Аналитика каналаMaxСпециально для RT

ГДЕ ЗАКАНЧИВАЕТСЯ ШАЛОСТЬ И НАЧИНАЕТСЯ ЖЕСТОКОСТЬ? Главный редактор ИА Regnum, писатель, журналист, член СПЧ Марина Ахмедова Личности детей, забивших камнями птиц и кота в ЗАО, установлены, сообщила уполномоченный по правам ребёнка Москвы Ольга Ярославская. Их трое, им по восемь лет. «Они очень малолетние, — сказала она, — семьи будут привлечены к ответственности по статье 5.35 КоАП (неисполнение родителями или законными представителями обязанностей по содержанию и воспитанию детей)». Жители Шелепихи нашли рядом с гаражами мёртвых ворон и голубей, а поскольку они видели, как дети мучают птиц и кота, то и стали коллективно жаловаться в полицию, органы опеки и другие ведомства.  Я изучила комментарии на эту тему, и большинство — за наказание для родителей. А вот некоторые говорят: «Теперь представьте, сколько родителей сидело бы в тюрьме в Советском Союзе. Вспомните, как мы мучили кошек и собак, привязывали к их хвостам консервные банки». «Э, нет, дружочки, — хочется ответить им. — Это вы мучили животных. Я и мои друзья этим не занимались, лично мне мучить никогда не хотелось. Но даже если б занимались, соседи оборвали бы нам уши, а родители добавили бы».   Я с радостью взялась писать эту колонку, ведь буквально на днях моя мама выходила на площадку с детьми — и там девочка лет четырёх била голубя ногой. Мама по-доброму обратилась к ней: «Голубь живой, ему больно». Тут же подбежали отец и бабушка этой девочки, схватили своего ребёнка, бабушка недовольно проговорила, что голуби как крысы — от них зараза. Ну ладно, люди по-разному видят мир: для моей мамы голубь — библейская птица мира, для той бабушки — зараза. Но жители-то Шелепихи воспользовались тем единственным инструментом, который у них был: побежали в полицию и опеку, потому что чужим детям замечания делать нельзя.   Если бы они могли сделать замечание соседским детям, не получив отпор от них самих или их родителей, до полиции бы не дошло. Но как быть, когда папа и бабушка молча смотрят, как их ребёнок пинает птицу? Тут ребёнок не виноват — виноваты родители. Они могут верить, что птицы — грязь, но мучение живого не проходит бесследно для самого маленького человека — он учится насилию. И я почти уверена, что, когда этот ребёнок, повзрослев, применит насилие к своим собственным родителям, они не вспомнят того голубя, им даже в голову не придёт, что они сами ребёнка насилию научили. Поэтому да — статья 5.35. Наказание будет нестрогим — от 500 до 2 тыс. рублей.   Вчера у нас на планёрке была дискуссия, нужно ли увеличивать штраф родителям за поведение детей. Мнения разошлись. Кто-то из сотрудников считал, что бессмысленно загонять взрослых в финансовую кабалу, ведь родители могут даже и не знать, что их дети не белые и пушистые, а жестокие мучители. Тут скорее надо придумывать более строгое административное наказание для самих детей. Но, на мой взгляд, родитель не может не нести ответственности, если его ребёнку 12 лет, а он где-то на улице ставит на колени сверстников или плюёт в лица взрослым. Родитель должен каждый час знать, где его такой невзрослый ещё ребёнок и чем он занимается. Тем более это касается восьмилетних из Шелепихи. За восьмилетними пригляд строже.  А пока получается так: замечания маленькому делать нельзя — пусть пинает голубей, забивает камнями котов. Потом он вырастет и применит те же методы к живым людям. Но и тут до определённого возраста он будет неподсуден, а вы его терпите таким, какой он есть. Если я сейчас скажу, что детям не надо оставлять свободного времени, нужно отдавать их в секции, чтобы не болтались по улицам, мне возразят: не у всех есть возможность. Если я скажу, что надо вернуть культуру замечаний, мне скажут: «Вы нарушаете чужие границы». Хорошо, но какое-то решение должно быть. Иначе родителям в будущем придётся по полной расплачиваться за забитых голубей.   Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции

СНАЧАЛА СМЕШНО, А ПОТОМ НЕТ Захар Прилепин, писатель, военнослужащий Иногда думаю: в чём главная разница между нами и теми, что оставили нас и теперь резвятся в запрещённых сетях, обсуждая скорое падение России? Разница в том, что им не лень. Им никогда не надоедает врать, передёргивать, кривляться. Мы у них — главная забота. А они у нас — нет. Подписанный на все основные Z-паблики, я поймал себя на мысли, что имена даже самых знаменитых поуехавших годами не появляются в ленте. Всем плевать. Кому здесь интересно, чем занимаются Шендерович (иноагент, внесён в перечень террористов и экстремистов), Слепаков (иноагент) и Муждабаев (иноагент)? Даже язык от этих имён отвык. Ещё года три пройдёт — и половина страны при слове «Галкин» (Максим Галкин, иноагент) будет переспрашивать: кто это? И тут вижу новость. Один наш скоропостижно отбывший фантаст накатал целый роман про СВО. В этой истории замечательны все составляющие. Фантаст, само собой, реалий СВО знать не знает, ни одного участника СВО в своей жизни не встречал, ни с кем из них ни разу в жизни не общался. Зато, между прочим, он, имея израильское гражданство, в своё время был там пусть и кабинетным, но военкором. Он точно знает сотню-другую воевавших израильтян. Мы так воспитаны, что и по сей день стесняемся спросить подобных персонажей: «Слышь, любезный, у вас в Израиле — война, лютая войнища. Ты всё там знаешь, даже язык, это твоя Родина. Пиши про то, что знаешь! У вас что там, нет своих проблем? Нет инвалидов вашей войны, нет их жён? Чё ты лезешь сюда?» Он лезет сюда, потому что, если он полезет туда, ему тут же на язык повесят железную прищепку. И он всю оставшуюся жизнь при попытке заговорить будет этой железной прищепкой больно стучать себе по зубам. Чтоб другие видели и запомнили, чем такая прыть оборачивается. Поразительно, что даже на Западе один из поуехавших литературных деятелей на днях поинтересовался: «Реально ли у нас, пребывающих за границей, есть ну пусть не право, а тупо элементарное знание о событиях в России, чтобы брать на себя смелость писать о них?» И правда: их же тут скоро пять лет как нет! Куприну и Бунину — да простят мне это ничем не заслуженное сравнение! — хватало ума не описывать Россию 1925 или 1933 года: они просто не знали её! Затеялась дискуссия: естественно, большинство там кричит, что только они и имеют право писать о нас, заблудших, но в этом месте я вдруг рассмеялся, найдя элементарную разгадку подоплёки всей этой истории. Этот наш писатель, напоминаю, фантаст: он как выдумывал всякую высосанную из пальца галиматью 20 лет подряд, так и продолжает. Это всё — фантазии. Как про инопланетян, только про нас. Впрочем, из Израиля он свалил в Берлин, где у него вид на жительство, чтоб, не дай Бог, не призвали. Почему, в сущности, никакой жизни у него, как и у всех них, кроме нашей, нет. Они как были паразитами русской истории и русской боли здесь, так и остались ими же там. Забавно было бы просто вообразить, как любой наш, русский писатель и по совместительству участник СВО, будь то Дмитрий Филиппов, или Амир Сабиров, или кто угодно, возьмёт и напишет… очередной роман про израильскую войну. Но я даже вообразить себе этого не могу. А они — могут! Они могут про нас с честными глазами строчить свои небылицы. О, если бы мы стали писать про Израиль — о, как они хохотали бы там, какие рожи строили бы нам! Ещё бы: ну куда мы с нашим рылом в их отборный ряд. Или, если точнее, с нашей харей: ибо определение лица русского солдата как «хари» в упомянутом романе — самое частое. Но беда ведь не в том, друзья. Беда в том, что десятки, а то и сотни тысяч наших подростков уже, как полоумные, скачивают эту чужую книжку — про нашу СВО. Книжку израильтянина, живущего с 2022 года в Берлине. А не книжку петербуржца Филиппова или книжку омича Амира Сабирова, живущих с 2022 года на фронте. Тысячи тысяч у нас думают, что правда не здесь, а там. И с этого места мне больше не смешно. Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции

ЗЕЛЕНСКИЙ ПРОГОВОРИЛСЯ, КАК ОН ВИДИТ РОССИЯН Главный редактор ИА Regnum, писатель, журналист, член СПЧ Марина Ахмедова «Если наши мосты упадут, мы выйдем из этой ситуации, — заявил сегодня Зеленский. — Но и его люди тоже будут это чувствовать». Некоторое время назад мне искренне казалось: человек, занимающий место главы режима, больше не способен сказать ничего такого, что могло бы меня удивить. А вот нет, периодически он всё-таки произносит слова, ясно определяющие его нутро. Надо сказать, страшное нутро. Оговорюсь: Россия сейчас наносит эффективные удары по мостам через Днепр в Киеве. На Украине делают удивлённые лица: «Как же так? Разве можно бить по мостам?!» Почему-то, когда дело касается их мостов, память о ближайшем прошедшем у них стирается и они совершенно не помнят теракт на Крымском мосту. Мост Украина регулярно и безнадёжно пытается атаковать. До недавнего времени по мостам в Киеве не били, а теперь начали, и киевляне страшно удивляются, будто по всем мостам бить можно, а по киевским нельзя. Но вернёмся к Зеленскому. Он произнёс, в общем-то, страшные слова: «Но и его люди тоже будут это чувствовать». То есть получается, что жители России для Зеленского — не живые люди из плоти и крови, не отдельные личности. Он видит их только через принадлежность Путину. А поскольку Путина он ненавидит всеми фибрами своей душонки, то в россиянах видит только болевую точку Путина. Этим и объясняется то, как Украина лупит по нашим домам, школам, мирной инфраструктуре, не имея ни малейшей задачи поразить военную цель. Украина бьёт конкретно по «его людям». Чтобы отомстить и сделать больно ему. Зеленский, конечно, говорит из своей скорлупы, внутри которой разливается токсичная украинская среда. Мозг и всё существо нравственного карлика переформатировано тем, что украинцы — уже несколько лет как крепостные. Они привязаны к «крепости» — мужчин не выпускают из страны за границу, ТЦК их ловит, как холопов, сбежавших от барина, разве что не травит собачьей сворой. В представлении Зеленского, по приказу которого творится всё это бесправие, люди, населяющие Украину, со всеми своими потрохами принадлежат ему. Такое же отношение он переносит на россиян, видя в них тоже крепостных Путина. Но в своём убогом сознании он, по крайней мере, очень хорошо разумеет разницу между собой и Путиным. Путину будет больно, а ему — нет. И он считает себя в выигрыше: если умрут украинцы, ему самому будет не больно, а если умрут русские, Путину будет больно. Вот тут-то он Путина и достал! Тут-то он его и превзошёл — тому больно, а у Зеленского таких слабостей нет. Сам он влёгкую может совершать действия, которые напрямую вредят украинцам и их убивают. Путин никогда не говорил об украинцах — «его люди». Наоборот, он всегда настаивает, что там — наши люди. Даже сейчас, когда высказывания о братском народе в России не пользуются популярностью, президент РФ не сошёл со своих позиций и повторяет, что мы не воюем с простыми украинцами, мы воюем с киевским режимом и НАТО. Не хотелось бы лукавить, ведь война забирает и жизни простых украинцев, но они никогда не были целью. Трагедия любой войны в том, что боевые действия побочно поражают мирных людей. И российское общество никогда бы не приняло идеологию целенаправленного убийства мирного населения. Никто здесь об этом не отважится даже заикаться. А на Украине Зеленский легко и просто заявляет как бы между строк: буду бить русских, они принадлежат Путину, они — его болевая точка. То есть человек практически анонсирует военные преступления. Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции

Бог забрал детей. Было богатство — не стало богатства. И сам Иов заболел проказой. Иов не проклял Бога, он из своего страдания сказал: «Господь дал — Господь и взял. Да будет имя Господне благословенно!» Явился к нему Бог и наградил, вернул всё. И Иов смирился перед непостижимостью Божьих путей. Я никогда не могла чисто по-человечески понять эту притчу. Ну как же? А те дети? Он же любил тех детей. У него родились новые дети. Но как же те? У партизан, которые прогнали фашистов, тоже родились другие дети. Но как же те маленькие, оставшиеся болтаться на ветках деревьев? Ведь отец любил тех. Я не знаю, о чём молчит сейчас Андрей, сын священника, лёжа на койке госпиталя. Может быть, смиряется перед непостижимостью Божьих путей? Говорят, в его палате все ходят тихо, осторожно, чтобы не шуметь. Хотя к боли в этом месте за пять лет привыкли. Никто не пытается подбадривать или шутить. Все как будто чувствуют, что в этой палате происходит что-то торжественное — как будто человек пытается заплатить за победу над злом, пришедшим в нашу жизнь снова, своим смирением. Я не знаю, как он будет жить дальше. Поможет ли ему то, что он поповский сын. Мне дали его номер телефона, чтобы ему позвонить и поговорить с ним. Но я не осмелилась. Я просила просто передать ему от меня поклон. Я не люблю притчу про Иова, я понимаю партизан, но мне слишком жаль их детей, и я никогда никому не передавала никаких поклонов. Слишком по-христиански: иногда так много этих поклонов, что они становятся дежурными. Но перед таким человеком я тоже могу только поклониться и промолчать. О чём тут говорить? Мы можем только с уважением и горечью смотреть на эту жертву, которая не всем нам будет понятна, и на это смирение перед непостижимостью, которое тоже будет понятно не всем. Но без таких людей не было бы победы над злом никогда. Потому я и кланяюсь ему. Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции

ЗАЧЕМ ВЗРОСЛОМУ ДЕТИНЕ СКАЗКИ БАБУШКИ ЛЮБОВИ? Главный редактор ИА Regnum, писатель, журналист, член СПЧ Марина Ахмедова Неожиданную популярность в TikTok стала набирать пенсионерка Любовь, которая завела блог в 71 год и читает в нём сказки. «Да, неожиданно», — сначала подумала и я, но потом поняла: ничего неожиданного тут нет. Любовь садится перед камерой, не спеша желает всем доброго вечера и немножечко надтреснутым бабушкиным голосом говорит: «Послушайте: сказка называется «Счастье, ум и богатство». И начинает читать, а люди слушают. Бабушка Любовь читает стихи Лермонтова, разные поучительные сказки, и подписчиков у неё становится всё больше. За ней следят уже десятки тысяч людей, а в TikTok аудитория в основном молодая. Почему люди слушают её? Неужели сами не могут купить книжку или пробежаться в сети глазами по короткой сказке вроде «Как аукнется, так и откликнется»? И всё-таки не содержание сказок привлекает людей, а сама бабушка. Как-то в Донецке машина, в которой я ехала, завернула в незнакомый двор, и я попросила водителя притормозить. Дело в том, что на скамейках сидели бабушки в платках и старых, советских ещё пальто, а рядом с ними за деревянным столом резались в домино дедушки. Вы где-нибудь видели такое? Я — только в своём детстве. Я сидела в машине и смотрела на них минут пять, понимая, что это последние советские бабушки и дедушки в моей жизни. Больше я таких никогда не увижу. В моём детстве женщины, как правило, глухо становились бабушками после 60, а сейчас со всей современной медициной и косметической хирургией женщины в 60 живут с ощущением, что у них ещё всё впереди. Я не говорю, что это плохо, но это всё-таки влияет на социальное устройство нашей жизни. Если в 60 женщина не становится бабушкой, которая читает внучку на ночь сказку, то, значит, её дочь будет заниматься воспитанием ребёнка сама и ещё несколько раз подумает, родить ли ей второго. Многие современные дети и не знают о вымирании бабушек в платочках, к которым можно было сесть на колени — и они погладили бы тебя тёплой ладонью по голове. Нет, конечно, на колени можно сесть и к современной бабушке в деловом костюме, и она тоже погладит, и она тоже любит, и она тоже прочтёт сказку на ночь, но она не растворяется во внуках: у неё есть ещё дела, в том числе личные. А нам, советским детям, выпало счастье ощутить и ту растворённость, и ту тёплую ладонь. И скорее всего, люди, которые западают на TikTok бабушки Любови, ностальгируют по той бабушке, для которой весь мир сходится на маленьком внучке. Это тонкие вещи — разница между любовью и растворённостью, но я уверена, вы её понимаете. Судя по всему, в обществе образовалась не только ностальгия по тем лицам и тем голосам, но и запрос на социальную функцию, которую выполняли бабушки — наше старшее поколение, которое одёргивало молодняк, делало замечания. Сейчас попробуй сделать замечание чужому ребёнку, даже если ты пожилой человек. Молодые родители быстро объяснят, что ты переходишь их границы. Таких родителей уже большинство, и воспитательная роль бабушек — наука от старшего поколения младшему — ушла. Но вот мы оглядываемся назад и понимаем, что вместе с этим ушло и кое-что существенное. Если я не могу сделать замечание твоему ребёнку, который бьёт голубя или собаку или вредит самому себе, значит, этот ребёнок мне безразличен. А если чужие дети безразличны мне, другому, третьему, значит, мы начинаем жить в глубоко атомизированном обществе и становимся все друг другу чужими. И послушайте: кажется, человеческое общество этого не хочет и этого боится. Значит, в нём есть запрос на этот важный институт бабушек. И потому взрослый бородатый детина может сесть перед экраном после работы, закрыть глаза и слушать, как бабушка Любовь читает сказки, растворяться в бабушкином голосе. Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции

ВОЙНА НА ТРОТУАРАХ — КОЛИЧЕСТВО ЖЕРТВ РАСТЁТ Главный редактор ИА Regnum, писатель, журналист, член СПЧ Марина Ахмедова Количество ДТП с электросамокатами и другими СИМ, по данным Госавтоинспекции, выросло на 36,9% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. С января по август произошло 3396 таких ДТП, в них пострадали 3616 человек, то есть пострадавших на 40,8% больше, чем в прошлом году. Погибших — 51 человек. Наибольшее число таких ДТП пришлось на Москву — 569 случаев, что вовсе не удивительно, ведь в Москве больше всего электросамокатов. 68% аварий произошло из-за нарушений правил дорожного движения — не пешеходами, разумеется, а ездоками. Кто-то возразит: в дорожных авариях погибает ещё больше людей. Но я отвечу: на дорогах — да, но тротуар — место, где в принципе не может произойти ДТП, поскольку по нему передвигаются пешеходы. Однако реальность иная: новости об авариях с СИМ приходят регулярно. Недавно я получила письмо от мамы пятилетней девочки, которая благодарила меня за то, что я встала на её защиту. Девочку снёс электросамокат с двумя ездоками на пешеходной дорожке в парке «Фили», когда она на два шага отошла от мамы. Молодые люди на скорости унеслись вдаль, а девочке повезло — она отделалась только рассечением подбородка и сильным испугом. Мать рассказала об этой ситуации в сети — и её начали травить самокатчики: «Сама не следила за ребёнком, а надо каждую секунду!», «Мелкая сама под колёса кинулась!» Электробайкер сбил коляску в пешеходной зоне в Казани, ребёнок выпал, но остался жив. Байкер уехал. В Красноярске самокат сбил собачку, она тут же умерла. Я не сравниваю младенца и собачку, но хозяйка собачки больно уж горько плакала, сидя на асфальте. Чуть раньше на улице Сервантеса в Новой Москве двое детей на одном самокате влетели по встречке под колёса машины, один погиб на месте. Передвигались они на собственном самокате, то есть кому-то из них его купили родители. В Долгопрудном девушка шла по тротуару в наушниках и не слышала, как ей сзади сигналит мужчина, ехавший на самокате с сыном. Мужчина просто ударил её по голове, расчистив себе путь. Полиция его до сих пор не нашла. И это всё случаи сентября. Но не все. Не кажется ли вам, что у нас на тротуарах происходит какая-то война? Самокатчики сбивают, убивают и уносятся на крыльях ветра от ответственности. Что логично, ведь сам электросамокат к этому располагает: чтобы им управлять, не надо иметь права, не надо знать правила дорожного движения. Ты можешь просто взять самокат — и понестись на нём по тротуару. Если всё так легко, то и покалеченных, сбитых можно оставить далеко позади, а через пять минут, следуя на волне ветра, просто забыть о них: «А! И не было ничего!» Но и пешеходы начинают обороняться. Многие наловчились фотографировать двух ездоков на одном самокате и отсылать снимки в кикшеринговые компании. Штрафы там за езду вдвоём немаленькие — до 100 тыс. рублей. А если самокат свой? Самокатчики в сетях уже начали обвинять пешеходов в доносах, но те возразили, что защищают свою жизнь. Узнав о возможности пожаловаться, ещё больше пешеходов вооружились телефонами. В ответ ездоки начали скрывать номера на самокатах. То есть они знают, что ездить вдвоём нельзя, но не считаются с правилами. Такая ситуация на тротуарах — нездоровая. Когда мы в СПЧ начинали говорить о проблемах с СИМ, а было это ещё в 2020 году, нам в причастных ведомствах отвечали: «Но статистики погибших и покалеченных нет! Значит, и разговора нет». А теперь статистика есть. И, как по мне, она ужасна. 51 человек погиб в этом году из-за того, что людям дали скоростное средство, но не подготовили к нему инфраструктуру, не потребовали подготовки к вождению. В прошлом году я лично докладывала президенту о ситуации на тротуарах. Он дал время ведомствам её исправить. Скоро новая встреча, а статистика не радует. Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции

75: СВОЙ КУРС ВО СЛАВУ ОТЕЧЕСТВА Захар Прилепин, писатель, военнослужащий  По количеству песен, ушедших в народ, ставших народными, Розенбаум не имеет нынче ни соперников, ни аналогов. Одесский цикл, ленинградский цикл, афганский цикл, казачий цикл, цикл песен врача скорой помощи — и это мы даже половину взятых им вершин не перечислили! Как мог один человек написать «Вальс-бостон», «Гоп-стоп», «Утиную охоту», «Извозчика», «Есаула молоденького» — и плюс к тому цикл задорных рок-н-роллов и россыпь удивительных джазовых песен? Немыслимо! Помню, мне девять лет, на дворе тот самый 1984 год — и отец принёс в дом катушку с записями неизвестного певца, фамилию которого я тогда и не запомнил, но песни меня потрясли навсегда: «Переломаны буреломами…» Ничего подобного я не слышал. Я смотрел на катушечный наш магнитофон — словно створка открылась в немыслимое, неведомое. Помню, мне 13 лет — и отец привёз в родовое наше село Каликино кассету с военными песнями Розенбаума. Они были совсем другие, чем великая советская песенная лирика времён Отечественной. Они звучали даже иначе, чем военные циклы Высоцкого. Наверное, потому, что были современны мне, подростку, были словно бы для меня. Они были живые. Они крепили великую родовую военную память нашу. Любовь к Розенбауму в нашей семье была такая, что мы тогда специально поехали за его дисками в Ленинград: их невозможно было достать, но мы были уверены — там-то они есть, ведь он сам из Ленинграда. Ехали наобум! Могли бы и не найти там пластинок! Но нашли, приобрели сразу три диска-гиганта — и такой был восторг. Помню, мне 15 лет — и я на первом в моей жизни концерте Розенбаума: это Москва, это стадион! Когда он поёт «В чёрном тюльпане», весь стадион стоит, подняв зажигалки. Потом, когда спустя три года я сам уже надел форму, я понял очевидное: Розенбаум для нас, служивых, всегда был свой — он пел о нас, кочевавших в 1990-е с одной несчастной войны на другую, когда нам почти никто не пел. Он славил нас, когда остальные в лучшем случае жалели, но вообще — презирали. Он пел, потому что был одним из нас и кочевал вместе с нами. Помню, февраль 2022-го — вся наша окаянная культура гусиной стаей, гогоча, хлопая крыльями, несётся через границу, такой шок, такая тоска от этого — и вдруг по телевизору читают стихотворение Розенбаума о том, что он останется со своим народом. Его народ — русский, наш, многонациональный, своих родовых могил не кидающий. Помню, зима с 2022-го на 2023-й, я заключаю очередной свой контракт — и тут вижу пластинку Розенбаума — двойник «Заходите к нам на огонёк», где впервые собран воедино весь его гениальный одесский цикл, разбросанный по разным альбомам. Впервые цикл этот я, признаться, слышал на второй — и лучшей! — пластинке Шуфутинского «Атаман» 1983 года, состоящего из песен Розенбаума почти целиком. Тот случай, когда пластинка сделала счастливой сразу всю нашу семью: это был праздник, мы слушали её круглыми сутками. В исполнении Розенбаума те легендарные песни — про толстого фраера и деликатесы в «Метрополе» — звучат иначе: праздника там меньше, зато подлинности больше. Накануне отъезда на контракт я успел себе этот диск заказать: он пришёл буквально в последний перед отъездом день. Я в ночь прослушал только первую сторону. Перевернул на вторую и, закрыв проигрыватель, оставил так — загадал: пусть она ждёт меня, когда вернусь — дослушаю. Спустя полгода я вернулся в отпуск. Погладил диск: ну вот, говорю, теперь дослушаю. Ещё через два дня меня взорвали — и я уехал от пластинки ещё на полгода: собирать свои кости. Вернулся — и засмеялся: стоит на месте, ждёт. В числе немногих вещей, что, возможно, спасали меня из раза в раз и уж точно вот уже 40 с лишним лет делают счастливым, — его, Александра Яковлевича Розенбаума, голос. Многие лета, мастер и друг. Преклоняюсь и благодарю.

БОРЬБА ГРУЗИН С ЗАРОДЫШЕМ... РУСОФОБИИ Сергей Zergulio Колясников Грузия сегодня прямо удивила. Причём приятно, что большая редкость по нынешним временам. Премьер Грузии Ираклий Кобахидзе: «В Грузии нужно убить русофобию в зародыше. Мы известны гостеприимством, толерантным отношением к иностранцам, и русофобия для нас неестественна». Адольфа фон дер Ляйен и Фридрих Гитлермерц руки ему не подадут. Просто напомню: ещё недавно Грузией рулила бодрая старушка Саломе Зурабишвили, которая, получив пинка под зад и вылетев из Грузии, стала сотрудником Института Маккейна в США и стипендиатом премии Киссинджера, что говорит само за себя. Впрочем, сложно было ожидать другого от племянницы нацистских коллаборационистов Жоржа Зурабишвили (по линии отца), философа и переводчика, обвинённого в сотрудничестве с немецкими оккупантами, и брата матери Михаила Кедии. Как-то в течение одной речи Зурабишвили пять раз (!) обвинила Россию в оккупации. Но стоило вырвать этот нацистский русофобский сорняк из самого сердца Грузии, как всё изменилось. Тот же Ираклий Кобахидзе в 2025 году: «Войны на Украине можно было избежать. Определённые силы — так называемое deep state, глобальная «партия войны» — сделали всё, чтобы война на Украине началась». Политик Бидзина Иванишвили в 2024 году: «Глобальная «партия войны» оказывает решающее влияние на НАТО и ЕС. Они сначала столкнули Грузию с Россией в 2008 году, а затем в 2014-м и 2022-м поставили Украину в более сложное положение. Мы найдём в себе силы извиниться за страдания, которые перенесли наши осетинские сёстры и братья в 2008 году». Не могу не отметить, что, как только выкорчёвываешь бандеровщину и нацизм, вместе с ними уходит и русофобия. И возвращается способность трезво мыслить. Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции

РИЖСКИЙ СУД ОТКАЗАЛСЯ ВОЗВРАЩАТЬ ЖИЗНЬ ШВЕЕ Главный редактор ИА Regnum, писатель, журналист, член СПЧ Марина Ахмедова Рижский суд приговорил швею из Резекне Полину Камлеву к шести годам тюрьмы. Вы должны помнить Полину — я рассказывала о ней в феврале. Полина не только швея, она ещё ухаживала за братскими могилами советских воинов. В конце года она съездила к родственникам в Россию, и практически сразу по возвращении к ней пришла СГБ. Полину бросили в известную рижскую женскую тюрьму, которая славится пытками холодом. Чтобы женщина не имела ни малейшей возможности согреться, к ней не пустили вдову брата, принёсшую свитер и шарф. В это время по камерам женщины лежали с простудным жаром, а в душевой было -8 °С. Едва Полина была задержана, мы в СПЧ направили обращение верховному комиссару ООН по правам человека. Полина — уроженка Латвии, она русская, но её предки живут там с XVII века. В 2024 году Полина в переписке попросила знакомого из Белоруссии перечислить €43 человеку в России, обратившемуся к ней за помощью. Скоро Полина забыла о той просьбе, потому что у неё умер старший брат, в квартире которого она жила, и её сократили на работе, — она погрузилась в свои проблемы. А вот когда она возвращалась из России, на границе её телефон внимательно отсмотрели, увидели переписку о переводе — и всё: швею обвинили в финансировании российской армии. Латвийские СМИ закричали: «Сгноить её в тюрьме до конца жизни!» Прокурор потребовал для неё восемь лет. В суде Полина присутствовала по видеосвязи. Она рассказала, что проработала на железной дороге 16 лет, потом её сократили, она долго мыкалась без работы, но не уехала из Латвии — именно потому, что её предки жили на этой земле. В тюрьму ей не разрешили взять паспорт, она не вступила в права наследства и потеряла родительский дом. У неё начались головные боли, проблемы с сердцем. И она, конечно, не согласна с обвинением. «Обвинение утверждает, что сообщения в телефоне были о просьбе помочь армии России, — сказала она. — Но в переписке этого не было указано. Я вела переписку с частным лицом. Сама ничего не переводила: средств не было». Она ещё сказала, что её вина лишь в том, что она вступила в переписку, которую надо было проигнорировать. А в Россию она ездила к своей родне — только чтобы навестить родственников, а не «из других побуждений». Но прокурор утверждал… что тот мужчина, который просил деньги, на аватарке в военной форме. То есть получается, что Латвия осудила женщину за то, что она вступила в переписку с мужчиной, который на аватарке одет в военную форму, и это, разумеется, подтверждает, что он боец российской армии. У латвийского следствия нет доказательств, что Полина Камлева просила у знакомого деньги именно на деятельность российской армии. Мужчина с аватаркой в военном мог быть просто сетевым альфонсом. Латвийское следствие также не может доказать факт перевода. А рижский суд выносит ей такое суровое наказание, какое дают за нанесение тяжкого вреда здоровью, а порой и за убийство. При этом Европа и наши релоканты кричат, что кровавый режим — в России: людей, мол, судят за поджоги релейных шкафов. Но почему-то дело Полины Камлевой они в упор не видят. Как и дела ещё примерно 300 политических заключённых в Прибалтике. Очевидно, что приговор Полине — такая тактика террора, чтобы русские в стране боялись даже вспоминать, что они русские, и смотреть в сторону России. И эта тактика сработала. Русские в Прибалтике сейчас тише воды ниже травы. Заканчивая свою речь, Полина попросила суд вернуть ей её жизнь. Отдать свободу. Судить справедливо. Суд её не услышал. А верховный комиссар ООН нам с тех пор так и не ответил. Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции

О МАЙ ГАДБЛ, ДАНИЛА, ЗАЧЕМ ЖЕ ТЫ ВСЁ ЭТО НАГОВОРИЛ?.. Андрей Медведев, журналист Не то чтобы мы когда-то предполагали, что внутри Андрея Бурковского под этакой наносной маской скрывается глубокий философ и мыслитель. Нет. Ничего такого мы не думали, но, впрочем, и не предполагали, что там вообще пустота. Да, хороший актёр. Успешный. Но вот же (дал интервью Юрию Дудю*): уехал, говорит, из страны, потому что она воюет, в другую страну, которая воюет постоянно, однако там это совершенно другое. Ничего необычного: у нас большая часть убегантов именно так думают. Тут, правда, стоит заметить, что не только Бурковский такой. Помню интервью живущей в США Елены Соловей, где она со слезами на глазах клеймила Россию за СВО. Дескать, как же можно взять и начать войну, бомбить другую страну? Сама Соловей живёт в США с 1991 года — как раз в 1990-е американская армия бомбила то Югославию, то Ирак, то Афганистан. Бомбила обеднённым ураном, устраивала бойню в Эль-Фаллудже. Собственно, тогда у американских политиков и публицистов появился термин «экономика войны». США затевали войны, которые двигали развитие целых секторов промышленности. Именно реальный сектор нуждался в войне. Тогда в Пентагоне половина замов были из коммерческого сектора: корпорации General Dynamics, Boeing, Lockheed Martin... То есть живёт себе тётя в стране, которая затеяла подряд две коммерческие войны, а именно против Афганистана и Ирака, и причитает, что война — это ужасно. А как же смерти миллионов афганцев и иракцев?.. Тогда компания Halliburton, которая фактически принадлежала вице-президенту США Дику Чейни, заработала за восемь лет около $40 млрд. В том числе на том, что возила из Кувейта в Ирак на военные базы США сжиженный газ. Вот уж распил так распил. У артиста Бурковского это что-то другое, какая-то правильная война. Бомбы демократичнее. Вспоминается тут же Лидия Осипова и её «Дневник коллаборантки», где она описывает налёты люфтваффе на советские города: «Бомбят, а нам не страшно. Бомбы-то освободительные. И так думают и чувствуют все. Никто не боится бомб». Бурковский живёт в похожей логике. Положительно оценивает американские «демократические» бомбы и «позитивные» военные интервенции. Не спросили у него про школу для девочек, которую разбомбили ВВС США сейчас, в начале войны с Ираном. Но уверен, что он бы оценил это как коллатерал демейдж (сопутствующий ущерб). С другой стороны, никто не обязан быть умным и честным, даже порядочным. И вообще, похоже, что уехал-то человек за успехом в Голливуде. Не осуждается вообще. Имеет полное право. Состоялся как актёр в России, поехал в США делать карьеру. Но вот на прощание плюнуть в страну, которая дала тебе возможность заработать на новую жизнь в Америке, — это такое себе. И я не заметил, добился ли Бурковский успеха там. Уже зовут его студии на работу в кино? Или что... или пока проедает деньги из России и попинывает Родину со словами, что это всё другое? Интересно, конечно: он где был искренним? Когда программу на канале «Звезда» вёл или когда осуждает «российскую военщину»? Я вот думаю, что никогда. Искренним он выглядит, когда радостно, хоть и косноязычно, рассказывает в интервью, что поступил в комьюнити колледж, где изучает эктинг энд дибэйтинг. Можно сыграть много ролей, и даже в неплохих сериалах, но остаться внутри туповатым модником Данилой из ситкома. Судьба. О май гадбл, Данила, зачем же ты всё это наговорил, зачем было нужно это крейзи шоу оф стьюпидити? * Юрий Дудь внесён в реестр иноагентов по решению Минюста РФ от 15 апреля 2022 года. ** Актёр Никита Кукушкин признан иноагентом в РФ. Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции