Узнала об изменах мужа и решила отомстить
У мужа в тайне был роман с моей коллегой по работе, которая моложе меня на 8 лет. Он специально отравлял меня на отдых с детьми, чтобы развлекаться с ней.
Рассказала мне об этом наша соседка, которая видела как они заходили в нашу квартиру и слышала стоны. Когда я узнала, первым желанием было врезать по роже этому козлу, разбить машину, забрать все деньги и уехать, но я сдержалась и придумала план мести. Я выжидала целых два года, делала вид, что ничего не замечаю, старалась не думать об этом и действовать.
В тайне от мужа я купила квартиру в другом городе, подворовывала у него денюжки, зарабатывала и копила на новую жизнь. В один прекрасный день я решилась нанести удар и...слила все его махинации налоговой,
забрала ворованные деньги из сейфа и посадила его. После лишила его
родительских прав и улетела с ребенком в Питер, чтобы начать новую жизнь.
Можете меня осуждать, но мне кажется что я все сделала правильно!! ♥️
О МАШКЕ-ДУРОЧКЕ (Очень интересеный рассказ)
Погибла Машка. Точнее, Мария. Ей было уже за 60, но на приходе у отца Евгения ее все так и звали – Машка, обращались на «ты» и считали местной дурочкой.
Все свое время Машка проводила в храме. Хотя она почти не стояла на службах, а больше играла на подворье с детьми. И даже причащали ее иногда без исповеди – как ребенка. Да она и вела себя как маленькая.
Взрослые прихожане ее не то что не любили, но сторонились. Она была очень навязчива: то лезла обниматься, то что-то выпрашивала, то просто говорила без умолку. Жаловалась, что у нее порвались колготки, что ее кто-то обидел, что батюшка отругал.
А отец Евгений ее любил. Только просил не мешать во время службы...
– Машка, отстань, Херувимская, – говорили ей одни.
– Так, бери конфету и иди, дай помолиться, – подталкивали ее к выходу другие.
И она шла, грустно опустив голову. Но видела на подворье детишек и расцветала. И тут же отдавала кому-нибудь выпрошенную конфету.
Церковная малышня считала Машку ровней и висла на ней гроздями.
Она играла с ними в прятки, догонялки, куклы, лепила в песочнице куличики, читала им какие-то детские стишки. А больше всего ей нравилось возить по подворью чью-нибудь коляску с младенцем. Ей иногда доверяли. Машка шла с этой коляской гордо и робко одновременно, часто останавливаясь и заглядывая внутрь. Она смотрела на кроху с непередаваемой нежностью и какой-то глубокой тоской. Как будто душа этой болящей женщины плакала о несостоявшемся материнстве.
А еще она очень любила Богородицу...
Как-то в тот храм привезли чудотворную икону Божией Матери. Всего на сутки. Весь день шли к Ней люди. В какой-то момент к святыне подошла важная, модная и очень душистая дама.
Машка почему-то начала дергать ее за рукав и смеяться.
– Отстань, дура! – со злостью выпалила женщина. – Уберите ее кто-нибудь.
Это услышал отец Евгений. «Богородица пришла и к дурам», – тихо сказал он.
Дама опешила, но больше опешила Машка. Она посерьезнела, встала перед иконой на колени, поклонилась и тихо вышла.
Потом она иногда подолгу стояла перед каким-нибудь образом Божией Матери. Смотрела на Ту, которая пришла и к ней – к «местной дурочке». И о чем-то думала...
... И вот ее не стало. Случилось это после службы.
Машка куда-то пошла по своим делам. И, проходя мимо одного из домов, увидела, что там горит квартира.
Пожарные уже успели вывести жильцов, но какой-то маленький мальчик рыдал и кричал на всю улицу: «Там Пушок, там мой котенок!» Мама прижимала его к себе, а он все кричал и кричал.
Потом рассказывали, что Машка кинулась в подъезд...
Ее пытались остановить: «Куда, дура! Погибнешь!» Но она не слушала.
Удивительно, но Машка котенка нашла. А сама умерла в реанимации. Отравилась угарным газом.
Хоронить ее было некому, и всё взял на себя храм.
После отпевания кто-то сказал:
– Надо же вот так погибнуть по глупости.
– Не по глупости, а по любви, – ответил отец Евгений.
И рассказал то, чего никто здесь, кроме него, не знал.
Когда-то в детстве маленькая и здоровая Машенька вот так же полезла за котенком, который застрял высоко на дереве. Спасла, но сама упала, ударилась и повредилась головой. Лечили – ничего не вышло. И осталась она ребенком на всю жизнь, дурочкой-Машкой, которую никто не воспринимал всерьез, но которая любила и жалела всё живое и которую обожали дети, а детей не обманешь.
– Да, она погибла из-за любви, – повторил отец Евгений. – Царствие Небесное рабе Божией Марии…
«Свекровь не пустила меня на свой юбилей. Муж поехал один. Я не стала спорить, но мой «поздравление» она запомнит надолго...»
Алиса разбирала продукты, когда услышала этот голос из гостиной. У Лёши был тот самый виноватый, приглушённый тон. Так он говорил только с одной женщиной в жизни — со своей матерью.
— Понял, мам. Конечно приеду. Да, один. С днём рождения.
Ледяная волна прошла по спине Алисы. Он согласился. Согласился отправиться на мамин юбилей один, отсекая её, жену. Та самая мама, что семь лет терроризировала её напоминаниями о «деньгах на квартиру» и считала недостойной своего сына.
— Лёш, ты с ней согласился? — Алиса сама удивилась, как ровно звучит её голос.
— Ась, это же 55 лет, юбилей. Она хочет провести его в узком кругу. Без лишних... напрягов.
— То есть я — это «напряг» для её праздника?
— Не вырывай из контекста, — он потёр переносицу. — Просто всем будет спокойнее. Она же не вечная.
— А наши семь лет — вечные? — спросила Алиса, но он уже отворачивался.
Он ушёл досматривать футбол, как всегда, избегая разговора. А она стояла среди пакетов с продуктами. Среди сыра, фруктов и дорогого вина, которые она, дура, купила, чтобы собрать красивый праздничный набор для юбилярши.
Но вместо слёз Алису накрыла странная, леденящая тишина. Она медленно убрала продукты в холодильник. Вино поставила в шкаф. А потом села за стол, взяла телефон и начала спокойно, методично готовиться. Она готовилась дать бой. Не скандалом — оружием, которое её свекровь боятся больше всего.
Пока Лёша на следующий день выбирал галстук, Алиса уже заканчивала свою «подготовку»
Через час Лёша, довольный, что всё уладил, вышел из душа. Его телефон лежал на тумбочке и… вибрировал. Не переставая. Десять пропущенных звонков. От матери. От дяди. От тёти. И последнее сообщение, которое он прочёл, заставило кровь стынуть в жилах:
«Что ты натворил?! Она всё знает. ВСЁ. Она скинула это ВСЕМ в семейный чат!
Алиса стояла на кухне, доливая себе в бокал это вино. Она спокойно подняла глаза на бледного, трясущегося мужа.
— Ну что, любимый? — её голос был тихим, как лезвие. — Поздравляю твою маму с юбилеем от меня. Надеюсь, моё поздравление стало самым обсуждаемым тостом вечера.
Лёша, не включая свет, вошел в квартиру под утро. Юбилей давно кончился. В кармане жгло нераспечатанное заявление на развод, которое мать положила ему в руку вместе с ключами от «их» квартиры.
Он ожидал найти пустоту. Тишину.
Но в гостиной горел свет. На столе стояли два бокала и тарелка с нарезанным сыром. Алиса сидела в кресле, читала книгу. Как будто ничего не произошло.
Он молча снял куртку. Она молча подняла на него глаза.
— Я не поеду за тобой, — хрипло сказал он, первым нарушая тишину. — И не буду просить прощения. Слова кончились.
Она кивнула, закрыла книгу.
— Я не собиралась уходить, — ответила Алиса так же просто. — Сумка у двери — со старыми вещами, для благотворительности. Я устала таскать этот хлам по жизни.
Лёша сел напротив. Между ними лежали семь лет. И тишина, которая была громче любого скандала.
— Что же мы будем делать? — спросил он уже не её, а сам себя.
— Жить, — сказала Алиса. — Просто жить. Без её денег, без её одобрения, без её праздников. Без лжи. Даже если это будет в съёмной однушке. Даже если это будет трудно. Ты готов?
Он посмотрел на её руки. На ту самую чашку, из которой она всегда пила кофе. На зацепку на обоях, которую они так и не заклеили. На их жизнь. Настоящую.
— Я готов, — сказал Лёша. И это были не слова. Это было решение.
Он достал из кармана связку ключей — от квартиры матери — и положил её в центр стола. Блеснуло и замерло.
Алиса ничего не сказала. Просто налила вина в оба бокала. Протянула один ему.
Они выпили молча. За конец одной жизни и начало другой. Без тостов. Без обещаний.
А утром они вдвоем поехали в агентство недвижимости — смотреть те самые однушки. Первый шаг без оглядки. Самый трудный и самый лёгкий одновременно.❤️
Она несла ребенка на груди
Она несла ребенка на груди,
то был сынок ее новорожденный.
Расстрел и лагерь были позади,
а впереди - путь, вьюгой занесенный...
Чтоб выжил сын, она сняла жакет,
потом в фуфайку сына замотала.
И у берез, когда настал рассвет,
чтоб сил набраться,на минутку встала...
Разведка шла, а ветер стужу нес,
в лицо солдатам липкий снег бросая.
Вдруг, трое встали, видят -меж берез,
стоит в рубашке женщина босая...
Солдаты ахнули, вплотную подойдя,
что это: призрак, явь иль наважденье..?
Под свист свирепый зимнего дождя,
они застыли, стоя в изумленьи...
В снегу, как статуя стояла Мать,
рубашкою потрескивая звонко
И мертвой, продолжала прижимать ,
к своей груди кричащего ребенка!
Солдаты женщину зарыли в колкий снег,
без шапок молча встали над могилой...
Но выжил двухнедельный человек
и крошечное сердце не остыло!!!
Ушла разведка, а в Советский тыл -
один вернулся строго по приказу,
Он нес ребенка - и мальчонка жил!
И не всплакнул в его руках ни разу...♥️
Не ругайте маму никогда!
Не ругайте маму никогда!
Если Мама в чём-то не права,
Кажется, не то она сказала,
Вы молитесь, что она жива
И что вас такими воспитала.
Если злостно тапочки шуршат,
Если дверь не осторожно хлопнет,
Значит мама дома и жива,
Пусть вздохнёт и даже может охнет.
Если вдруг из рук её стакан
Упадёт, не злитесь, подойдите
И скажите: «Всё нормально, мама,» -
И её вы крепко обнимите.
Если утром запах пирогов
Вас от сна назойливо разбудит.
Значит мама дома, Слава Богу!
Значит мир и счастье в доме будет.
А когда на праздник принесёте
Своей маме старенькой цветы,
Вам, поверьте, дети, всё вернётся!
От своих детей дождётесь вы.
Если мама в чём-то не права,
Если вдруг не то она сказала,
Вы молитесь, что она жива.
Так любить вас может только мама!❤️
Клавдия Мартынова
Старая японская легенда
Eсть старая японская легенда. Когда человек идет в небеса, Бог, чтобы он не скучал, дарит ему окошко, в которое видно его родных и дpузей. На окошечке стоит в горшке цветок и к веточке привязан колокольчик. Когда кто-то вспоминает человека – звонит колокольчик, когда говорит о нем хорошие слова – светит солнце, а когда за ним плачут – идет дождь и цветок растет, радуя небожителя.
В пeрвые дни часто звенит колокольчик, слышны добрые слова, люди плачут, сожалея о ее уходе в вечность. Но со временем колокольчик все реже звонит, солнце не заглядывает в окно, мало дoждей и цветок пропадает… Поэтому у каждого должно быть любящее сердце, которое вспомнит, скажет нежные слова, попросит со слезами Бога, чтобы душа не петляла в темноте.
Пyсть всем ушедшим в заоблачную даль будет спокойно. Пусть звенит колокольчик. Пусть цветет цветок. Царство небесное всем родным и близким, покинувшим нас, и светлая память! Пока мы их помним, они посреди нас!♥️
Она не спала всю ночь
Она не спала всю ночь. Ей надо было успеть. Сшить чудо. Из простыни. Белой простыни. И мишуры. И бус стеклянных. Ей хотелось подарить дочке чудо. Мечту.
Союз развалился и был год жизни на карточках. Хлеб по карточкам, сахар по карточкам. Всё по карточкам. Дети растут и не только колготки в дыры. Платья. Это раньше мы щеголяли в прелестных нарядах - она и покупала, и шила сама, и вязала. А теперь надо было семечки жарить и продавать, чтобы на еду было. Какие там ткань, пряжа, платья.
А дочка размечталась на новогодний праздник в платье принцессы. Такое, чтоб в пол и волнами! Как у Золушки! Волшебное. Не как это, школьное, коричневое, залатанное под чёрным фартуком.
В школе девочки-одноклассницы хвастались, какие будут у них платья на Новогодней Ёлке. А у дочки мамина юбка-плессировка и свитер. И мечта. О платье. Но ведь сейчас не выйдет.
Потому отказалась дочь идти на праздник. Кому хочется, чтобы над ним смеялись? Хочется чтобы красавицей назвали.
И вот она уложила дочерей и мужа и принялась шить. Из простыни и мишуры.
А утром дочь расплакалась. Перед платьем. В пол. Волнами. В звёздах. Как из сказки.
А она улыбалась. Со слезинкой по щеке.
А потом, когда они вошли в зал и слышали, прям как в том фильме про Золушку, слышали шёпот восхищенный! Нет, дочку никто не назвал принцессой. И Золушкой. К ней подлетели девчата и - "Ты Королева, да?" Королева..
Дочка сияла. И кружилась в хороводе. И пела. И танцевала. Нет, мама не видела этого. Тихонько уснула в углу. Счастливая.
Счастлив тот, кто смог сделать чудо и в невозможных условиях подарить мечту тому, кого очень любишь.
Спасибо, мама!♥️
Двадцать лет назад я ездил вахтовиком в якутский край. Жил в общаге, на втором этаже, а первый этаж занимал временный приют для детей оленеводов. Детки, которые не могли кочевать с родителями, весь сезон кочевья жили здесь. Возраст разный, старшие учились, младшенькие просто под присмотром нянечки.
После работы мы всей бригадой готовили ужин, травили байки, коротали время за телевизором.
Как–то раз, в нашу комнату кто–то тихонечко постучал.
Я открыл дверь, на пороге стоял мальчонка, годика 3 не больше. Крепенький, волосы как смоль, ёжонком на голове торчат, ускоглазенький, водит носом, принюхивается, а у нас на ужин гречка с тушёнкой.
Спрашиваю:
— Ты есть хочешь?
Кивает головой и вперёд прямо к столу, опустошил тарелку молниеносно, забрался ко мне на колени и уснул.
Что делать? Отнёс, отдал нянечке.
У нас с женой детей нет, Бог не дал, да мы уж и свыклись с мыслью, что старость вдвоём коротать будем.
А тут, пока нёс мальчонку, что–то тоскливо стало. Вроде и дом большой и хозяйство свое есть, а детского смеха в доме не слышно.
Каждый вечер, на ужин, приходил якутёнок.
Говорить не умел, то оленя покажет, то медведя изобразит, смешил нас и сам смеялся заливисто.
Последний вахтовый день, вещи собраны, ждём, нам пора уезжать.
В дверь тихонечко постучал и вошёл наш новый дружочек.
Тычет в меня пальчиком и приглашает ручонкой за ним пойти.
Пришли на чердак, достал из угла, завёрнутую в тряпицу странную штуку и заиграл.
Странные звуки заполнили чердак, слышался и шум деревьев и крик птиц, и вой вьюги. Что–то природное мистическое и, в то же время, жалобное в этих звуках.
Мальчонка играл на варгане. Прощался.
Следующую вахту еле дождался, набрал сладостей, игрушек.
Приехал и сразу в приют, а мальчонки моего и нет.
Три года ему исполнилось, перевели в детский дом, сиротой оказался, родители в тундре пропали.
И так мне грустно стало, привык я к нему.
Поехал в детский дом.
Захожу, а он ко мне навстречу несётся, ручки растопырил, что–то на своём якутском языке лопочет.
Тут–то я и принял решение:
— Мой ребёнок! Заберу, отогрею, полюблю...
Не доработал смену, отпросился и к жене. Рассказал ей историю якутского мальчишки. Уговаривать не пришлось, собралась и вместе со мной знакомиться поехала.
Долго не буду рассказывать, как нам это удалось.
Обратно возвращались уже с сынишкой.
Имя его Толлуман — бесстрашный значит, по-якутски.
А мы с женой его Толей стали называть.
Толюшка — сыночек, радость наша!♥️
Двe жeнщины сильно за семьдесят…
Подслушиваю:
— Нy, и что он, нe звонит?
— Нeт.
— A ты?
— И я нeт. Я не могу, я девочка.
— Тьфу на вас, так и помрeте, без радости. Давай я тебя научу. Звoни ему и говори спокойно так: «Ты звонил? Алло, алло, ничeго не слышно, что ты хотeл?».
— А eсли он скажет «Ничeго не хотел»?
— А ты ему опять: «Ничeго не слышно, заходи сегодня, что-то со связью, жду тебя сeгодня в 7»
— А еcли он не придeт?
— Тогда позвонишь мнe, я приду. У меня и шампусик ужe есть.
Жeлаю нам всем так под восемьдeсят, дeвы мои…😀♥️
Узнала об изменах мужа и решила отомстить
У мужа в тайне был роман с моей коллегой по работе, которая моложе меня на 8 лет. Он специально отравлял меня на отдых с детьми, чтобы развлекаться с ней.
Рассказала мне об этом наша соседка, которая видела как они заходили в нашу квартиру и слышала стоны. Когда я узнала, первым желанием было врезать по роже этому козлу, разбить машину, забрать все деньги и уехать, но я сдержалась и придумала план мести. Я выжидала целых два года, делала вид, что ничего не замечаю, старалась не думать об этом и действовать.
В тайне от мужа я купила квартиру в другом городе, подворовывала у него денюжки, зарабатывала и копила на новую жизнь. В один прекрасный день я решилась нанести удар и...слила все его махинации налоговой,
забрала ворованные деньги из сейфа и посадила его. После лишила его
родительских прав и улетела с ребенком в Питер, чтобы начать новую жизнь.
Можете меня осуждать, но мне кажется что я все сделала правильно!! ♥️
О МАШКЕ-ДУРОЧКЕ (Очень интересеный рассказ)
Погибла Машка. Точнее, Мария. Ей было уже за 60, но на приходе у отца Евгения ее все так и звали – Машка, обращались на «ты» и считали местной дурочкой.
Все свое время Машка проводила в храме. Хотя она почти не стояла на службах, а больше играла на подворье с детьми. И даже причащали ее иногда без исповеди – как ребенка. Да она и вела себя как маленькая.
Взрослые прихожане ее не то что не любили, но сторонились. Она была очень навязчива: то лезла обниматься, то что-то выпрашивала, то просто говорила без умолку. Жаловалась, что у нее порвались колготки, что ее кто-то обидел, что батюшка отругал.
А отец Евгений ее любил. Только просил не мешать во время службы...
– Машка, отстань, Херувимская, – говорили ей одни.
– Так, бери конфету и иди, дай помолиться, – подталкивали ее к выходу другие.
И она шла, грустно опустив голову. Но видела на подворье детишек и расцветала. И тут же отдавала кому-нибудь выпрошенную конфету.
Церковная малышня считала Машку ровней и висла на ней гроздями.
Она играла с ними в прятки, догонялки, куклы, лепила в песочнице куличики, читала им какие-то детские стишки. А больше всего ей нравилось возить по подворью чью-нибудь коляску с младенцем. Ей иногда доверяли. Машка шла с этой коляской гордо и робко одновременно, часто останавливаясь и заглядывая внутрь. Она смотрела на кроху с непередаваемой нежностью и какой-то глубокой тоской. Как будто душа этой болящей женщины плакала о несостоявшемся материнстве.
А еще она очень любила Богородицу...
Как-то в тот храм привезли чудотворную икону Божией Матери. Всего на сутки. Весь день шли к Ней люди. В какой-то момент к святыне подошла важная, модная и очень душистая дама.
Машка почему-то начала дергать ее за рукав и смеяться.
– Отстань, дура! – со злостью выпалила женщина. – Уберите ее кто-нибудь.
Это услышал отец Евгений. «Богородица пришла и к дурам», – тихо сказал он.
Дама опешила, но больше опешила Машка. Она посерьезнела, встала перед иконой на колени, поклонилась и тихо вышла.
Потом она иногда подолгу стояла перед каким-нибудь образом Божией Матери. Смотрела на Ту, которая пришла и к ней – к «местной дурочке». И о чем-то думала...
... И вот ее не стало. Случилось это после службы.
Машка куда-то пошла по своим делам. И, проходя мимо одного из домов, увидела, что там горит квартира.
Пожарные уже успели вывести жильцов, но какой-то маленький мальчик рыдал и кричал на всю улицу: «Там Пушок, там мой котенок!» Мама прижимала его к себе, а он все кричал и кричал.
Потом рассказывали, что Машка кинулась в подъезд...
Ее пытались остановить: «Куда, дура! Погибнешь!» Но она не слушала.
Удивительно, но Машка котенка нашла. А сама умерла в реанимации. Отравилась угарным газом.
Хоронить ее было некому, и всё взял на себя храм.
После отпевания кто-то сказал:
– Надо же вот так погибнуть по глупости.
– Не по глупости, а по любви, – ответил отец Евгений.
И рассказал то, чего никто здесь, кроме него, не знал.
Когда-то в детстве маленькая и здоровая Машенька вот так же полезла за котенком, который застрял высоко на дереве. Спасла, но сама упала, ударилась и повредилась головой. Лечили – ничего не вышло. И осталась она ребенком на всю жизнь, дурочкой-Машкой, которую никто не воспринимал всерьез, но которая любила и жалела всё живое и которую обожали дети, а детей не обманешь.
– Да, она погибла из-за любви, – повторил отец Евгений. – Царствие Небесное рабе Божией Марии…
«Свекровь не пустила меня на свой юбилей. Муж поехал один. Я не стала спорить, но мой «поздравление» она запомнит надолго...»
Алиса разбирала продукты, когда услышала этот голос из гостиной. У Лёши был тот самый виноватый, приглушённый тон. Так он говорил только с одной женщиной в жизни — со своей матерью.
— Понял, мам. Конечно приеду. Да, один. С днём рождения.
Ледяная волна прошла по спине Алисы. Он согласился. Согласился отправиться на мамин юбилей один, отсекая её, жену. Та самая мама, что семь лет терроризировала её напоминаниями о «деньгах на квартиру» и считала недостойной своего сына.
— Лёш, ты с ней согласился? — Алиса сама удивилась, как ровно звучит её голос.
— Ась, это же 55 лет, юбилей. Она хочет провести его в узком кругу. Без лишних... напрягов.
— То есть я — это «напряг» для её праздника?
— Не вырывай из контекста, — он потёр переносицу. — Просто всем будет спокойнее. Она же не вечная.
— А наши семь лет — вечные? — спросила Алиса, но он уже отворачивался.
Он ушёл досматривать футбол, как всегда, избегая разговора. А она стояла среди пакетов с продуктами. Среди сыра, фруктов и дорогого вина, которые она, дура, купила, чтобы собрать красивый праздничный набор для юбилярши.
Но вместо слёз Алису накрыла странная, леденящая тишина. Она медленно убрала продукты в холодильник. Вино поставила в шкаф. А потом села за стол, взяла телефон и начала спокойно, методично готовиться. Она готовилась дать бой. Не скандалом — оружием, которое её свекровь боятся больше всего.
Пока Лёша на следующий день выбирал галстук, Алиса уже заканчивала свою «подготовку»
Через час Лёша, довольный, что всё уладил, вышел из душа. Его телефон лежал на тумбочке и… вибрировал. Не переставая. Десять пропущенных звонков. От матери. От дяди. От тёти. И последнее сообщение, которое он прочёл, заставило кровь стынуть в жилах:
«Что ты натворил?! Она всё знает. ВСЁ. Она скинула это ВСЕМ в семейный чат!
Алиса стояла на кухне, доливая себе в бокал это вино. Она спокойно подняла глаза на бледного, трясущегося мужа.
— Ну что, любимый? — её голос был тихим, как лезвие. — Поздравляю твою маму с юбилеем от меня. Надеюсь, моё поздравление стало самым обсуждаемым тостом вечера.
Лёша, не включая свет, вошел в квартиру под утро. Юбилей давно кончился. В кармане жгло нераспечатанное заявление на развод, которое мать положила ему в руку вместе с ключами от «их» квартиры.
Он ожидал найти пустоту. Тишину.
Но в гостиной горел свет. На столе стояли два бокала и тарелка с нарезанным сыром. Алиса сидела в кресле, читала книгу. Как будто ничего не произошло.
Он молча снял куртку. Она молча подняла на него глаза.
— Я не поеду за тобой, — хрипло сказал он, первым нарушая тишину. — И не буду просить прощения. Слова кончились.
Она кивнула, закрыла книгу.
— Я не собиралась уходить, — ответила Алиса так же просто. — Сумка у двери — со старыми вещами, для благотворительности. Я устала таскать этот хлам по жизни.
Лёша сел напротив. Между ними лежали семь лет. И тишина, которая была громче любого скандала.
— Что же мы будем делать? — спросил он уже не её, а сам себя.
— Жить, — сказала Алиса. — Просто жить. Без её денег, без её одобрения, без её праздников. Без лжи. Даже если это будет в съёмной однушке. Даже если это будет трудно. Ты готов?
Он посмотрел на её руки. На ту самую чашку, из которой она всегда пила кофе. На зацепку на обоях, которую они так и не заклеили. На их жизнь. Настоящую.
— Я готов, — сказал Лёша. И это были не слова. Это было решение.
Он достал из кармана связку ключей — от квартиры матери — и положил её в центр стола. Блеснуло и замерло.
Алиса ничего не сказала. Просто налила вина в оба бокала. Протянула один ему.
Они выпили молча. За конец одной жизни и начало другой. Без тостов. Без обещаний.
А утром они вдвоем поехали в агентство недвижимости — смотреть те самые однушки. Первый шаг без оглядки. Самый трудный и самый лёгкий одновременно.❤️
Она несла ребенка на груди
Она несла ребенка на груди,
то был сынок ее новорожденный.
Расстрел и лагерь были позади,
а впереди - путь, вьюгой занесенный...
Чтоб выжил сын, она сняла жакет,
потом в фуфайку сына замотала.
И у берез, когда настал рассвет,
чтоб сил набраться,на минутку встала...
Разведка шла, а ветер стужу нес,
в лицо солдатам липкий снег бросая.
Вдруг, трое встали, видят -меж берез,
стоит в рубашке женщина босая...
Солдаты ахнули, вплотную подойдя,
что это: призрак, явь иль наважденье..?
Под свист свирепый зимнего дождя,
они застыли, стоя в изумленьи...
В снегу, как статуя стояла Мать,
рубашкою потрескивая звонко
И мертвой, продолжала прижимать ,
к своей груди кричащего ребенка!
Солдаты женщину зарыли в колкий снег,
без шапок молча встали над могилой...
Но выжил двухнедельный человек
и крошечное сердце не остыло!!!
Ушла разведка, а в Советский тыл -
один вернулся строго по приказу,
Он нес ребенка - и мальчонка жил!
И не всплакнул в его руках ни разу...♥️
Не ругайте маму никогда!
Не ругайте маму никогда!
Если Мама в чём-то не права,
Кажется, не то она сказала,
Вы молитесь, что она жива
И что вас такими воспитала.
Если злостно тапочки шуршат,
Если дверь не осторожно хлопнет,
Значит мама дома и жива,
Пусть вздохнёт и даже может охнет.
Если вдруг из рук её стакан
Упадёт, не злитесь, подойдите
И скажите: «Всё нормально, мама,» -
И её вы крепко обнимите.
Если утром запах пирогов
Вас от сна назойливо разбудит.
Значит мама дома, Слава Богу!
Значит мир и счастье в доме будет.
А когда на праздник принесёте
Своей маме старенькой цветы,
Вам, поверьте, дети, всё вернётся!
От своих детей дождётесь вы.
Если мама в чём-то не права,
Если вдруг не то она сказала,
Вы молитесь, что она жива.
Так любить вас может только мама!❤️
Клавдия Мартынова
Старая японская легенда
Eсть старая японская легенда. Когда человек идет в небеса, Бог, чтобы он не скучал, дарит ему окошко, в которое видно его родных и дpузей. На окошечке стоит в горшке цветок и к веточке привязан колокольчик. Когда кто-то вспоминает человека – звонит колокольчик, когда говорит о нем хорошие слова – светит солнце, а когда за ним плачут – идет дождь и цветок растет, радуя небожителя.
В пeрвые дни часто звенит колокольчик, слышны добрые слова, люди плачут, сожалея о ее уходе в вечность. Но со временем колокольчик все реже звонит, солнце не заглядывает в окно, мало дoждей и цветок пропадает… Поэтому у каждого должно быть любящее сердце, которое вспомнит, скажет нежные слова, попросит со слезами Бога, чтобы душа не петляла в темноте.
Пyсть всем ушедшим в заоблачную даль будет спокойно. Пусть звенит колокольчик. Пусть цветет цветок. Царство небесное всем родным и близким, покинувшим нас, и светлая память! Пока мы их помним, они посреди нас!♥️
Она не спала всю ночь
Она не спала всю ночь. Ей надо было успеть. Сшить чудо. Из простыни. Белой простыни. И мишуры. И бус стеклянных. Ей хотелось подарить дочке чудо. Мечту.
Союз развалился и был год жизни на карточках. Хлеб по карточкам, сахар по карточкам. Всё по карточкам. Дети растут и не только колготки в дыры. Платья. Это раньше мы щеголяли в прелестных нарядах - она и покупала, и шила сама, и вязала. А теперь надо было семечки жарить и продавать, чтобы на еду было. Какие там ткань, пряжа, платья.
А дочка размечталась на новогодний праздник в платье принцессы. Такое, чтоб в пол и волнами! Как у Золушки! Волшебное. Не как это, школьное, коричневое, залатанное под чёрным фартуком.
В школе девочки-одноклассницы хвастались, какие будут у них платья на Новогодней Ёлке. А у дочки мамина юбка-плессировка и свитер. И мечта. О платье. Но ведь сейчас не выйдет.
Потому отказалась дочь идти на праздник. Кому хочется, чтобы над ним смеялись? Хочется чтобы красавицей назвали.
И вот она уложила дочерей и мужа и принялась шить. Из простыни и мишуры.
А утром дочь расплакалась. Перед платьем. В пол. Волнами. В звёздах. Как из сказки.
А она улыбалась. Со слезинкой по щеке.
А потом, когда они вошли в зал и слышали, прям как в том фильме про Золушку, слышали шёпот восхищенный! Нет, дочку никто не назвал принцессой. И Золушкой. К ней подлетели девчата и - "Ты Королева, да?" Королева..
Дочка сияла. И кружилась в хороводе. И пела. И танцевала. Нет, мама не видела этого. Тихонько уснула в углу. Счастливая.
Счастлив тот, кто смог сделать чудо и в невозможных условиях подарить мечту тому, кого очень любишь.
Спасибо, мама!♥️
Двадцать лет назад я ездил вахтовиком в якутский край. Жил в общаге, на втором этаже, а первый этаж занимал временный приют для детей оленеводов. Детки, которые не могли кочевать с родителями, весь сезон кочевья жили здесь. Возраст разный, старшие учились, младшенькие просто под присмотром нянечки.
После работы мы всей бригадой готовили ужин, травили байки, коротали время за телевизором.
Как–то раз, в нашу комнату кто–то тихонечко постучал.
Я открыл дверь, на пороге стоял мальчонка, годика 3 не больше. Крепенький, волосы как смоль, ёжонком на голове торчат, ускоглазенький, водит носом, принюхивается, а у нас на ужин гречка с тушёнкой.
Спрашиваю:
— Ты есть хочешь?
Кивает головой и вперёд прямо к столу, опустошил тарелку молниеносно, забрался ко мне на колени и уснул.
Что делать? Отнёс, отдал нянечке.
У нас с женой детей нет, Бог не дал, да мы уж и свыклись с мыслью, что старость вдвоём коротать будем.
А тут, пока нёс мальчонку, что–то тоскливо стало. Вроде и дом большой и хозяйство свое есть, а детского смеха в доме не слышно.
Каждый вечер, на ужин, приходил якутёнок.
Говорить не умел, то оленя покажет, то медведя изобразит, смешил нас и сам смеялся заливисто.
Последний вахтовый день, вещи собраны, ждём, нам пора уезжать.
В дверь тихонечко постучал и вошёл наш новый дружочек.
Тычет в меня пальчиком и приглашает ручонкой за ним пойти.
Пришли на чердак, достал из угла, завёрнутую в тряпицу странную штуку и заиграл.
Странные звуки заполнили чердак, слышался и шум деревьев и крик птиц, и вой вьюги. Что–то природное мистическое и, в то же время, жалобное в этих звуках.
Мальчонка играл на варгане. Прощался.
Следующую вахту еле дождался, набрал сладостей, игрушек.
Приехал и сразу в приют, а мальчонки моего и нет.
Три года ему исполнилось, перевели в детский дом, сиротой оказался, родители в тундре пропали.
И так мне грустно стало, привык я к нему.
Поехал в детский дом.
Захожу, а он ко мне навстречу несётся, ручки растопырил, что–то на своём якутском языке лопочет.
Тут–то я и принял решение:
— Мой ребёнок! Заберу, отогрею, полюблю...
Не доработал смену, отпросился и к жене. Рассказал ей историю якутского мальчишки. Уговаривать не пришлось, собралась и вместе со мной знакомиться поехала.
Долго не буду рассказывать, как нам это удалось.
Обратно возвращались уже с сынишкой.
Имя его Толлуман — бесстрашный значит, по-якутски.
А мы с женой его Толей стали называть.
Толюшка — сыночек, радость наша!♥️
Двe жeнщины сильно за семьдесят…
Подслушиваю:
— Нy, и что он, нe звонит?
— Нeт.
— A ты?
— И я нeт. Я не могу, я девочка.
— Тьфу на вас, так и помрeте, без радости. Давай я тебя научу. Звoни ему и говори спокойно так: «Ты звонил? Алло, алло, ничeго не слышно, что ты хотeл?».
— А eсли он скажет «Ничeго не хотел»?
— А ты ему опять: «Ничeго не слышно, заходи сегодня, что-то со связью, жду тебя сeгодня в 7»
— А еcли он не придeт?
— Тогда позвонишь мнe, я приду. У меня и шампусик ужe есть.
Жeлаю нам всем так под восемьдeсят, дeвы мои…😀♥️