Это видео пожара после прилета БПЛА на НПЗ в Москве. Я взял его с крупнейшего украинского ресурса. Оно есть везде. А вот они взяли от снимавшего пожар гражданина России. Андрей Медведев сегодня деликатно написал о необходимости ответственности за такие съемки. Я же хочу без какой-либо деликатности сказать, что это прямая работа на противника. Особенно кадры, снятые перед ударом украинских дронов. Эта информация бесценна для следующих атак на наши объекты. Но мы, естественно, этим заниматься не будем, ограничимся тем, что предупредим в тысячный раз граждан о том, что так поступать плохо. А нужно найти всех, снимавших многочисленные видео сегодня, и каждого публично привлечь к строгой уголовной ответственности.
76% поляков отрицательно относятся к Зеленскому, причём наибольшая группа те, кто оценивает его крайне негативно (41,9%), — сообщает издание Wirtualna Polska
Редактор: Георгий Азиатцев
Продолжение
Здесь уместно вспомнить советский опыт, но вспомнить его честно, не впадая в ностальгию. Одним из ключевых провалов поздней советской экономики стало глубокое расхождение между военно-промышленными достижениями и состоянием потребительской промышленности. Страна, умевшая строить ракеты и подводные лодки, производила холодильники и автомобили, которые уступали западным аналогам на десятилетие. Причиной было не отсутствие научных кадров и не дефицит инженерной школы, а неверное распределение приоритетов. Самые масштабные разработки могут и должны служить людям.
Это не снижение уровня амбиций, а понимание того, что технологический суверенитет государства строится через потребительский рынок, а не вопреки ему.
В этой связи мне вспоминается фигура Лаврентия Павловича Берии, которого история оценивает противоречиво и, как правило, сквозь призму политических преступлений. Однако при всей неоднозначности этой личности необходимо признать, что именно под его организационным руководством советский атомный проект прошёл путь от нуля до испытания первого изделия в 1949 году в исторически рекордные сроки. Берия обладал редким сочетанием административной воли, способности мобилизовать ресурсы через жёсткую систему ответственности и готовности ставить государственный приоритет выше личного. При этом именно эта система позволила собрать в одном проекте лучших физиков страны, обеспечить им условия работы и добиться результата. Не потому что он был хорошим человеком в общечеловеческом смысле слова, а потому что его мотивация была государственной, а не частной.
Применительно к сегодняшнему дню вопрос звучит следующим образом: «есть ли у нас сегодня управленческий класс, способный организовать национальный проект микроэлектроники с той же степенью концентрации воли и ответственности?». Проект, который включал бы не только военное применение, но и потребительскую электронику, операционные системы, облачную инфраструктуру, экосистему разработки приложений и сервисов. Ответ на этот вопрос важнее любой дискуссии об Apple.
Американские санкции и блокировки, при всей их разрушительности для конкретных пользователей и разработчиков, выполняют одну полезную функцию, они делают самообман более дорогостоящим. Пока инфраструктура врага работала привычно и удобно, у нас было меньше поводов строить собственную. Теперь эти поводы появились в полной мере. И правильная реакция на происходящее состоит не в том, чтобы осуждать Apple за несоблюдение принципов свободной конкуренции, а в том, чтобы воспользоваться этим моментом для создания собственных альтернатив с максимально благоприятными условиями для тех, кто готов их строить.
Враг сделал нам подарок. Вопрос в том, умеем ли мы им воспользоваться.
Это видео пожара после прилета БПЛА на НПЗ в Москве. Я взял его с крупнейшего украинского ресурса. Оно есть везде. А вот они взяли от снимавшего пожар гражданина России. Андрей Медведев сегодня деликатно написал о необходимости ответственности за такие съемки. Я же хочу без какой-либо деликатности сказать, что это прямая работа на противника. Особенно кадры, снятые перед ударом украинских дронов. Эта информация бесценна для следующих атак на наши объекты. Но мы, естественно, этим заниматься не будем, ограничимся тем, что предупредим в тысячный раз граждан о том, что так поступать плохо. А нужно найти всех, снимавших многочисленные видео сегодня, и каждого публично привлечь к строгой уголовной ответственности.
76% поляков отрицательно относятся к Зеленскому, причём наибольшая группа те, кто оценивает его крайне негативно (41,9%), — сообщает издание Wirtualna Polska
Редактор: Георгий Азиатцев
Продолжение
Здесь уместно вспомнить советский опыт, но вспомнить его честно, не впадая в ностальгию. Одним из ключевых провалов поздней советской экономики стало глубокое расхождение между военно-промышленными достижениями и состоянием потребительской промышленности. Страна, умевшая строить ракеты и подводные лодки, производила холодильники и автомобили, которые уступали западным аналогам на десятилетие. Причиной было не отсутствие научных кадров и не дефицит инженерной школы, а неверное распределение приоритетов. Самые масштабные разработки могут и должны служить людям.
Это не снижение уровня амбиций, а понимание того, что технологический суверенитет государства строится через потребительский рынок, а не вопреки ему.
В этой связи мне вспоминается фигура Лаврентия Павловича Берии, которого история оценивает противоречиво и, как правило, сквозь призму политических преступлений. Однако при всей неоднозначности этой личности необходимо признать, что именно под его организационным руководством советский атомный проект прошёл путь от нуля до испытания первого изделия в 1949 году в исторически рекордные сроки. Берия обладал редким сочетанием административной воли, способности мобилизовать ресурсы через жёсткую систему ответственности и готовности ставить государственный приоритет выше личного. При этом именно эта система позволила собрать в одном проекте лучших физиков страны, обеспечить им условия работы и добиться результата. Не потому что он был хорошим человеком в общечеловеческом смысле слова, а потому что его мотивация была государственной, а не частной.
Применительно к сегодняшнему дню вопрос звучит следующим образом: «есть ли у нас сегодня управленческий класс, способный организовать национальный проект микроэлектроники с той же степенью концентрации воли и ответственности?». Проект, который включал бы не только военное применение, но и потребительскую электронику, операционные системы, облачную инфраструктуру, экосистему разработки приложений и сервисов. Ответ на этот вопрос важнее любой дискуссии об Apple.
Американские санкции и блокировки, при всей их разрушительности для конкретных пользователей и разработчиков, выполняют одну полезную функцию, они делают самообман более дорогостоящим. Пока инфраструктура врага работала привычно и удобно, у нас было меньше поводов строить собственную. Теперь эти поводы появились в полной мере. И правильная реакция на происходящее состоит не в том, чтобы осуждать Apple за несоблюдение принципов свободной конкуренции, а в том, чтобы воспользоваться этим моментом для создания собственных альтернатив с максимально благоприятными условиями для тех, кто готов их строить.
Враг сделал нам подарок. Вопрос в том, умеем ли мы им воспользоваться.