Аналитика каналаMaxЖенский клуб • Истории

Если Бог хочет сделать тебя счастливым, то он ведёт тебя самой трудной дорогой, потому что лёгких путей к счастью не бывает.🙏

Почему женщины живут дольше. Мама и папа смотрели телевизор, как вдруг мама сказала: "Я устала, уже поздно, пойду спать". Замочила фасоль, вытащила из морозилки мясо для завтрашнего ужина, проверила, хватит ли мюсли на завтрак, насыпала сахар в конфетку, расставила на столе тарелки на утро, положила возле каждой ложки, заправила кофеварку… Повесила мокрые вещи на сушилку и пришила оторванную пуговицу. Собрала игрушки, разбросанные по всей гостиной, поставила телефон на зарядку. Полила цветы, вставила новый пакет для мусора и поправила скомканное полотенце. Вздохнула, потянулась и отправилась в спальню. На минутку остановилась, чтобы написать сообщение учительнице, положила деньги ребенку на завтрашнюю экскурсию и достала из-под стула книгу. Затем умылась, смазала лицо кремом и почистила зубы. – Разве ты не пошла спать? – крикнул папа. – Иду, – ответила мама. Почистив зубы, она подлила воды собаке в миску. Заперла на ключ входную дверь и выключила свет в коридоре. Заглянула к детям, выключила у них свет и телевизор, подобрала с пола рубашку и носки и отнесла их в корзину для грязного белья. Поговорила со старшим сыном, все еще делавшим уроки. Добравшись до спальни, поставила часы, приготовила вещи на следующее утро, привела в порядок обувь в прихожей и добавила три пункта в список срочных дел. В этот момент папа выключил телевизор и сказал: «Я пошел спать». И действительно, не долго думая, отправился в спальню. В общем, ничего особенного. Почему же женщины живут дольше? Потому что не могут уйти раньше времени: у них слишком много дел…

Пpoпaл муж! Возраст: по духу 90. По паспорту 52. Примeты: лысоват, умeн, придирчив. Отзывается на имя Толик, xoтя зoвут Кондрат Степаныч. Из дома ушел в парycиновых туфлях и обиде на весь мир. Особые примeты: Родинка на подбopoдке, радикулит, оттопыренная губëшкa. На завтрак любит сыpнички со сметанкой. На обед куриный супчик с тефтелями. Два дня одно и то же не ест и не носит. Брюки предпочитает со стрелками, сандалии с носками, скандал со слeзами. По вечepaм привык к массажу пяток и почухонькам за ушком. Жалобы на шефа нужно выслушивать молча, поддакивать, говорить, что все вокруг сатpaпы, один он poмашка. Целовать в темечко. Нежно дуть в ушко. Нашедшему придётся все это исполнять, так что имейте в видy. Если решите оставить у себя, пpoсьба по ниже указанному телефону не жаловаться. Если нет, приму обратно за вознаграждение. ПО ИТОГАМ ОБЪЯВЛЕНИЯ: муж Толик, он же Кондрат Степанович, был найден, скручен и приведён тремя женщинами. Женщиной из отдела розыска дoмашних животных, женщиной из oтдела по борьбе со здоровым образом жизни и ещё одной женщиной из сырного oтдела. Объект был обнаружен возле бочки с пивом, куда пошёл, по его словам, за арбузoм. При задержании сопротивления не оказывал, а оказывал знaки внимания, хихикал и сыпал анекдотами, за что пoлучил дома в лоб и двое суток на даче условно. В данный момент состояние задержанного удовлетворительно. Супчик откушал, пижаму натянул, губёшку закатал. Убeдительная просьба! Перестать тащить своих мyжей! С попыткoй выдaть за Толика были приведены три Васи, пять Серёж и четыре мужчины с труднопроизносимым именем. Зафиксирована oдна попытка дать взятку в особо крупном размере коровой Милкой. Окститeсь, женщины! Участкового на вас нет! Кто даёт взятки коровой? Сообщаю, дверь забаррикадирована, телефон отключен. P. S. Истерики под окном беспoлезны, у меня 30 лет семейного стажa и poгатка с пyльками. Автор: Mapтина Чемoданoва. Художник Валентин Губарев

Польская балерина Польская балерина, 23-летняя Франческа Манн, оказавшись в раздевалке перед газовыми камерами с десятками других еврейских женщин, решила не умирать просто так. Эта история подтверждается рапортом коменданта Освенцима и одного из выживших членов Зондеркоманды. Пока все в спешке стягивали с себя платья, кофты и чулки, балерина задумчиво снимала с себя вещь за вещью. Охранники на неё откровенно пялились. Решив, что терять ей нечего, Франческа начала танцевать медленный стриптиз, отправляя на пол вещь за вещью. Её движения буквально гипнотизировали охранников. Раздевшись почти полностью, Манн метнула в одного из сержантов туфлю на каблуке. Тот, вытирая кровь с лица, расчехлил кобуру, но Франческа выхватила у него пистолет. Две пули подряд попали в живот стоящему рядом эсэсовцу Йозефу Шиллингеру, одному из самых кровавых садистов Освенцима. Потом был новый выстрел – в ногу сержанту. Эта пальба стала для женщин в раздевалке сигналом к действию: началась отчаянная драка за жизнь. Ещё одному эсэсовцу откусили нос, а другому частично содрали кожу на голове. Когда раненых охранников вытащили на улицу, начальник Зондеркоманды приказал запереть раздевалку и через стены расстрелять стихийное восстание. Так воздушная балерина, сама того не планируя, дала всем живым ценный урок: даже если война за жизнь очевидно заканчивается не в вашу пользу, всегда остаётся ещё один бой – за достойную смерть.

Как-то я была в гостях у одного хорошего знакомого. Сидим на кухне, пьем чай. Я смотрю, а у него на столе стоят пакеты с соком. Ну такие… знаете, где чтобы сок открыть, надо крышечку открутить. Стоят себе и стоят. А потом приглядываюсь, а у них у всех уголочки отрезаны… ну как раньше отрезали. Я говорю: «Вань, ты чего, легких путей не ищешь?» А он грустно так: «Да это бабушка моя…» А потом с надрывом: «Понимаешь?» И я поняла. Или вот как-то я возвращаюсь со школы, а меня бабушка встречает и сияет аж! Я сразу неладное заподозрила. А она мне протягивает платье! Вот, говорит, купила тебе подарок. Страшное ситцевое платье в крупный полевой цветочек. Платье-халат, не иначе. Протягивает и сияет. Говорит: «Купила только что у женщины на улице. Тебе очень пойдет!» Я смотрю на нее и нифига не сияю. Только комок в горле стоит. Она не понимает, понимаете? А я поняла… А еще она очень любила делать нам всем подарки на праздники, но у нее было очень мало своих денег. Поэтому каждый раз она дарила нам щипчики для ногтей. Такие, которые вместе с ногтем сразу первую фалангу откусывают. Тоже покупала их на улице и дарила. У меня миллион таких щипчиков. На миллион фаланг хватит. А сейчас бы она не смогла мне их подарить, потому что на улицах уже давно никто ничем не торгует. И ее тоже давно уже нет… И я поняла, что вот уже 10-й новый год я встречаю без щипчиков под елкой. Только сейчас поняла… А другая моя бабушка всегда вслух читала мне книги. Мне лет восемь, наверное, уже было… Но не просто читала. Если книга была смешная, то она хохотала до слез. Прямо заливалась ими. А если что-то грустное читала, то обязательно плакала. Сильно плакала. А потом доставала платок и шумно сморкалась в него. Знаете, что она мне читала? «Хижину дяди Тома», например… Или «Кота Ваську» какого-нибудь… До слез смеялась! Над детской книжкой. Старая женщина, которая прожила детство в оккупированной немцами деревне. Мне никогда в жизни не было так интересно. И я до сих пор нюхаю новые книги, прежде чем начать их читать. Они пахнут счастьем. Только сейчас поняла… А мою прабабушку знаете, как моя мама в детстве называла? Правильно! Смотрела на нее и говорила: «У тебя лицо, как куричья жопка!» Прямо так и говорила. А потом с хохотом и визгом убегала. Не потому что прабабушка хотела ее догнать, нет. Она хохотала вместе с ней, так как была немкой и из всего предложения понимала только «куричья». А еще она всегда была очень занята. Ведь каждое утро она будила внуков ароматом свежей выпечки. Каждое утро! На ее лице был миллион морщин, руки всегда были в муке, а ее одеждой всегда был фартук. Ну и что, что лицо, как куричья жопка. Понимаете? Моя мама тоже стала бабушкой. Я говорю: «Мама, давай я куплю тебе Гиппенрейтер и ты почитаешь, как надо правильно воспитывать детей ». А она говорит: «Не надо. Хотите воспитывать, воспитывайте. А я буду просто любить Алису». И я поняла.

Двадцать лет назад я ездил вахтовиком в якутский край. Жил в общаге, на втором этаже, а первый этаж занимал временный приют для детей оленеводов. Детки, которые не могли кочевать с родителями, весь сезон кочевья жили здесь. Возраст разный, старшие учились, младшенькие просто под присмотром нянечки. После работы мы всей бригадой готовили ужин, травили байки, коротали время за телевизором. Как–то раз, в нашу комнату кто–то тихонечко постучал. Я открыл дверь, на пороге стоял мальчонка, годика 3 не больше. Крепенький, волосы как смоль, ёжонком на голове торчат, ускоглазенький, водит носом, принюхивается, а у нас на ужин гречка с тушёнкой. Спрашиваю: — Ты есть хочешь? Кивает головой и вперёд прямо к столу, опустошил тарелку молниеносно, забрался ко мне на колени и уснул. Что делать? Отнёс, отдал нянечке. У нас с женой детей нет, Бог не дал, да мы уж и свыклись с мыслью, что старость вдвоём коротать будем. А тут, пока нёс мальчонку, что–то тоскливо стало. Вроде и дом большой и хозяйство свое есть, а детского смеха в доме не слышно. Каждый вечер, на ужин, приходил якутёнок. Говорить не умел, то оленя покажет, то медведя изобразит, смешил нас и сам смеялся заливисто. Последний вахтовый день, вещи собраны, ждём, нам пора уезжать. В дверь тихонечко постучал и вошёл наш новый дружочек. Тычет в меня пальчиком и приглашает ручонкой за ним пойти. Пришли на чердак, достал из угла, завёрнутую в тряпицу странную штуку и заиграл. Странные звуки заполнили чердак, слышался и шум деревьев и крик птиц, и вой вьюги. Что–то природное мистическое и, в то же время, жалобное в этих звуках. Мальчонка играл на варгане. Прощался. Следующую вахту еле дождался, набрал сладостей, игрушек. Приехал и сразу в приют, а мальчонки моего и нет. Три года ему исполнилось, перевели в детский дом, сиротой оказался, родители в тундре пропали. И так мне грустно стало, привык я к нему. Поехал в детский дом. Захожу, а он ко мне навстречу несётся, ручки растопырил, что–то на своём якутском языке лопочет. Тут–то я и принял решение: — Мой ребёнок! Заберу, отогрею, полюблю... Не доработал смену, отпросился и к жене. Рассказал ей историю якутского мальчишки. Уговаривать не пришлось, собралась и вместе со мной знакомиться поехала. Долго не буду рассказывать, как нам это удалось. Обратно возвращались уже с сынишкой. Имя его Толлуман — бесстрашный значит, по-якутски. А мы с женой его Толей стали называть. Толюшка — сыночек, радость наша!

Я не люблю собак. Вот сильно не люблю, от запаха псины прямо корежит. Но так получилось, начала встречаться с мужчиной, у которого есть собака. Решила, что с этой как-нибудь смирюсь: она мелкая, не особо вонючая и, главное, действительно хорошо воспитана — знает команды, не наглеет, не шумит. Когда решили-таки съехаться, у собаки был, наверное, культурный шок: к ним в квартиру вперлась чужая тетка с кучей вещей, с ней еще сын-подросток. "Очаровательно!" Первый вечер псина сидела за креслом и, видимо, молилась, чтоб мы ушли. Я жаворонок, по утрам встаю рано, завтракаю и перед работой гуляю часок для здоровья. В первый день просыпаюсь, как обычно, собираюсь на улицу. Собака вылазит посмотреть, что происходит, на заспанной морде прямо написано: "Мать, ты больная, че ли? Шесть утра, мать!" Мне как-то неудобно стало, спрашиваю: "Гулять?" Она медленно развернулась, принесла поводок, видно, что сама себе не верит, но гулять — это гулять. Муж ее обычно выводил с вечера, утром так, минут на пятнадцать, чисто проблемочки решить. А тут мы с ней дали хороший круг по району, размялись. Потом днем сын звонит, мол, уроки закончились, я гулять в парк. Возьми, говорю, Кнопку. Взял. Три часа собака носилась по парку со сворой подростков, мячиком и счастливым безумием в глазах. Вечером обстоятельная прогулка с папой. И так каждый день. Жизнь заиграла новыми красками. Где-то через год в процессе семейного скандальчика муж в бешенстве орал: "Я бы с тобой развелся, но Кнопка меня не простит!"

Моя лучшая подруга предала меня. А через 10 лет приползла на коленях. Я простила Мы дружили 15 лет. Она была мне как сестра. А потом она переспала с моим мужем. Я узнала, собрала вещи, уехала. Мы не общались 10 лет. Я злилась, ненавидела, проклинала. Думала, если увижу — плюну в лицо. А через 10 лет она пришла. Стояла на пороге, седая, больная, трясущимися руками. — Лена, — сказала, — я умираю. Рак. Мне осталось недолго. Прости меня. Я не знала, что так мучительно просить прощения. Я не спала 10 лет. Каждую ночь видела твои глаза. Я смотрела на неё и не чувствовала ненависти. Только жалость. Такую сильную, что заболело внутри. — Заходи, — сказала я. — Чай будешь? Мы сидели на кухне, пили чай, разговаривали. Она рассказала, как жалела, как хотела вернуть время вспять. Я рассказала, как выживала после развода. Мы плакали. Обнялись. Она умерла через полгода. Я была на похоронах. Стояла и думала: как хорошо, что мы успели помириться. Как хорошо, что я простила. Иногда прощение нужно не тому, кто виноват. А тебе самой. Чтобы жить дальше.

Хорошо быть женщиной, лет так 30-ти. И влюбиться в мальчика, лет так 20-ти. И мужчина в 40-ок, тоже не дедок, Жизнь прекрасна в 30-ть, диапазон широк. Хорошо быть женщиной, лет так 40-ка. Хочешь, выпьешь водочки, хочешь коньяка. И тридцатилетнего есть чем удивить, Мужика брутального можно охмурить. Хорошо быть женщиной, лет так в 50-т Климаксы все пройдены, страсти всё кипят. И сорокалетний, увидав, дрожит. И дедок столетний с «Виагрою» бежит. Хорошо быть женщиной, лет так в 60-т Скоро уж на пенсию, если не продлят. И всего наелась я, кажется, сполна, Хочется спокойствия и пошли все «На». Хорошо быть женщиной в 70-т, так лет. Вроде бы не старая, но зубов уж нет. Внучке скоро 30-ть, заиграл гормон. С грустью вспоминаю свой «диапазон». Хорошо быть женщиной в 80-т лет, Хоть дрожу немножечко, выключая свет. Вспоминаю прошлое, как тогда любила, Целовала ласково, а кого?.. Забыла… Хорошо быть женщиной в 90-то лет. Ничего не хочется, сил уж дамских нет. И смеюсь тихонечко.… Да, уж почудила! Жизнью я довольная! Я всю жизнь любила! И живём любовью мы, счастьем и мечтами, Наша жизнь наполнена страстью и грехами. А любовью, женщина жить должна всегда! Хорошо ль быть женщиной?.. Я отвечу - ДА!

От сyдьбы не уйдёшь Тoнькины подруги давно повыскакивали замуж, и толькo она сидела до сих пор в девках. Тонька выключила свет, зажгла свечу и начала осторожно перелистывать старую потертую книгу «Рождественские гадания». Bариант с башмаком показался ей самым простым. Кидать свою обувь ночью через забор она опасалась, и потому решила использовать отцовские валенки, в которых он месил цемент. Яшка Катапиллер имел замкнутый характер и невзрачную внешность, по этой причине женский пол не проявлял к нему ни мaлейшего интереса. Он не спеша шел со смены вдоль оврага, торопиться ему было некуда, – его никто не ждал… Тонька взяла окаменевший от цемента валенок, вышла во двoр и со словами: «Укажи откуда явится суженый» - швырнула его через двyхметровый забор. Яшка прикрыл глаза и представил милый образ розовощекой красавицы Тони. Мощный удар сбил его с ног и погрузил во мрак.. В глaзах искрило, а в голове возник только один вопрос: «Что этo было?» Тонька нашла брошенный ею валенок и офигела от увиденнoго – мыс валенка указывал на городскую свалку. «Неужто бомж?!» Тонька опрометью бросилась домой и принялась сyдорожно листать книгу. Гадание по полену могло многое поведать о будущем муже. Она забежала в сарай, схватила пeрвое попавшееся полено и выскочила на двор. Яшка карабкался по крутому заснеженному склону… Тонька посмотрела на полено, взвыла от досады и, со всей силы, запустила его в темноту рождественской ночи. Нaконец-то Яшка выбрался из оврага… Удар чудовищной силы обрушился на его голову! Очнувшись, Яшка снова обнаружил сeбя лежащим на дне оврага. Перед глазами все плыло, а на лбу образовался шишак величинoй яблоко … Тoнька не помнила, сколько времени прорыдала лежа на кровати. Наконец она встала и со злостью захлопнула гадальную книгу. Выбиваясь из сил, Яшка снова и снова взбирался по склону… Тонька уверенным шагом прошла через двор, открыла кaлитку и бумерангом запустила проклятую книгу в сторону оврага. Вoпль боли и отчаяния разорвал тишину ночи. Очередной удар в лоб отправил Яшку обратно по уже проторенному маршруту. Тонька вытащила Яшку из оврага и две недели ухаживала за ним, как за ребенком. А еще через неделю они подали заявление в ЗАГС♥️ Счастливые Перемены Олег Литвин