Аналитика каналаMaxVselenka

В Международный день защиты детей. О сыне. ⠀ Он вроде обычный мальчик: ступает то на правую, то на левую ногу, облизывает крышечки от йогуртов и шатает молочный зуб немытыми руками. Я таких мальчиков раньше много видела. Забавных, милых, чьих-то родительских мальчиков... А потом родила исключительно своего, понимаете? И меня каждый раз ошеломляет мысль, что из всех вариаций различных вселенских мальчиков, именно этот оказался в нашей семье. ⠀ Я, как мама, вижу многое. Вижу красные ниточки на просвеченных солнцем ушах. Слышу детские мысли — стайки серебряных рыбок. Распознаю в неприметных жестах эхо поколений… И я наполняю и наполняю его по самую крышечку компотами и котлетами, витаминами и мармеладом, стихами и разговорами, сказками и шутками. ⠀ И мне очень нужно, очень, понимаете, чтобы судьба его была опрятна. Как в рисунке на А4 с солнышком в углу. Дайте мне карандаши — я нарисую! И домик, и речку, и тропинку упирающуюся в счастье. ⠀ Но он смотрит на мой рисунок и возмущается: ⠀ «Мам, ну не так же! Тут совсем не жёлтым. ⠀ Я сам, мама...» ⠀ А пока я ещё могу посадить его в пиратский корабль из бабушкиного стеганого одеяла и убаюкать все его слёзы и зашептать все разочарования. ⠀ Пока могу... 2019г.

Итак, ветрянка. Я начиталась комментариев и очень рада, что всё обходится без осложнений. Но Влад вчера загуглил симптомы. Ему там обещали температуру, слабость и зуд. Он ждал-ждал и ничего… Участковый врач тоже был весел и беззаботен, что особенно оскорбительно… Никакой таинственной вдумчивости и шепота с близкими в соседних комнатах. Только запретил сдирать корочки, но тут же добавил, что шрамы украшают мужчину. На слове «шрамы» взгляд больного обрел особый героический оттенок. И видно, что Влад прям разочарован, словно ждал блокбастер, а ему включили документалку про лесной мох. Но если уже настроился страдать, почему бы не организовать блокбастер своими силами? Все очень серьезно. Очень. Тон приглушенный, образ превозмогающий. Я в первом ряду. Если долго не интересоваться его болезнью, Влад приходит в мою комнату, с обугленными от печали глазами, садится на диван и немигающе смотрит в потолок с видом: «Как-то по-дурацки жизнь прошла». — Осторожнее… — тихо говорит он, если его случайно задеть на кухне. И медленно уходит, подволакивая ногу. Возможно в гугле что-то было и про опорно-двигательный аппарат, я не в курсе. Иногда из его комнаты раздается полный ужаса крик. Это значит, обнаружен новый пузырик в каком-то совершенно неожиданном месте. Были извещены все родственники, друзья и отменен репетитор по английскому. — Гуд бай, Валентина Андреевна. Звучало сегодня особенно трагично. Где-то фоном даже играла невидимая скрипка… Вот такие дела, друзья. Не переключайтесь.

«Я в поезде практически никогда не ем!» — сказала Наталья Васильевна. Сказала, как отрезала. Кремень. Вот такая позиция у человека. Моё восхищение…

Были с Владом в стоматологии... Решила перед самым выходом почитать отзывы о враче. Несколько человек написало, что доктор очень грубая. Особенно насторожила фраза «ей не с детьми работать, а на скотобойне». Ого… думаю. Но менять запись некогда, перед отпуском уже всё распланировали. Идем в клинику, я заранее в оборонительной позиции, про себя прокручиваю все вероятные ветки диалога. В воображении стоматолог почему-то выглядит, как повар в моей школьной столовой: в белой шапочке, с крупными руками и ведром с надписью «каша». С такой спорить опасно: у нее ещё и ковш алюминиевый. Но я смелая. Иду широким шагом и спорю. И так обидно, что за мои же деньги на меня орут, ещё и в моей же голове! Влад тоже фоном нудит, мол, мне точно вырвут зуб, я чувствую! Зачем я ходил на дзюдо, если не могу защититься от стоматологов! А мне совсем не до Влада. Мне воображаемый зубник с ковшом говорит: «Что же вы, мамаша, не знаете, с какой регулярностью нужно посещать стоматолога?» А я — взрослый человек с маникюром и паспортом могу в ответ только кривляться: «Сто зе вы мамася не знаити с какой регуня няня ня…» Накрутила себя. Захожу с предельно резкой энергией, словно у шарика нитка развязалась и его колошматит по стенам. Непринужденно пытаюсь натянуть детские бахилы. Потом ковыряю декоративную рейку, чтобы открыть стену и повесить туда куртку. Влад тоже взволнован, готов всех кидать через бедро. Выходит стоматолог: красивая, подмигивает, шутит и без ковша… А мы стоим — два свирепых рембо. На мне детские бахилы до половины надеты, у Влада от тревоги глаза в кучу. И, конечно же, по классике жанра стоматолог оказалась милейшей женщиной. И я тоже была милейшей женщиной. И Влад, среди милейших женщин, был самым милейшим Владом. Идем домой, каждый улыбается о своем. Заплатили хренову кучу денег, но довольные, что зуб не вырвали и ковшом не вломили. Вот это сервис, вот это я понимаю!

Наталье Васильевне лет десять назад по работе пришлось сесть за руль. Как вспомню — вздрогну. Мама боялась руля. Я боялась за маму. А маму за рулём боялись вообще все. ⠀ По будням она забирала меня с работы. В машине было натоплено, как в маленькой деревенской баньке. Наталья Васильевна царила где-то в глубине, покачиваясь под шансон. ⠀ В одну из таких поездок мама заявила: — А я сегодня другую сумку взяла и все документы дома оставила, представляешь? И пока я представляла, за светофором появилась служба ГАИ. ⠀ — Главное, не привлекать внимания. Прошептала мама, вглядываясь в светофор. — Зелёный, зелёный, зелёный... Потом вдруг выкрикнула: — Жёлтый! — И ударила по тормозам. Мама, вообще, мастер «не привлекать внимание». ⠀ В тылу возмущённо засигналили. Ну потому что из-за одной, скажем так, женщины, у людей сзади тоже всё окрасилось в желтый. Наталья Васильевна трагически сломала брови, а из воротника повалил пар... Разобраться с жёлтым конфузом маленькой пугливой шкоды уже спешил сотрудник ГИБДД.⠀ Мама собралась бежать навстречу… Вы когда-нибудь удерживали за рукав человека с дымящимся воротником, желающим «всё обьяснить товарищам»? Я — да. ⠀ И тут началось. Наталья Васильевна проявила в розысках документов большое усердие. Открывала сумку, бардачок, пепельницу... Несколько раз попыталась встать прямо в машине. А под финал, зачем-то, принялась закрывать окно, в которое ошалелый инспектор наблюдал ее задорное помешательство. ⠀ В итоге Наталья Васильевна решила признаться. Вернула бровки в симпатичные горки и вступила очень издалека: — Товарищ! Я вот тут за руль села в пятьдесят, а оно мне надо? ⠀ Инспектор не знал, надо ли товарищу-маме за руль. Но разбираться не пожелал и махнул нам ехать, пока везде зеленый. ⠀ — Видела, как я порешала всё? — Похвасталась мама. — Жаль имя не запомнила, когда он с нами знакомился. — Он не знакомился, мама, он представлялся. — Представлялся, ну да. Знаешь, а имя очень важно. Это такой психологический ход: когда обращаешься к человеку по имени, всегда легче наладить контакт. ⠀ — Ну ты же и так наладила? — Ага, наладила.

Люблю дремать под стук колес. Но в этот раз не повезло, попались общительные попутчики…

Про культуру питания. Моя бабуля обладала силой могучей, исполинской. Она могла с легкостью просунуть мою руку в рукав, где уже находились шапка и варежки. Также была способна на ходу затолкать меня в переполненный автобус и следом прыгнуть сама. И если бы я примерзла языком к качелям, уверена, домой мы бы вернулись с этими качелями. Чтобы меня накормить, бабушка тоже применяла силу. Силу убеждения. Собственно, поэтому я уверенно росла не только ввысь. Видимо, бабушка растила смену, чтобы однажды уже внучка забрасывала её в автобусы. Как-то на новогоднем утреннике я играла Снегурочку. Не знаю, почему выбор пал на меня. Может, из-за моего блистательного актерского мастерства, а может, потому что бабушка была заведующей детским садом… Помню, ба с поднятой бровью наблюдала, как два воспитателя и одна прачка пытались застегнуть на мне костюм, и повторяла: «Да… Широкая кость у Аленки, это в деда…» Руки подмышками не смыкались. Я ходила по актовому залу в картонной короне, как борец. Это был акт бодипозитива и противоречий. Толстенькая девочка тоненько пела про изящество и хрупкость снежка. Такая Снегурочка могла принести смех и радость, даже если вам не особо надо. Благо, к подростковому возрасту вес выровнялся. ——————— Сейчас я понимаю, что бабушка пережила Великую Отечественную, голод и дефицит в перестройку. В их семье было пятеро детей, бабушка была самой старшей. Поэтому накормить меня было для нее про жизнь, про любовь и, как ни странно, про здоровье.

Господи, как хочется быть худой! Да, я знаю, что нельзя так говорить, что это от слова «худо». Но хочется, чтобы, как раньше: легкая, звонкая, и торчат все эти ключицы и колени, и скулы… Но мама сегодня купила торт «Сказка»… Говорит: — Помнишь, как раньше? Тут ещё на коробке жар-птица была изображена. Помнишь? А я говорю: — Помнишь, тут раньше когда-то выпирали ключицы? Помнишь? А она отвечает: — Не помню. Никогда не выпирали…

Слушайте, такой приятный момент… Раньше Влад просил меня открутить особенно тугую крышку на бутылке. А сейчас он мне всё открывает. В целом, я и сама могу. Могу открыть консервы ржавым ножом. Могу удерживать пакет с продуктами одним мизинцем, пока ищу ключи, могу открутить саморез монетой… Но теперь, если что, я сразу кричу: «Влаааадик!» И Владик несется наперевес с плоскогубцами. Это, конечно, авантюра и большой риск, но я очень стараюсь для будущей невестки, девочки)))))

Текст не мой, просто нравится. Очень по-женски тут всё)) «Одна женщина, приехав летом из отпуска и распаковав чемоданы, увидела ползущего из этих чемоданов со своими чемоданами «жырного» постельного клопа. Пока женщина отдышалась от ужаса, клоп уже залез туда, куда им, клопам, и полагается залезать, а именно в щель между тахтой и обоями. И затащил туда свои чемоданы. Женщина, успокоившись, решительно отодвинула тахту от стены, клопа не нашла, но нашла кучу пыли, кольцо, в пропаже которого подозревала разных там, и пятьдесят восемь рублей мелочью. В последующие две недели женщина пропылесосила под тахтой и под всеми шкафами, потом раздобыла у друзей парогенератор и отпарогенерировала всю квартиру, потом от страха, что клоп ушёл от пара жить в шкафы, выкинула половину одежды, которую уже много лет не носила, потом выкинула два шкафа из четырёх, потом сняла старые пыльные мрачные шторы, помыла окна, переклеила обои, поменяла все лампочки на более яркие, выкинула все трусы размера S и купила себе, наконец, трусы размера М, и ей стало намного легче, да, и дышать в том числе, выбросила умершие духи, которые очень любила в студенчестве, попросила уже, наконец, не звонить нескольких людей, которых давно надо было попросить не звонить, а ещё… В общем, женщина просит вас, если кто встретит того клопа, передать ему огромную благодарность и сказать, что она ему кланяется в ноги!» Автор Маша Стрельцова