Аналитика каналаMaxСпециально для RT

ЛЁД ТРОНУЛСЯ: ЮЖНАЯ КОРЕЯ ЗАПУСТИЛА ПЕРВЫЙ ГРУЗОВОЙ РЕЙС ЧЕРЕЗ СЕВЕРНЫЙ МОРСКОЙ ПУТЬ Автор канала ИА «Стекломой» Вчера из южнокорейского порта Пусан вышел контейнеровоз компании PanStar с грузом автозапчастей и химической продукции в 837 стандартных контейнерах (TEU). Место назначения: польский Гданьск, нидерландский Роттердам и британский Филикстоу. Новость как будто банальная, но есть нюанс: это первый в истории Южной Кореи грузовой рейс в Европу по Северному морскому пути (СМП). Президент Ли Чжэ Мён неоднократно называл арктическое судоходство приоритетным направлением работы правительства, в рамках которого порт Пусан должен стать ни много ни мало глобальным торгово-логистическим хабом Европы и Азии. Что ж, как видим, в Сеуле слов на ветер не бросают. Плюсы и минусы СМП давно известны. С одной стороны, это короткое время в пути: до той же Великобритании через Суэц азиатские контейнеровозы идут в среднем 35—45 дней, тогда как через СМП — 20 дней. Это и фактор безопасности: бизнесу не нужно волноваться, что корабль словит то ли иранскую ракету, то ли хуситский дрон или его возьмут на абордаж то ли сомалийские пираты, то ли американские морпехи. С другой — растут издержки: это ограничения по размеру судов (через Суэц ходят монстры вместимостью 24 тыс. TEU, а для СМП рекордом пока считается 4,8 тыс. TEU) и короткие сроки навигации (август — октябрь, дальше только с ледоколами, что кратно сказывается на стоимости перевозок). Кроме того, маршрут по-прежнему нуждается в современной мощной портовой инфраструктуре, ждать которую стоит не раньше 2030-х годов. Но для стран Запада и их союзников главный минус СМП изначально был в том, что весь маршрут от Мурманска до Берингова пролива пролегает вдоль побережья России. Соответственно, любое иностранное судно обязано получать разрешение от наших профильных структур (в данном случае — от «Росатома») и добросовестно пополнять российский бюджет, оплачивая проход через акватории портов, ледокольную проводку, навигационные и экологические сборы и так далее. С 2022 года вопрос стал особенно актуальным, а после начала войны США с Ираном приобрёл прямо-таки экзистенциальный характер. И хотя США де-юре не запрещали проход иностранных судов через Севморпуть, де-факто любая иностранная компания рискует нарваться на неприятности по чисто политическим соображениям. Да, СМП давно используют китайцы (первое коммерческое плавание из Китая в ЕС состоялось аж в 2013 году), но одно дело — главный геополитический соперник США и колосс мировой торговли, ссориться с которым себе дороже, и другое — союзный американцам Сеул. Поэтому, на наш взгляд, новость нельзя недооценивать: если путешествие корейцев по Севморпути пройдёт в штатном режиме (держим кулачки), это станет сигналом для других игроков на рынке морских перевозок, например, из Японии и Индии. И чем дольше будет идти возня вокруг Ормуза и Красного моря, тем активнее будет спрос. Напоследок упомянем ещё один аспект, о котором у нас говорить не принято: Ледовый шёлковый путь перестаёт быть эксклюзивным китайским маршрутом. Наличие новых иностранных клиентов на СМП позитивно отразится на китайских партнёрах с их, скажем аккуратно, чрезмерной прижимистостью в коммерческих вопросах. Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции

НАДО ЛИ САЖАТЬ ДЕТЕЙ В ТЮРЬМУ? Главный редактор ИА Regnum, писатель, журналист, член СПЧ Марина Ахмедова @MarAh Председатель Следственного комитета Александр Бастрыкин заявил, что СК предлагал снизить возраст привлечения к уголовной ответственности до 12 лет, но не нашёл поддержки. На Петербургском международном юридическом форуме он говорил, что подростки сейчас взрослеют быстрее, в 12—13 лет совершают правонарушения, но не подпадают под уголовную ответственность. И что задача вербовщиков — «создать иллюзию безнаказанности и значимости действий подростков, снять с подростка моральную ответственность». И это, по мнению Бастрыкина, ключевой момент, ведь вербовщики убеждают подростков, что поджог военкомата или диверсия на железной дороге — это акт возмездия, борьба с системой и участие в крутой игре в реальности. И вот тут сразу можно спросить: «А вербовщики кто?» Вербовщики в основном сидят на Украине и за деньги, под управлением Запада пытаются вербовать наших детей. Я бы сказала, что тут ключевое — наших детей. Да, это наши дети, и, когда они попадают под суд и уезжают на много лет в тюрьму, мы их теряем. Они выбывают из строя как полноценные члены общества, а выходят на свободу уже сформированные тюрьмой. Наказывая детей, мы помогаем вербовщикам и воюющим против нас Западу с Украиной губить души наших детей. Мы же не будем врать самим себе и говорить, что они выйдут из тюрьмы очищенными наказанием и исправлением. Отнюдь, многие из них будут делать криминальную статистику. В прошлом году президент подписал закон о снижении возраста уголовного наказания за диверсионные преступления — с 16 до 14 лет. И мне представляется, на этом надо остановиться. И сейчас уголовная ответственность наступает с 14 лет по очень широкому спектру статей, начиная с особо тяжких — убийство, грабёж, угон автомобиля. То есть с 14 лет человек уже не может творить тяжкое безнаказанно. Бастрыкин говорит, что в прошлом году число тяжких и особо тяжких преступлений, совершённых подростками, выросло на 21%, до 12 687 правонарушений, а всего в прошлом году правоохранительными органами расследовано 29 065 преступлений, совершённых несовершеннолетними или при их участии. Но почему такой рост? Почему в нашем обществе вдруг увеличилось количество плохих подростков? Если мы сейчас говорим о наших гражданах, а не об иностранцах. Наверное, всё-таки это не дети и подростки стали другими, а жизнь стала другой. Повторюсь: против нас воюют Запад и Европа. И в этом новом мире детей повсюду поджидают угрозы — телефонные мошенники, вербовщики, мошенники, пытающиеся пробраться к детям через социальные сети. Даже взрослые поддаются на их манипуляции. Чего мы хотим от детей? Манипуляции достигли небывалого размаха. И во всём этом живут наши дети. Они тоже на линии огня. Мы ничего не можем сделать с вербовщиками, с мошенниками, со сливом данных, а вот с детьми можем — они тут, рядом. То есть из-за невозможности дотянуться до истинных виновников мы ещё строже наказываем детей. При всём моём искреннем уважении к Бастрыкину, у меня к нему вопрос. Вот вы, Александр Иванович, говорите, что внушения вербовщиков оказывают сильнейшее воздействие на детей. Значит, мы не можем перебить это преступное наущение воспитанием, созданием культурной среды дома и в школе? Идеологией? Мы и тут бессильны перед вербовщиками, раз их посылы — сильнее наших? Но разве в этом виноваты дети 12 лет, а не мы, взрослые? Друзья, я не буду повторять то, что вы и без меня можете прочесть в какой-нибудь психологической статье, — мозг детей в 12 лет ещё не созрел для того, чтобы оценивать последствия. Но отчего-то мне кажется, что в той ситуации, в той военной ситуации, которая сейчас у нас сложилась, мы должны больше защищать наших детей, а не бить их за то, что не можем дотянуться до истинных виновников. Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции

$1 ТРЛН В ДОФАМИНОВОЙ КОРЗИНЕ. КОРПОРАЦИЯ ЦУКЕРБЕРГА КАК НАРКОДИЛЕР ПОДРОСТКОВЫХ ЭМОЦИЙ Шеф бюро ВГТРК в Нью-Йорке Валентин Богданов @valentinbogdanov «Момент истины», которого ждали миллионы родителей не только в США, но и по всему миру. Так называют начавшийся в Калифорнии процесс, который должен стать ещё и самым дорогим в истории технологической индустрии. На скамье подсудимых —  запрещённая в России корпорация Meta Platforms Марка Цукерберга, владеющая Facebook и Instagram. Генеральные прокуроры сразу 29 штатов обвиняют Meta в том, что её разработанные алгоритмы сознательно вызывали у детей и подростков зависимость от соцсетей, годами скрывая обман от общества. Самая прямая аналогия — громкие процессы против табачных гигантов в Америке в 1990-е годы, а позже — волна исков в отношении «большой фармы». Там речь шла о препаратах на основе опиоидов. Обе кампании закончились победой истцов и, как следствие, многомиллиардными выплатами. Но те, кто в Кремниевой долине, пошли ещё дальше. Захватить внимание пользователя, удержать его как можно дольше, выкачать данные — и спрятать правду от публики. Всё как у наркодилеров. Среди представленных на процессе доказательств фигурирует внутренняя переписка 2016 года, в которой цель Instagram сформулирована предельно откровенно: нарастить «время, проводимое подростками» в приложении. Школьники и тинейджеры прямо описываются как наиболее ценная демографическая группа, которую во что бы то ни стало нужно удерживать на ленте. Прямое нарушение федеральных законов, ведь речь о детях 10—12 лет, для которых Instagram вообще под запретом. Как и сбор их персональных данных без согласия родителей. Однако в Meta, прекрасно понимая, с кем имеют дело, не просто пассивно наблюдали за происходящим, но и тщательно всё документировали. Одно из таких внутренних исследований касалось влияние Instagram на девочек. И того, как изменённые с помощью фильтров фотографии вызывают депрессию от внешнего несовершенства. Как итог — проблемы с восприятием собственного тела у одной из трёх девочек-подростков. Ожидается, что показания дадут самые статусные фигуры, включая и лично Цукерберга. Особый цинизм тут в том, что в отношении других (особенно тех, на кого указывали из американских правительственных кабинетов) Meta отличалась удвоенной щепетильностью. В 2024 году корпорация Цукерберга заблокировала аккаунты RT и других российских государственных медиа под лозунгом борьбы с «иностранным вмешательством». Забавно, что спустя два года те, кто присваивал роль арбитра, сами будут отвечать в суде на вопросы, ответы на которые давно очевидны для американского общества. 85% американцев уверены, что социальные сети формируют зависимость у детей, а 61% выступают за более жёсткое регулирование отрасли. В общем, для Meta суд в Окленде — решающая битва. Ведь в федеральных судах США собрано более 3 тыс. исков от семей, обвиняющих социальные платформы в причинении вреда детям. К процессу корпорация подошла с третьим за девять месяцев поражением. Судья в Нью-Мексико недавно обязал компанию Цукерберга выплатить $567 млн за то, что руководство знало, что на их платформах ежедневно порядка 100 тыс. детей сталкиваются с нежелательными сексуальными контактами, становясь жертвами онлайн-педофилов. Нынешний процесс, как ожидается, продлится от шести до семи недель. Обвинители от штатов добиваются переформатирования самого продукта. То есть изменения архитектуры Facebook и Instagram с тем, чтобы закончить «эпоху бесконечного скролла» хотя бы для младшей аудитории. Фигурирует и денежная компенсация. Ущерб оценивают в диапазоне от $200 млрд (это примерно равно годовой выручке Meta) до $1,4 трлн. То есть фактически всей рыночной капитализации компании на NASDAQ. Расплачиваться уже приходится. Старт процесса ознаменовался падением акций Meta почти на 3,5%. Биржи восприняли риск всерьёз. Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции

ПРИВЫЧКА К ВЕЛИКОДЕРЖАВИЮ — ЕСТЬ ЛИ У США ШАНСЫ НА ПОБЕДУ? Журналист, писатель Дмитрий Лекух, автор канала @radlekukh Не сумев победить персов традиционными способами на земле, в море и в небе, Дональд Трамп объявил о начале «самой сокрушительной экономической операции» против Ирана, пригрозив странам, помогающим Тегерану, «колоссальными экономическими последствиями». И некоторые основания для такой неожиданной смены «направления главного удара» у нынешнего американского президента всё-таки есть. Во-первых, нет никаких сомнений, что решение ключевого посредника во всех внешнеторговых операциях Тегерана, а именно Объединённых Арабских Эмиратов, о приостановке всех торговых, финансовых и коммерческих операций с Ираном было принято под давлением США. Во-вторых, за счёт беспрецедентного давления на Оман США всё-таки смогли организовать коридор для вывоза нефти из Персидского залива. По информации американских чиновников, каждую ночь по южному маршруту вдоль побережья Омана проходят 15—20 танкеров, перевозящих до 10 млн баррелей нефти, то есть примерно половину довоенного объёма. Не является большим секретом и то, что США помогают этим отчаянным танкерам, направляющимся в порты ОАЭ, Бахрейна и Кувейта, обеспечивая прикрытие с воздуха. Ну и, наконец, самое главное: в Вашингтоне, как там кажется, нащупали «границу терпения» Тегерана. Если нынешний уровень противостояния исламскую республику ещё более или менее устраивает и персы при текущих обстоятельствах не сильно склонны к дальнейшей эскалации, то у их противников наконец-то появляется неиллюзорный шанс их, что называется, «стратегически перетерпеть». Всё-таки США, как бы кто к ним ни относился, по-прежнему остаются глобальной сверхдержавой, в том числе экономической. И ресурсы для подобного «стратегического терпения» у Вашингтона по-прежнему есть, причём весьма серьёзные. Вопрос при выборе подобного рода стратегии один, и он сводится к времени и цене. Экономика Ирана действительно находится в очень тяжёлом положении. Страна практически прекратила поставки нефти на внешний рынок, а запасов валюты, по словам главы ЦБ самого Ирана, хватит только на закупку медикаментов, да и то лишь на несколько месяцев. А потом будут неизбежные социальные последствия, и у США наконец-то появится шанс по крайней мере не проиграть. То, что это произойдёт за счёт резкого падения уровня и качества жизни населения исламской республики, никого на Западе, естественно, не волнует. Более того, на этом и строится расчёт. Правда, чтобы этот расчёт сработал, должны быть преодолены некоторые проблемы. Трамп, помимо ОАЭ и Омана, должен ещё «сломать» и очень неудобный для «слома» Китай. По-настоящему действенным шагом в объявленной американцами экономической войне против Тегерана было бы введение санкций против ряда крупнейших китайских банков, участвующих в операциях по продаже иранской нефти. А это дело, как в Вашингтоне уже убедились, довольно стрёмное: КНР есть чем ответить, и уже ставшие знаменитыми редкозёмы здесь далеко не самый непривлекательный для США вариант. Да и вообще, давить таким образом на Пекин (или на Дели) — занятие довольно малоперспективное, история с «вторичными санкциями» на российскую нефть должна была многим открыть глаза. Но тут и у Вашингтона, справедливости ради, есть свои козыри: в отличие от КНР, им как одной из крупнейших нефтедобывающих стран есть кем пожертвовать. Достаточно просто — вслед, кстати, за Россией — ограничить экспорт собственных энергоносителей. Да, тогда обанкротится еврозона, которая сейчас плотно пересела на американскую энергетическую иглу. Что ж, великие державы умеют такую цену платить, а Европу, конечно, может, кому-то и жалко, но тут, как говорится, дело житейское. Да и самой еврозоне, в общем, извините, не привыкать. Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции

Но с точки зрения политического прагматизма Вучич тогда сделал верный выбор. У СРП, лидер которой находился в Гааге, шансов взять власть не было. А Томислав Николич, возглавив «напредняков» (от сербского названия партии «Српска напредна странка»), уже в 2012 году выиграл выборы и стал президентом страны. После избрания Николич ушёл в отставку с поста лидера партии и оставил местоблюстителем до избрания преемника Александра Вучича. Преемником, впрочем, был избран в итоге тот же Вучич. Формально с того момента и начался отсчёт 14 лет, которые Вучич отдал служению Сербии. Но если так, то получается, что, будучи депутатом скупщины, генеральным секретарём СРП и т. д., он своей стране не служил? Может показаться, что это просто игра словами, но если это и так, то такая игра способна пролить свет на возможное политическое будущее Вучича. До конца года — в октябре или ноябре — Сербию ждут внеочередные выборы, и Вучич только что вновь подтвердил, что не будет в них участвовать. Но целый ряд его заявлений, сделанных как на митинге в Белграде, так и в большом интервью трём телеканалам — Pink, Prve и Informer, которое он дал накануне, — дают основания предположить, что из большой политики он уходить не собирается. Вучич перечислил достижения последних лет: строительство дорог (за 12 лет построено больше километров автомагистралей и скоростных дорог, чем за предыдущие 70), новый завод по производству роботов (красивее и лучше, чем в Китае, «благодаря китайским друзьям»), новые электростанции (о вкладе России в обеспечение энергетической инфраструктуры Сербии президент тактично умолчал). Нарисовал перед собравшимися радужные перспективы развития страны («мы должны открывать центры обработки данных по всей стране», «через два года средняя зарплата в Сербии составит €1,4 тыс., а средняя пенсия — €650»). Пообещал на Видовдан (28 июня, главный национальный праздник Сербии, годовщина сражения на Косовом поле) грандиозную демонстрацию новейшего сербского вооружения, которую будут транслировать по телевидению («Я хочу, чтобы вы увидели, откуда мы можем поражать цели с расстояния в десятки километров, увидели, что делают наши беспилотники. Увидели, насколько продвинулась наша страна»). Наконец, пообещал в последние дни своего пребывания у власти помиловать тех, кто совершил преступления по незнанию или небрежности («Я не смогу помиловать тех, кто совершил самые тяжкие преступления, но на всех, кто совершил преступления по невежеству, небрежности и случайности, я посмотрю сквозь пальцы и покажу, что мы должны быть единой и сплочённой Сербией»). Такие заявления не делают, когда собираются уходить с политической сцены. Тем более что, говоря о будущих выборах, Вучич признался: «Я сказал президенту Сербской прогрессивной партии и руководству, что на предстоящих выборах, если они попросят об этом, если они этого захотят, вместе с вами я помогу завоевать доверие народа и то, что мы сможем достичь всего, о чём я говорил, в течение следующих четырёх лет». Продолжение в следующем посте

Конечно, это не отменяет внутренних противоречий. В Иране сохраняются экономические трудности, социальные проблемы из-за санкций, запрос на перемены. Но нынешние события показывают, что между недовольством частью системы и готовностью к её немедленному разрушению существует огромная дистанция. Исламская республика пережила смерть своего верховного лидера не как хаос, а как момент мобилизации. В этом и заключается главный политический итог происходящего. Похороны Хаменеи стали не только церемонией памяти, но и проверкой прочности иранской государственности. И пока миллионы людей выходят на улицы Тегерана, а делегации прибывают для участия в траурных мероприятиях, становится очевидно: Хаменеи ушёл, но созданная при нём система продолжает жить, действовать и защищать себя. Для противников Ирана это неприятный вывод. Для сторонников исламской республики же подтверждение устойчивости политического проекта. Для специалистов в области исследований по международным отношениям — важный пример того, что в авторитарно-религиозных системах личность лидера может быть крайне значимой, но институты, идеология и силовая вертикаль способны пережить даже такую потерю. Хаменеи мёртв. Но дело его, как показывает Тегеран в эти дни, действительно живёт. Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции

Вероятнее всего, в том или ином качестве (лидера СПП, премьер-министра — вариантов на самом деле куда больше) Вучич останется одним из ключевых политиков Сербии. И его уход выглядит манёвром, призванным вывести его из-под двойного удара — Брюсселя, требующего присоединения Белграда к антироссийским санкциям и признания Косово, с одной стороны, и сербской улицы, желающей прямо противоположного. Чем обернётся для нас такой манёвр Вучича? Многое зависит от того, кто придёт ему на смену. Одно дело, если Вучич планирует играть роль серого кардинала за спиной у продолжателя курса на национальный суверенитет Сербии, и совсем другое, если он хочет избежать ответственности за непопулярные решения, принятые под давлением Запада. В интервью трём телеканалам Вучич продолжал играть в многовекторность: «Я всегда уважал Россию, но также и Украину. Они не признали независимое Косово. Они не ходят на встречи, где находится Косово». Будет ли столь же искусным политическим эквилибристом его преемник? Это мы узнаем ещё до конца года. Но уже сейчас можно с уверенностью сказать, что эра Александра Вучича в сербской истории не заканчивается. Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции

КАК ОТПУГНУТЬ ДЕТЕЙ ОТ МОШЕННИКОВ Главный редактор ИА Regnum, писатель, журналист, член СПЧ Марина Ахмедова @MarAh В Екатеринбурге подросток под воздействием мошенников выманил родителей из дома, передал ключи от квартиры школьному товарищу, тот проник туда, вскрыл болгаркой сейф и украл 2 млн рублей. Вам сразу хочется этот текст пролистнуть — слишком много таких новостей. Практически мы знаем: мошенники звонят всем. Но, несмотря на осведомлённость, количество преступлений растёт, и дело же не просто в том, что вас может обворовать ваш ребёнок. Беда в том, что ваш ребёнок может стать живой бомбой, убить других или уехать надолго в тюрьму, сломав и себе, и вам жизнь. Пару недель назад я просила коллег отрисовать инфографику, чтобы родители сохраняли себе памятку и объясняли детям: сотрудники ФСБ никогда не звонят подросткам, категорически нельзя оформлять сим-карты по просьбе незнакомцев, скидывать им геолокацию и фото любых зданий. Потом они звонят, представляясь полковниками ФСБ, сообщают, что подросток передал геоданные украинским спецслужбам и его ждёт страшная кара. Подросток пугается, пытается всё исправить — и всё, он уже на крючке, против него применяют методы социальной инженерии, разработанные даже не на Украине, а в НАТО. Это настоящая война, и уже очевидно, что ребёнок в одиночку не может справиться с таким серьёзным противником. Вы можете надеяться на школу: «Пусть там с ними говорят об этом на уроках о важном!» А там и говорят. Но большинству детей кажется, что они не попадутся на эту разводку. В реальности на каждого может найтись свой крючок. СМИ кричат об этой беде. В школах об этом говорят. В соцсетях об этом каждый день пишут. Но подростков, осуждённых за теракт, в нашей стране становится только больше. И знаете, я прихожу к простому выводу: против мошенников можно эффективно действовать только в тандеме «ребёнок — родитель». Ни школа, ни СМИ не сделают за отца и мать их родительскую работу. Надо регулярно заводить с ребёнком на эту тему разговор. Надо, чтобы он понимал, в каком мире он живёт. К примеру, я рассказала детям даже о медведе, загрызшем девушку на Алтае. Зачем такие жестокие разговоры маленьким? А пусть усвоят, что мы не живём в безопасном мире, где, как в больших городах, всё к твоим услугам. В ребёнке должны быть заложены знания об опасностях, которые таит этот мир. А украинские спецслужбы — это сейчас главная смертельная опасность для наших детей. Некоторые родители спрашивают: «А как ещё с ним говорить? Я же уже сказал, что звонят мошенники, не поддавайся». А этих слов не хватит. Вы сядьте с ребёнком и расскажите историю в подробностях: сегодня такой-то мальчик поджёг заправку, его задержали, он поедет в колонию, там, кроме вот таких мальчиков из приличных семей, сидят ещё мальчики-рецидивисты, которые совершали кровавые преступления не по телефону, и это их не первая ходка. А мама мальчика поседела за считаные дни, она мечтала, что её сын станет учёным, но он выйдет только через 15 лет. Он сам убил свои и мамины мечты. Чем больше подробностей и вашего отношения, тем лучше. Просто надо тратить время на детей. Недостаточно знать, что ваш ребёнок сидит в своей комнате в безопасности, у вас под присмотром. Если у него в руках телефон, то в его распоряжении портал в большой опасный мир. Вы должны понимать, что внутри вашего ребёнка делается, и сами выстраивать его внутренний мир. Знаете, что жутко во всём этом? Этот портал, который может утянуть ребёнка в тюрьму, в смерть, а вас — в беду, можно обнулить одним нажатием кнопки, заблокировав мошенника. И ничего не будет, морок спадёт. Но почему-то же дети этого не делают. Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции

ПЕРВЫЙ ГРЕХ: ЧТО ДЕЛАЛ УКРАИНСКИЙ ДАЙВЕР В ХОРВАТИИ Дмитрий Петровский, писатель, сценарист, публицист Виктор Пелевин в романе S.N.U.F.F. писал, что войны начинаются тогда, когда художественные фильмы становятся похожими на сводки новостей, а сводки новостей — на художественные фильмы. Что ж, мы живём именно в этой реальности. Как сообщает издание Legal Tribune Online, украинца, подорвавшего «Северные потоки», арестовали в Хорватии в тот момент, когда он давал консультации по поводу съёмок голливудского фильма про себя любимого — с Шоном Пенном в главной роли. Вчера Игорь Мальцев уже разбирал подробно обстоятельства ареста, постоянно задаваясь вопросом: зачем человеку, на которого уже выписан европейский ордер на арест, понадобилось ехать в Европу? Сидел бы у себя на Украине, писал бы мемуары. Игорь Валентинович, кажется, даже интуитивно прочувствовал кинематографическую подоплёку этого дела, озаглавив свою колонку «Яхта, деньги, две трубы». Но окончательно пазл сложился только сейчас. Фильм снимается в Хорватии, в ролях, помимо Пенна, ещё и Эдриан Броуди, режиссёр — Даг Лайман, тот, что снимал «Идентификацию Борна». Как может украинский провинциал (неважно, что родился в Киеве. Украина всегда стремилась быть провинцией Европы) оставаться дома, когда про него настоящие американцы снимают настоящий байопик? Да гори оно огнём, пусть арестовывают — буду в немецкой тюрьме рассказывать, как Шона Пенна видел! Эта деталь объясняет не только поведение Журавлёва, но и некоторые причины украинского конфликта в целом. Вспомните невероятное счастье киевлян, когда к ним приезжали то Байден, то Анджелина Джоли. Плевать, что город горит, плевать, что треть страны потеряна. Нас заметили! Нас «встречают как богов». Медийное внимание было одной из приманок, на которую Запад купил Украину. Валютой, которой наряду с реальными долларами с ней расплачивались за её роль «анти-России». Если понимать, что именно пришлось отдать за это внимание, то получается очень, очень недорого. Кстати, за Шоном Пенном уже очень давно тянется шлейф похожих историй, а на Reddit — целые ветки обсуждения теории о том, что актёр на самом деле является агентом спецслужб под прикрытием. Главная «зацепка» — встреча Пенна в 2016 году с мексиканским наркобароном Хоакином Арчивальдо Гусманом Лоэрой по прозвищу Эль Чапо (Коротышка). Наркоторговец скрывался от полиции, но попался на ту же удочку, что и Журавлёв, — согласился на встречу с голливудским актёром. И вуаля: сидит в Америке на пожизненном. Актёр же, помимо Коротышки, встречался с Саддамом Хусейном и Уго Чавесом. Думайте, как говорят в этих ваших интернетах. Справедливости ради: тщеславием грешат не только украинцы. Наши иноагенты из года в год попадаются на один и тот же нехитрый трюк, когда им звонит «Зеленский» или «Ермак» (а потом оказывается, что Вован и Лексус), и с восторгом начинают болтать на любые темы. Неважно, что до них уже куча народу попалась на ту же наживку. Они не задаются вопросом: «А может ли настоящий Зеленский мне позвонить?», потому что в своих мечтах они соразмерные ему фигуры — и потому уверены, что может. Гордыня — первый в списке семи смертных грехов. И теперь мы знаем почему. Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции

Хотя наращивание производства снарядов в ЕС также давний тренд после начала СВО, новый плановый показатель в 4 млн боеприпасов за год упирается уже не просто в деньги, а в выпуск взрывчатых веществ. Именно начинка боеприпасов из ВВ и порохов является узким местом Европы, поэтому для миллионов снарядов в год потребуется не просто развернуть новые заводы по выточке болванок, а создавать новые дорогие химические предприятия и кадры к ним либо закупать большие объёмы ТНТ, гексогена и октогена извне. Если говорить реалистично, то большинство заявленных Рютте целей не являются откровенной пропагандой или лапшой на уши Трампа, хотя и без этого также не обошлось. Европейцы сейчас обладают необходимым промышленным и финансовым потенциалом, чтобы локализовать у себя в короткие сроки как минимум самые адаптированные для этого изделия вроде ракеты Barracuda или Stinger. Что касается более сложных и комплексных изделий, таких как ATACMS, Abrams и других аналогичных, то здесь амбиции Европы будут упираться во всё ещё сохраняющуюся технологическую зависимость от США во многих вопросах, а также банально в наличие разрешения. Есть ощущение, что по многим позициям Рютте скорее назвал именно символы, чем реальные системы вооружений, желаемые для локализации. Неясно, зачем европейцам Abrams при наличии своих танков и зачем уже устаревающие ATACMS, когда гораздо нужнее дефицитные перехватчики для ЗРК Patriot. Зато это известные для Трампа маркеры американской мощи, способные привлечь его внимание и заслужить похвалу из Вашингтона. В реальности такую презентационную риторику генсека НАТО следует рассматривать как вектор будущего развития ЕС — в нём займутся локализацией некоторых американских систем вооружения и отдельных его компонентов, но не обязательно всех названных и не обязательно в краткосрочной перспективе. У Европы есть объективная необходимость срочно наращивать производство вооружений, и там способны самостоятельно выпускать многие аналоги американских систем. Но между Европой и США есть заметная разница. Европейцы, как и американцы, традиционно сильны в создании высокотехнологичных систем, но оборонная промышленность ЕС долгое время была ориентирована на небольшие серии дорогих образцов. В свою очередь, США обладают огромной, но частично спящей промышленной базой, а также разветвлённой системой поставщиков для быстрого масштабирования выпуска вооружений. Именно поэтому заявления Рютте нельзя рассматривать исключительно как попытку понравиться Трампу с целью перетянуть США на свою сторону в политических вопросах. Безусловно, этот подтекст в выступлении генсека НАТО присутствует, однако без помощи США реальные военно-промышленные планы Европы не будут осуществимы до конца. Стоит ожидать, что ЕС со временем локализует часть наиболее значимых для себя американских систем вооружения, встроившись в отдельные цепочки производства, и увеличит выпуск боеприпасов, а США будут держать пальму первенства в контроле за наиболее сложными технологиями. Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции