Аналитика каналаMaxСпециально для RT

ГДЕ ЗАКАНЧИВАЕТСЯ ШАЛОСТЬ И НАЧИНАЕТСЯ ЖЕСТОКОСТЬ? Главный редактор ИА Regnum, писатель, журналист, член СПЧ Марина Ахмедова Личности детей, забивших камнями птиц и кота в ЗАО, установлены, сообщила уполномоченный по правам ребёнка Москвы Ольга Ярославская. Их трое, им по восемь лет. «Они очень малолетние, — сказала она, — семьи будут привлечены к ответственности по статье 5.35 КоАП (неисполнение родителями или законными представителями обязанностей по содержанию и воспитанию детей)». Жители Шелепихи нашли рядом с гаражами мёртвых ворон и голубей, а поскольку они видели, как дети мучают птиц и кота, то и стали коллективно жаловаться в полицию, органы опеки и другие ведомства.  Я изучила комментарии на эту тему, и большинство — за наказание для родителей. А вот некоторые говорят: «Теперь представьте, сколько родителей сидело бы в тюрьме в Советском Союзе. Вспомните, как мы мучили кошек и собак, привязывали к их хвостам консервные банки». «Э, нет, дружочки, — хочется ответить им. — Это вы мучили животных. Я и мои друзья этим не занимались, лично мне мучить никогда не хотелось. Но даже если б занимались, соседи оборвали бы нам уши, а родители добавили бы».   Я с радостью взялась писать эту колонку, ведь буквально на днях моя мама выходила на площадку с детьми — и там девочка лет четырёх била голубя ногой. Мама по-доброму обратилась к ней: «Голубь живой, ему больно». Тут же подбежали отец и бабушка этой девочки, схватили своего ребёнка, бабушка недовольно проговорила, что голуби как крысы — от них зараза. Ну ладно, люди по-разному видят мир: для моей мамы голубь — библейская птица мира, для той бабушки — зараза. Но жители-то Шелепихи воспользовались тем единственным инструментом, который у них был: побежали в полицию и опеку, потому что чужим детям замечания делать нельзя.   Если бы они могли сделать замечание соседским детям, не получив отпор от них самих или их родителей, до полиции бы не дошло. Но как быть, когда папа и бабушка молча смотрят, как их ребёнок пинает птицу? Тут ребёнок не виноват — виноваты родители. Они могут верить, что птицы — грязь, но мучение живого не проходит бесследно для самого маленького человека — он учится насилию. И я почти уверена, что, когда этот ребёнок, повзрослев, применит насилие к своим собственным родителям, они не вспомнят того голубя, им даже в голову не придёт, что они сами ребёнка насилию научили. Поэтому да — статья 5.35. Наказание будет нестрогим — от 500 до 2 тыс. рублей.   Вчера у нас на планёрке была дискуссия, нужно ли увеличивать штраф родителям за поведение детей. Мнения разошлись. Кто-то из сотрудников считал, что бессмысленно загонять взрослых в финансовую кабалу, ведь родители могут даже и не знать, что их дети не белые и пушистые, а жестокие мучители. Тут скорее надо придумывать более строгое административное наказание для самих детей. Но, на мой взгляд, родитель не может не нести ответственности, если его ребёнку 12 лет, а он где-то на улице ставит на колени сверстников или плюёт в лица взрослым. Родитель должен каждый час знать, где его такой невзрослый ещё ребёнок и чем он занимается. Тем более это касается восьмилетних из Шелепихи. За восьмилетними пригляд строже.  А пока получается так: замечания маленькому делать нельзя — пусть пинает голубей, забивает камнями котов. Потом он вырастет и применит те же методы к живым людям. Но и тут до определённого возраста он будет неподсуден, а вы его терпите таким, какой он есть. Если я сейчас скажу, что детям не надо оставлять свободного времени, нужно отдавать их в секции, чтобы не болтались по улицам, мне возразят: не у всех есть возможность. Если я скажу, что надо вернуть культуру замечаний, мне скажут: «Вы нарушаете чужие границы». Хорошо, но какое-то решение должно быть. Иначе родителям в будущем придётся по полной расплачиваться за забитых голубей.   Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции

РИЖСКИЙ СУД ОТКАЗАЛСЯ ВОЗВРАЩАТЬ ЖИЗНЬ ШВЕЕ Главный редактор ИА Regnum, писатель, журналист, член СПЧ Марина Ахмедова Рижский суд приговорил швею из Резекне Полину Камлеву к шести годам тюрьмы. Вы должны помнить Полину — я рассказывала о ней в феврале. Полина не только швея, она ещё ухаживала за братскими могилами советских воинов. В конце года она съездила к родственникам в Россию, и практически сразу по возвращении к ней пришла СГБ. Полину бросили в известную рижскую женскую тюрьму, которая славится пытками холодом. Чтобы женщина не имела ни малейшей возможности согреться, к ней не пустили вдову брата, принёсшую свитер и шарф. В это время по камерам женщины лежали с простудным жаром, а в душевой было -8 °С. Едва Полина была задержана, мы в СПЧ направили обращение верховному комиссару ООН по правам человека. Полина — уроженка Латвии, она русская, но её предки живут там с XVII века. В 2024 году Полина в переписке попросила знакомого из Белоруссии перечислить €43 человеку в России, обратившемуся к ней за помощью. Скоро Полина забыла о той просьбе, потому что у неё умер старший брат, в квартире которого она жила, и её сократили на работе, — она погрузилась в свои проблемы. А вот когда она возвращалась из России, на границе её телефон внимательно отсмотрели, увидели переписку о переводе — и всё: швею обвинили в финансировании российской армии. Латвийские СМИ закричали: «Сгноить её в тюрьме до конца жизни!» Прокурор потребовал для неё восемь лет. В суде Полина присутствовала по видеосвязи. Она рассказала, что проработала на железной дороге 16 лет, потом её сократили, она долго мыкалась без работы, но не уехала из Латвии — именно потому, что её предки жили на этой земле. В тюрьму ей не разрешили взять паспорт, она не вступила в права наследства и потеряла родительский дом. У неё начались головные боли, проблемы с сердцем. И она, конечно, не согласна с обвинением. «Обвинение утверждает, что сообщения в телефоне были о просьбе помочь армии России, — сказала она. — Но в переписке этого не было указано. Я вела переписку с частным лицом. Сама ничего не переводила: средств не было». Она ещё сказала, что её вина лишь в том, что она вступила в переписку, которую надо было проигнорировать. А в Россию она ездила к своей родне — только чтобы навестить родственников, а не «из других побуждений». Но прокурор утверждал… что тот мужчина, который просил деньги, на аватарке в военной форме. То есть получается, что Латвия осудила женщину за то, что она вступила в переписку с мужчиной, который на аватарке одет в военную форму, и это, разумеется, подтверждает, что он боец российской армии. У латвийского следствия нет доказательств, что Полина Камлева просила у знакомого деньги именно на деятельность российской армии. Мужчина с аватаркой в военном мог быть просто сетевым альфонсом. Латвийское следствие также не может доказать факт перевода. А рижский суд выносит ей такое суровое наказание, какое дают за нанесение тяжкого вреда здоровью, а порой и за убийство. При этом Европа и наши релоканты кричат, что кровавый режим — в России: людей, мол, судят за поджоги релейных шкафов. Но почему-то дело Полины Камлевой они в упор не видят. Как и дела ещё примерно 300 политических заключённых в Прибалтике. Очевидно, что приговор Полине — такая тактика террора, чтобы русские в стране боялись даже вспоминать, что они русские, и смотреть в сторону России. И эта тактика сработала. Русские в Прибалтике сейчас тише воды ниже травы. Заканчивая свою речь, Полина попросила суд вернуть ей её жизнь. Отдать свободу. Судить справедливо. Суд её не услышал. А верховный комиссар ООН нам с тех пор так и не ответил. Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции

ЗАЧЕМ ВЗРОСЛОМУ ДЕТИНЕ СКАЗКИ БАБУШКИ ЛЮБОВИ? Главный редактор ИА Regnum, писатель, журналист, член СПЧ Марина Ахмедова Неожиданную популярность в TikTok стала набирать пенсионерка Любовь, которая завела блог в 71 год и читает в нём сказки. «Да, неожиданно», — сначала подумала и я, но потом поняла: ничего неожиданного тут нет. Любовь садится перед камерой, не спеша желает всем доброго вечера и немножечко надтреснутым бабушкиным голосом говорит: «Послушайте: сказка называется «Счастье, ум и богатство». И начинает читать, а люди слушают. Бабушка Любовь читает стихи Лермонтова, разные поучительные сказки, и подписчиков у неё становится всё больше. За ней следят уже десятки тысяч людей, а в TikTok аудитория в основном молодая. Почему люди слушают её? Неужели сами не могут купить книжку или пробежаться в сети глазами по короткой сказке вроде «Как аукнется, так и откликнется»? И всё-таки не содержание сказок привлекает людей, а сама бабушка. Как-то в Донецке машина, в которой я ехала, завернула в незнакомый двор, и я попросила водителя притормозить. Дело в том, что на скамейках сидели бабушки в платках и старых, советских ещё пальто, а рядом с ними за деревянным столом резались в домино дедушки. Вы где-нибудь видели такое? Я — только в своём детстве. Я сидела в машине и смотрела на них минут пять, понимая, что это последние советские бабушки и дедушки в моей жизни. Больше я таких никогда не увижу. В моём детстве женщины, как правило, глухо становились бабушками после 60, а сейчас со всей современной медициной и косметической хирургией женщины в 60 живут с ощущением, что у них ещё всё впереди. Я не говорю, что это плохо, но это всё-таки влияет на социальное устройство нашей жизни. Если в 60 женщина не становится бабушкой, которая читает внучку на ночь сказку, то, значит, её дочь будет заниматься воспитанием ребёнка сама и ещё несколько раз подумает, родить ли ей второго. Многие современные дети и не знают о вымирании бабушек в платочках, к которым можно было сесть на колени — и они погладили бы тебя тёплой ладонью по голове. Нет, конечно, на колени можно сесть и к современной бабушке в деловом костюме, и она тоже погладит, и она тоже любит, и она тоже прочтёт сказку на ночь, но она не растворяется во внуках: у неё есть ещё дела, в том числе личные. А нам, советским детям, выпало счастье ощутить и ту растворённость, и ту тёплую ладонь. И скорее всего, люди, которые западают на TikTok бабушки Любови, ностальгируют по той бабушке, для которой весь мир сходится на маленьком внучке. Это тонкие вещи — разница между любовью и растворённостью, но я уверена, вы её понимаете. Судя по всему, в обществе образовалась не только ностальгия по тем лицам и тем голосам, но и запрос на социальную функцию, которую выполняли бабушки — наше старшее поколение, которое одёргивало молодняк, делало замечания. Сейчас попробуй сделать замечание чужому ребёнку, даже если ты пожилой человек. Молодые родители быстро объяснят, что ты переходишь их границы. Таких родителей уже большинство, и воспитательная роль бабушек — наука от старшего поколения младшему — ушла. Но вот мы оглядываемся назад и понимаем, что вместе с этим ушло и кое-что существенное. Если я не могу сделать замечание твоему ребёнку, который бьёт голубя или собаку или вредит самому себе, значит, этот ребёнок мне безразличен. А если чужие дети безразличны мне, другому, третьему, значит, мы начинаем жить в глубоко атомизированном обществе и становимся все друг другу чужими. И послушайте: кажется, человеческое общество этого не хочет и этого боится. Значит, в нём есть запрос на этот важный институт бабушек. И потому взрослый бородатый детина может сесть перед экраном после работы, закрыть глаза и слушать, как бабушка Любовь читает сказки, растворяться в бабушкином голосе. Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции

БОРЬБА ГРУЗИН С ЗАРОДЫШЕМ... РУСОФОБИИ Сергей Zergulio Колясников Грузия сегодня прямо удивила. Причём приятно, что большая редкость по нынешним временам. Премьер Грузии Ираклий Кобахидзе: «В Грузии нужно убить русофобию в зародыше. Мы известны гостеприимством, толерантным отношением к иностранцам, и русофобия для нас неестественна». Адольфа фон дер Ляйен и Фридрих Гитлермерц руки ему не подадут. Просто напомню: ещё недавно Грузией рулила бодрая старушка Саломе Зурабишвили, которая, получив пинка под зад и вылетев из Грузии, стала сотрудником Института Маккейна в США и стипендиатом премии Киссинджера, что говорит само за себя. Впрочем, сложно было ожидать другого от племянницы нацистских коллаборационистов Жоржа Зурабишвили (по линии отца), философа и переводчика, обвинённого в сотрудничестве с немецкими оккупантами, и брата матери Михаила Кедии. Как-то в течение одной речи Зурабишвили пять раз (!) обвинила Россию в оккупации. Но стоило вырвать этот нацистский русофобский сорняк из самого сердца Грузии, как всё изменилось. Тот же Ираклий Кобахидзе в 2025 году: «Войны на Украине можно было избежать. Определённые силы — так называемое deep state, глобальная «партия войны» — сделали всё, чтобы война на Украине началась». Политик Бидзина Иванишвили в 2024 году: «Глобальная «партия войны» оказывает решающее влияние на НАТО и ЕС. Они сначала столкнули Грузию с Россией в 2008 году, а затем в 2014-м и 2022-м поставили Украину в более сложное положение. Мы найдём в себе силы извиниться за страдания, которые перенесли наши осетинские сёстры и братья в 2008 году». Не могу не отметить, что, как только выкорчёвываешь бандеровщину и нацизм, вместе с ними уходит и русофобия. И возвращается способность трезво мыслить. Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции

ВОЙНА НА ТРОТУАРАХ — КОЛИЧЕСТВО ЖЕРТВ РАСТЁТ Главный редактор ИА Regnum, писатель, журналист, член СПЧ Марина Ахмедова Количество ДТП с электросамокатами и другими СИМ, по данным Госавтоинспекции, выросло на 36,9% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. С января по август произошло 3396 таких ДТП, в них пострадали 3616 человек, то есть пострадавших на 40,8% больше, чем в прошлом году. Погибших — 51 человек. Наибольшее число таких ДТП пришлось на Москву — 569 случаев, что вовсе не удивительно, ведь в Москве больше всего электросамокатов. 68% аварий произошло из-за нарушений правил дорожного движения — не пешеходами, разумеется, а ездоками. Кто-то возразит: в дорожных авариях погибает ещё больше людей. Но я отвечу: на дорогах — да, но тротуар — место, где в принципе не может произойти ДТП, поскольку по нему передвигаются пешеходы. Однако реальность иная: новости об авариях с СИМ приходят регулярно. Недавно я получила письмо от мамы пятилетней девочки, которая благодарила меня за то, что я встала на её защиту. Девочку снёс электросамокат с двумя ездоками на пешеходной дорожке в парке «Фили», когда она на два шага отошла от мамы. Молодые люди на скорости унеслись вдаль, а девочке повезло — она отделалась только рассечением подбородка и сильным испугом. Мать рассказала об этой ситуации в сети — и её начали травить самокатчики: «Сама не следила за ребёнком, а надо каждую секунду!», «Мелкая сама под колёса кинулась!» Электробайкер сбил коляску в пешеходной зоне в Казани, ребёнок выпал, но остался жив. Байкер уехал. В Красноярске самокат сбил собачку, она тут же умерла. Я не сравниваю младенца и собачку, но хозяйка собачки больно уж горько плакала, сидя на асфальте. Чуть раньше на улице Сервантеса в Новой Москве двое детей на одном самокате влетели по встречке под колёса машины, один погиб на месте. Передвигались они на собственном самокате, то есть кому-то из них его купили родители. В Долгопрудном девушка шла по тротуару в наушниках и не слышала, как ей сзади сигналит мужчина, ехавший на самокате с сыном. Мужчина просто ударил её по голове, расчистив себе путь. Полиция его до сих пор не нашла. И это всё случаи сентября. Но не все. Не кажется ли вам, что у нас на тротуарах происходит какая-то война? Самокатчики сбивают, убивают и уносятся на крыльях ветра от ответственности. Что логично, ведь сам электросамокат к этому располагает: чтобы им управлять, не надо иметь права, не надо знать правила дорожного движения. Ты можешь просто взять самокат — и понестись на нём по тротуару. Если всё так легко, то и покалеченных, сбитых можно оставить далеко позади, а через пять минут, следуя на волне ветра, просто забыть о них: «А! И не было ничего!» Но и пешеходы начинают обороняться. Многие наловчились фотографировать двух ездоков на одном самокате и отсылать снимки в кикшеринговые компании. Штрафы там за езду вдвоём немаленькие — до 100 тыс. рублей. А если самокат свой? Самокатчики в сетях уже начали обвинять пешеходов в доносах, но те возразили, что защищают свою жизнь. Узнав о возможности пожаловаться, ещё больше пешеходов вооружились телефонами. В ответ ездоки начали скрывать номера на самокатах. То есть они знают, что ездить вдвоём нельзя, но не считаются с правилами. Такая ситуация на тротуарах — нездоровая. Когда мы в СПЧ начинали говорить о проблемах с СИМ, а было это ещё в 2020 году, нам в причастных ведомствах отвечали: «Но статистики погибших и покалеченных нет! Значит, и разговора нет». А теперь статистика есть. И, как по мне, она ужасна. 51 человек погиб в этом году из-за того, что людям дали скоростное средство, но не подготовили к нему инфраструктуру, не потребовали подготовки к вождению. В прошлом году я лично докладывала президенту о ситуации на тротуарах. Он дал время ведомствам её исправить. Скоро новая встреча, а статистика не радует. Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции

15 февраля 1985 года, спортивно-концертный комплекс в Ереване, холм Цицернакаберд. Здание, построенное всего год назад, — один из символов столицы Армении. Огонь начинается, как это часто бывает, с мелочи, но в считаные минуты охватывает всё. Люди в панике, пожарные бьются с пламенем. Но им нужен кто-то, кто сможет пробраться через стену огня туда, где очаг. И в этот момент появляется он. Шаварш Карапетян. Не спасатель по профессии, не супергерой, а просто человек, который видит: горит здание. И для него это сигнал — не «Вызовите МЧС!», а «Я рядом, я пойду!». Как он сам скажет потом, «это элементарно». И вот тут, знаете, хочу остановиться. Потому что это «элементарно» — оно, конечно, смешное. Особенно если сегодня представить себе среднестатистического 30-летнего (Карапетяну было 32 в 1985-м) мужчину, который, увидев горящее здание, скорее всего, замедлит шаг, чтобы снять пламя на телефон («запилить селфи»), надеясь, что спасатели уже едут. Но наш герой не такой. И он «не такой» уже не первый раз. И это не пафос. Это то, что в медицине называют синдромом спасателя, а в народе — просто подвигом. Сегодня имя Шаварша Карапетяна знают многие. Он занимает должность в руководстве Башкирии (советник главы региона по вопросом спорта), там же, в представительстве Башкирии, служит его сын Тигран. Об этом мне на днях рассказала коллега, журналист RT Заруи (Зара) Карапетян, его дочь. Ещё одна дочь, Лусинэ, работает в ЦБ. Двое внуков, Арутюн и Микаэл, внучка Елизавета. Его называют героем, примером, символом мужества. Но звание Героя Советского Союза Карапетяну так и не присвоили. И если вчитаться в детали его свершений, становится ясно: это не просто история о спасённых людях. Это история о времени, которое требовало от своих граждан невозможного и не всегда было готово сказать за это спасибо. История Шаварша — это история о том, как в СССР относились к подвигам и к тем, кто их совершал. С одной стороны, общество ценило силу, выносливость, готовность к самопожертвованию — всё то, что олицетворял собой Карапетян. С другой — оно не было готово признавать, что за каждым таким поступком стоит огромная личная цена: здоровье, карьера, иногда сама жизнь. Ну а с третьей — наша культура требует от нас бескорыстия. Она ждёт, чтобы всё хорошее, что мы делаем другим, мы делали не за спасибо или публичное признание, а потому что считаем это должным. То есть просто делаем мир таким, каким хотели бы его видеть. Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции

ЗЕЛЕНСКИЙ ПРОГОВОРИЛСЯ, КАК ОН ВИДИТ РОССИЯН Главный редактор ИА Regnum, писатель, журналист, член СПЧ Марина Ахмедова «Если наши мосты упадут, мы выйдем из этой ситуации, — заявил сегодня Зеленский. — Но и его люди тоже будут это чувствовать». Некоторое время назад мне искренне казалось: человек, занимающий место главы режима, больше не способен сказать ничего такого, что могло бы меня удивить. А вот нет, периодически он всё-таки произносит слова, ясно определяющие его нутро. Надо сказать, страшное нутро. Оговорюсь: Россия сейчас наносит эффективные удары по мостам через Днепр в Киеве. На Украине делают удивлённые лица: «Как же так? Разве можно бить по мостам?!» Почему-то, когда дело касается их мостов, память о ближайшем прошедшем у них стирается и они совершенно не помнят теракт на Крымском мосту. Мост Украина регулярно и безнадёжно пытается атаковать. До недавнего времени по мостам в Киеве не били, а теперь начали, и киевляне страшно удивляются, будто по всем мостам бить можно, а по киевским нельзя. Но вернёмся к Зеленскому. Он произнёс, в общем-то, страшные слова: «Но и его люди тоже будут это чувствовать». То есть получается, что жители России для Зеленского — не живые люди из плоти и крови, не отдельные личности. Он видит их только через принадлежность Путину. А поскольку Путина он ненавидит всеми фибрами своей душонки, то в россиянах видит только болевую точку Путина. Этим и объясняется то, как Украина лупит по нашим домам, школам, мирной инфраструктуре, не имея ни малейшей задачи поразить военную цель. Украина бьёт конкретно по «его людям». Чтобы отомстить и сделать больно ему. Зеленский, конечно, говорит из своей скорлупы, внутри которой разливается токсичная украинская среда. Мозг и всё существо нравственного карлика переформатировано тем, что украинцы — уже несколько лет как крепостные. Они привязаны к «крепости» — мужчин не выпускают из страны за границу, ТЦК их ловит, как холопов, сбежавших от барина, разве что не травит собачьей сворой. В представлении Зеленского, по приказу которого творится всё это бесправие, люди, населяющие Украину, со всеми своими потрохами принадлежат ему. Такое же отношение он переносит на россиян, видя в них тоже крепостных Путина. Но в своём убогом сознании он, по крайней мере, очень хорошо разумеет разницу между собой и Путиным. Путину будет больно, а ему — нет. И он считает себя в выигрыше: если умрут украинцы, ему самому будет не больно, а если умрут русские, Путину будет больно. Вот тут-то он Путина и достал! Тут-то он его и превзошёл — тому больно, а у Зеленского таких слабостей нет. Сам он влёгкую может совершать действия, которые напрямую вредят украинцам и их убивают. Путин никогда не говорил об украинцах — «его люди». Наоборот, он всегда настаивает, что там — наши люди. Даже сейчас, когда высказывания о братском народе в России не пользуются популярностью, президент РФ не сошёл со своих позиций и повторяет, что мы не воюем с простыми украинцами, мы воюем с киевским режимом и НАТО. Не хотелось бы лукавить, ведь война забирает и жизни простых украинцев, но они никогда не были целью. Трагедия любой войны в том, что боевые действия побочно поражают мирных людей. И российское общество никогда бы не приняло идеологию целенаправленного убийства мирного населения. Никто здесь об этом не отважится даже заикаться. А на Украине Зеленский легко и просто заявляет как бы между строк: буду бить русских, они принадлежат Путину, они — его болевая точка. То есть человек практически анонсирует военные преступления. Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции

О МАЙ ГАДБЛ, ДАНИЛА, ЗАЧЕМ ЖЕ ТЫ ВСЁ ЭТО НАГОВОРИЛ?.. Андрей Медведев, журналист Не то чтобы мы когда-то предполагали, что внутри Андрея Бурковского под этакой наносной маской скрывается глубокий философ и мыслитель. Нет. Ничего такого мы не думали, но, впрочем, и не предполагали, что там вообще пустота. Да, хороший актёр. Успешный. Но вот же (дал интервью Юрию Дудю*): уехал, говорит, из страны, потому что она воюет, в другую страну, которая воюет постоянно, однако там это совершенно другое. Ничего необычного: у нас большая часть убегантов именно так думают. Тут, правда, стоит заметить, что не только Бурковский такой. Помню интервью живущей в США Елены Соловей, где она со слезами на глазах клеймила Россию за СВО. Дескать, как же можно взять и начать войну, бомбить другую страну? Сама Соловей живёт в США с 1991 года — как раз в 1990-е американская армия бомбила то Югославию, то Ирак, то Афганистан. Бомбила обеднённым ураном, устраивала бойню в Эль-Фаллудже. Собственно, тогда у американских политиков и публицистов появился термин «экономика войны». США затевали войны, которые двигали развитие целых секторов промышленности. Именно реальный сектор нуждался в войне. Тогда в Пентагоне половина замов были из коммерческого сектора: корпорации General Dynamics, Boeing, Lockheed Martin... То есть живёт себе тётя в стране, которая затеяла подряд две коммерческие войны, а именно против Афганистана и Ирака, и причитает, что война — это ужасно. А как же смерти миллионов афганцев и иракцев?.. Тогда компания Halliburton, которая фактически принадлежала вице-президенту США Дику Чейни, заработала за восемь лет около $40 млрд. В том числе на том, что возила из Кувейта в Ирак на военные базы США сжиженный газ. Вот уж распил так распил. У артиста Бурковского это что-то другое, какая-то правильная война. Бомбы демократичнее. Вспоминается тут же Лидия Осипова и её «Дневник коллаборантки», где она описывает налёты люфтваффе на советские города: «Бомбят, а нам не страшно. Бомбы-то освободительные. И так думают и чувствуют все. Никто не боится бомб». Бурковский живёт в похожей логике. Положительно оценивает американские «демократические» бомбы и «позитивные» военные интервенции. Не спросили у него про школу для девочек, которую разбомбили ВВС США сейчас, в начале войны с Ираном. Но уверен, что он бы оценил это как коллатерал демейдж (сопутствующий ущерб). С другой стороны, никто не обязан быть умным и честным, даже порядочным. И вообще, похоже, что уехал-то человек за успехом в Голливуде. Не осуждается вообще. Имеет полное право. Состоялся как актёр в России, поехал в США делать карьеру. Но вот на прощание плюнуть в страну, которая дала тебе возможность заработать на новую жизнь в Америке, — это такое себе. И я не заметил, добился ли Бурковский успеха там. Уже зовут его студии на работу в кино? Или что... или пока проедает деньги из России и попинывает Родину со словами, что это всё другое? Интересно, конечно: он где был искренним? Когда программу на канале «Звезда» вёл или когда осуждает «российскую военщину»? Я вот думаю, что никогда. Искренним он выглядит, когда радостно, хоть и косноязычно, рассказывает в интервью, что поступил в комьюнити колледж, где изучает эктинг энд дибэйтинг. Можно сыграть много ролей, и даже в неплохих сериалах, но остаться внутри туповатым модником Данилой из ситкома. Судьба. О май гадбл, Данила, зачем же ты всё это наговорил, зачем было нужно это крейзи шоу оф стьюпидити? * Юрий Дудь внесён в реестр иноагентов по решению Минюста РФ от 15 апреля 2022 года. ** Актёр Никита Кукушкин признан иноагентом в РФ. Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции

МАРИНА ВЛАДИ: «Я РУССКАЯ, ТОЛЬКО С ФРАНЦУЗСКИМ ПАСПОРТОМ» Евгений ДОДОЛЕВ, журналист   Ушла Марина Влади. 88 лет — возраст, который не оставляет места для сентиментальных рыданий, ибо в таком возрасте уход не трагедия, а скорее финальный аккорд долгой, до неприличия насыщенной жизни. Вспоминают её у нас, конечно, как вдову Высоцкого. Это, впрочем, закономерно: ярлык «жены гения» липнет намертво, как этикетка на бутылке шампанского. Но Марина Влади была не просто спутницей великого барда. Она была самодостаточной величиной, актрисой, которую Канны отметили задолго до того, как она ступила на московскую землю, певицей, писательницей — словом, личностью, масштаб которой не нуждался в чужом гении для оправдания собственного существования. Марина родилась в мае 1938-го в парижском пригороде, в богемной семье русских эмигрантов — оперного певца Владимира Полякова-Байдарова и балерины Милицы Энвальд. Дома говорили исключительно по-русски, и до пяти лет девочка практически не знала французского, освоив его лишь в школе. Эта двойственность — русская душа во французском паспорте — стала её судьбой, её проклятием и её спасением. Она сама сформулировала это с афористичной точностью: «Я русская, только с французским паспортом». Карьера её началась рано плюс стремительно. В 1949-м, 11-летней девочкой, она дебютировала в кино, а уже в 1954-м, в 15 лет, получила премию Сюзанны Бьянкетти на Каннском фестивале как самая многообещающая молодая актриса. Настоящая слава пришла после «Колдуньи» 1956 года — экранизации купринской «Олеси», фильма, который по иронии судьбы стал культовым в СССР и, как говорят, поразил Высоцкого ещё до их знакомства. В 1963-м — серебряная премия Канн за «Пчелиную матку» Марко Феррери. К тому моменту она уже была звездой европейского масштаба, работала с Годаром, Мастроянни, Феррери — имена, которые в нашей стране произносились с придыханием. Она не была русофобкой, как пытались представить её иные ретивые патриоты. В 2008-м, получая в Каннах знак «За вклад в развитие культурных связей России и Франции», она говорила: «Россия по-прежнему остаётся для меня своей. Мои родители русские, я 12 лет жила с Высоцким и проводила в России восемь месяцев в году». Но тут же добавляла вещи, которые не принято говорить в приличном обществе: «Теперь люди у вас интересуются в основном деньгами, думают о том, как получше устроиться... У вас теперь такое социальное неравенство, что просто противно». Влади извинялась за резкость, объясняя её тем, что давно не говорила по-русски, но эта резкость была не желчью, а болью. Болью человека, который помнит другую Россию — ту, где «общение было единственной территорией внутренней свободы». О смерти она говорила спокойно, почти буднично — как человек, который давно свёл с ней счёты. «Для людей верующих смерть — немного другое, чем для людей светских. Есть великие слова: «У Бога свой счёт», — приводила она чьи-то слова, добавляя от себя: — Пусть будет всё — болезнь, тюрьма, несчастный случай, я всё перенесу, но не лети так, жизнь!» Она не боялась смерти. Она боялась, что жизнь пролетит слишком быстро, — и, судя по всему, успела сделать всё, что хотела. Марина Владимировна ушла 24 сентября 2026 года в окружении близких и домашних питомцев. Плакать не стоит. Стоит вспомнить. И быть может, перечитать «Прерванный полёт» — не как мемуары вдовы, а как исповедь человека, который видел Россию изнутри и снаружи, любил её и мучился от этой любви, но так и не смог от неё отказаться. Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции

СЕВАСТОПОЛЬ: «МЫ МОЖЕМ ВСЁ» Главный редактор ИА Regnum, писатель, журналист, член СПЧ Марина Ахмедова В Севастополе спешила к очередному избирательному участку и встретила оркестр у кинотеатра «Победа». Он выдувал торжественный марш, и эти звуки усиливали атмосферу торжественности в городе. Кажется, в Севастополе она присутствует всегда, но в дни выборов — особенно. Нет, это не просто слова, люди здесь мне объясняли, что всё началось в Севастополе: в 2014-м они провели референдум, сами выбрали своё будущее, то есть ходили голосовать за своё будущее. Они выбрали Россию, Россия сразу пришла, они воочию увидели результат своего голосования. Поэтому севастопольцы знают: голосование — это выбор своего будущего. «А «Прощание славянки» можете?» — крикнула я, когда оркестр смолк. Дирижёр обернулся и окинул меня снисходительным взглядом. «Мы можем всё», — сказал он, и через несколько секунд грянула «Славянка». Через некоторое время завоет сирена, но люди не разойдутся. Рассядутся по лавочкам и будут ждать. У избирательных участков люди будут мне говорить, что БПЛА они воспринимают как попытку разрушить тот образ будущего, который они построили в своих головах. В Симферополе мне говорили, что голосуют ещё и для большего контраста с Украиной: у них выборов давно не было и вряд ли в ближайшее время будут, а невозможность их провести всё-таки говорит о слабости государства, о неспособности выполнять социальные обязательства. После объявления воздушной угрозы часть членов избирательной комиссии выводит людей в укрытие, другая — уносит бюллетени, прижимая их к себе. В это время председатель комиссии пломбирует коробки для бюллетеней. Порядок такой: сначала люди, потом бюллетени. Наблюдатели, присутствующие на участках в Севастополе, заблаговременно прошли курсы первой медицинской помощи. Все прекрасно понимали, что Украина будет срывать выборы, но от работы на участках никто не отказался, к ней просто хорошо подготовились. В Севастополе были уверены, что основной удар придётся по ним. Даже не сомневались. Тут считают, что если бы не Севастополь, вышедший на референдум в 2014 году, то Крым бы не вернулся домой, как и многие другие русские территории. Вчера председатель одной комиссии рассказала мне, что в 2014-м её отец смотрел телевизор и вдруг проговорил: «Доча, пиксель русский на военных у нас показывают. Беги, неси им воды». Здесь говорят, что это раньше Украина била по флоту, сейчас она бьёт конкретно по людям и поэтому начиняет БПЛА шрапнелью, чтобы железо, вылетающее из БПЛА, поразившего дом, могло убить человека в соседнем доме. А вот в «Панораму» летел специальный БПЛА — начинённый кумулятивным зарядом, чтоб горело хорошо. Вчера утром в Крыму с удивлением узнали, что основной удар приняли на себя прошлой ночью Москва и Подмосковье. А узнав, что эти удары заставили даже ленивых москвичей выйти на голосование, говорили: «Наши люди». Я работала в Крыму в составе мониторинговой группы СПЧ и посетила десятки участков. И я очень верю этим чувствам людей. Да я и сама их переживаю. На очередном участке избирательница на мой вопрос «Почему вы пришли на выборы под звук сирены?» ответила так: «В 2014-м, когда сказали, что Россия зашла, моя мать схватила икону, упала на колени перед телевизором, перекрестилась и сказала: «Эх… отец не дожил». А под вечер я пришла в Графскую бухту Севастополя. Вода была синей с чёрной рябью. На деревянном настиле сидели рыбаки. Один попросил меня отойти, я решила — оттого, что громко обсуждаю по телефону выборы. Но он хотел закинуть леску. «А вы голосовали?» — спросил он меня. «Я — да, и вы не сидите, — сказала я. — Проголосуйте». Он окинул меня снисходительным взглядом: «Я уже утром проголосовал». Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции