить, а объединяться!» Любите ли вы крымские рилсы в запрещенном Инстаграме так, как люблю их я? Не увлекаетесь? Напрасно! Крымчане всей стране демонстрируют, что такое антикриз здорового человека. А это - юмор, творчество, смекалка и взаимопомощь. Люди развозят бесплатную пиццу в очереди на заправках. Предлагают бесплатный лимонад тем, кто находил за день 10 тысяч шагов. Дарят канистры с бензином беременным и семьям с детьми. Сочиняют угарные песни и объединяются. То есть делают диаметрально противоположное тому, чего от них пытался добиться хохол. Не унывают. Посмотрите перед сном, ободритесь. Разве можно с такими Людьми проиграть? Таких не победить! А мы - такие! @kots

Сенатор Грэм умер с «Писюном» в руках Какая злая ирония. Последнее фото дипломированного русофоба - с украинским дроном в руках на заводе в Киеве. Дроном, который на Украине с их фирменным чувством собственного достоинства назвали «Писюн». Третий по влиянию республиканец в верхней палате, позирует с этим изделием, как школьник с грамотой. Хвалит. Обещает новые санкции, новые пошлины. Последний кадр большой политической жизни. Я не буду делать вид, что скорблю. Врать над чужой могилой пошло вдвойне. Грэм был последовательным, убеждённым русофобом. Не конъюнктурным — искренним. Он не притворялся. В России его внесли в перечень террористов и экстремистов, и это не фигура речи: человек прямым текстом мечтал о том, чтобы русских убивали чужими руками — «до последнего украинца», как честно проговорился однажды. Он был из той породы, что видит в чужой войне удачную инвестицию. Десять раз он приезжал в Киев. Как на работу. Привозил обещания, увозил фото для отчётности. Требовал давить, топить, душить — нашу страну. И каждый раз находил слова про «свободу» и «демократию» ровно в тех местах, где речь шла о деньгах его военного лобби и о крови, которую предстояло пролить не ему. Не возьмусь судить, что там у него было в душе. Не знаю. Может, и вправду верил во что-то своё. Но факт остаётся фактом: мало кто в американском истеблишменте сделал столько, чтобы этой войне не было конца. Он был мотором. Он давил на Трампа, давил на Минфин, тащил через Сенат свой законопроект об «адских санкциях» — буквально накануне отчитался, что согласовал его с Белым домом. Дожать не успел. И тут — болезнь. Внезапная. Непродолжительная. Есть в этом что-то, отчего холодок по спине. Человек всю жизнь торговал чужими смертями — оптом, легко оперируя тысячами как строчками в бюджете. И вот его собственная смерть уложилась в одну строчку. «После непродолжительной и внезапной болезни». Ни подробностей, ни диагноза. Как он сам привык говорить о чужих потерях — сухо, по-деловому. Что посеешь. Не буду желать ему земли пухом — не за что. Но и плясать не стану, это не наш обычай. Просто зафиксирую: одним поджигателем на этой планете стало меньше. Место у станка займёт другой — военное лобби в Вашингтоне бессмертнее любого сенатора. Но конкретно этот — отработал своё. Последним, что он сжимал в руках, был украинский дрон с похабным названием. Символичнее не придумаешь. Такой была его политика, таким будет и его некролог в нашей памяти. Человек, который до последнего вздоха тыкал в Россию всем, что подворачивалось под руку, умер с украинским хером в руках. Подпишись на Коца в МАКС. @kots

Белгород. Раненая девочка Кира и боец «Хитрый» Мама запомнила только позывной. Позывной бойца «Барс-Белгород», который помог оказать первую помощь и эвакуировать ее дочку. Разумное. Пригород Белгорода. Взрыв раздался сегодня рядом с «Пятерочкой», когда они с коляской вышли из магазина. Муж - на костылях, сам - после тяжелого ранения… А мужики из ополчения появились, как ангелы. И быстро, но без суеты, сделали все, что было нужно. Спасибо тебе, «Хитрый», за Киру. Мои репортажи из приграничья - скоро. @kots

ВЕЧЕРНИЙ ЗВОН: завещание уходящего дня «Я умираю, но не сдаюсь! Прощай Родина! 20/VII-41» - этой записке на стене Брестской крепости исполнилось 85 лет. Чем она нацарапана - гвоздем, гильзой, осколком снаряда? И кем? Мы этого никогда не узнаем. Уже взяты немцами Вильнюс, Каунас, Шяуляй, Даугавпилс, Белосток, Рига, Львов, Минск, Псков, Пярну, Витебск, Кишинев. Уже идет битва за Смоленск. И три недели назад, после восьмидневных ожесточенных боев, по официальной информации пала Брестская крепость. А кто-то под ее разрушенными сводами все еще умирает, но не сдается… Не считаю преувеличением или натяжкой, что вспомнил об этом в августе 2024 года, назвав Курской Брестской крепостью подвиг защитников деревушки Малая Локня, которые две недели в полном окружении сдерживали атаки оккупантов. Держались в буквальном смысле до последнего патрона, пока танки не начали бить по ним прямой наводкой. С расстояния, позволяющего рассмотреть номера на броне. Противник накатывал снова и снова. Лупил танками, расчищая себе проход. Но когда вражеская пехота пыталась зайти на территорию женской колонии, стоявшей на ее пути, ее планомерно уничтожали бойцы 9-го полка 18-й дивизии 11-го армейского корпуса. Когда закончились дроны, взяли в руки автоматы. А громкоговорители с беспилотников вещали обреченным: «Русский солдат, сдавайся, твое командование тебя бросило!» - Почему не сдались? — спрашиваю «Лиса», мобилизованного стрелка, в мирной жизни айтишника. - Ну, наверное, потому что мы — русские, - пожимает плечами. - Хотя среди нас не только русские были. В боях за Малую Локню погиб комбат Сергей Чебнев с позывным «Отмель». Он, конечно, понимал, что для его бойцов колония стала Брестской крепостью. Он уже не мог пробиться к ним, но до последнего вздоха пытался разомкнуть кольцо. Ценой своей жизни «Отмель» сохранил батальону возможность прорваться к своим. И рассказать о последнем подвиге своего командира… «Умираю, но не сдаюсь!» Клятва, пароль, завещание русского воинства. @kots

Тяжелейшие кадры из Старобельска Матери опознают своих погибших детей. Нет ничего страшнее. Я помню 2004 год, площадка за моргом Владикавказа. 360 обугленных тел, половина из которых - детские. Среди чего-то бесформенного в черных полиэтиленовых мешках ходят черные матери, бесслезно воя. Они пытаются в этом бесформенном узнать своих детей. Я тогда понял, что ничего страшнее уже не увижу… Не надо ничего доказывать на Совбезе ООН. Зачем нам в ответ терпеть надменные насмешки бесчувственных «белых господ». Надо показательно и жестоко убивать тех, кто убивает русских детей. Без красных линий, рыцарства и жалости. @kots

Пронзительная история спасения: «Соф, самое главное — будь счастлива» Освобождённая Константиновка. Подвал жилого дома на окраине. Туда заходят бойцы 77-го отдельного мотострелкового полка Южной группировки войск — обычный подомовой обход, каких за эти месяцы были сотни. И в этом подвале они находят десятилетнюю девочку. Спрашивают, как зовут, не напугана ли она. «Нет», — отвечает София. Спрашивают про настроение. Она начинает рассказывать про себя — так, как рассказывают дети, когда самое страшное уже стало просто фактом жизни. Мама умерла. Отца она не помнит совсем. Бабушка и дедушка получили ранения, когда в дом попал украинский дрон, — и тоже не выжили. Десять лет. Одна. В подвале прифронтового города. У Софии, как оказалось, есть мамин брат. Только номера его она не знает. Мотострелки взяли шефство над девочкой. Носили продукты. Приносили подарки — простые, солдатские, но для ребёнка, у которого не осталось никого, это было не «гуманитарка», а единственная связь с миром, где кто-то о тебе помнит. Охраняли дом, в котором она жила, пока город ещё стоял на линии огня. Так продолжалось почти месяц, пока не появилось окно, когда стало возможным вывезти ребёнка. На видео эвакуации — тот самый момент, будничный и от этого ещё более пронзительный. Боец помогает Софии забраться в машину, придерживает, объясняет, как поставить ноги, куда взяться руками. «Ножками вот так. Обнимай меня». Обычные слова, какими водят за руку через дорогу, — только произносятся они посреди войны, человеком с оружием, для ребёнка, которого он охранял почти месяц как своего. И одна фраза, сказанная перед самым отъездом, пронзает взрослое сердце: «Соф, самое главное — будь счастлива». Она и сама, кажется, уже понимает, что для неё сейчас важнее всего. На вопрос о доме отвечает просто — здесь не хуже. И благодарит своих спасителей отдельно, глядя в камеру. А после — та самая мечта, ради которой, если вдуматься, всё это и делается: чтобы поскорее наступил мир. Подпишись на Коца в МАКС. @kots

ВЕЧЕРНИЙ ЗВОН: подвиг уходящего дня 23 мая 1996 года рядовой-срочник из Пензенской области Евгений Родионов был зверски убит в плену чеченскими боевиками. Перед этим парня сто дней пытали за то, что отказался снять православный крест. Связывали колючей проволокой, вешали на дыбу. А 23 мая, в день рождения Родионова и большой православный праздник - Вознесение Господне, девятнадцатилетнего парня казнили, отрезали ему голову... Скульптор Андрей Коробцов, автор знаменитого мемориала Ржевскому солдату, рассказал журналу «Родина», как создал памятник Жене: "Это мой диплом в академии Ильи Глазунова. Как услышал про Евгения, сразу решил, что буду лепить его. Потом узнал подробности. Маме солдата сказали, что ее сын дезертировал. Она не поверила, поехала искать его в Чечню. Ходила по аулам. Шамиль Басаев пообещал отдать пленного, но обманул. Более того, боевик, участвовавший в казни Евгения, избил несчастную мать. Мол, слишком борзого сына воспитала... У женщины потребовали выкуп за то, чтобы указать место захоронения в лесу под Бамутом. Любовь Васильевна жила в деревне Сатино-Русское под Подольском. Продала дом, вернулась. Обезглавленное тело опознала по нательному крестику... Евгения Родионова похоронили в Новой Москве. На прощание приехал отец. И через день умер на могиле от сердечного приступа. А мама начала собирать гуманитарку, возить в Чечню - более восьмидесяти поездок. Как-то на шее у солдатика увидела образок - парень в камуфляже. Подошла, спросила: «Кто это? - Женя Родионов, наш защитник…» Мой Женя и сейчас стоит в академии на Чистых прудах, где я учился (на фото). Сначала была мысль поставить памятник у воинской части в Подольске, откуда призывался Евгений. Но ее расформировали. Возник вариант с церковью в Сокольниках, которая считается главным храмом ВДВ. Тоже не сложилось. Ничего, рано или поздно обязательно установлю бронзовый памятник. Это уже мой долг..." Будете ехать по трассе М 4 «Дон», поклонитесь Жениному кресту на 165-м километре. @kots