Аналитика каналаMaxЧТИВО

Медведица, которая очень хотела жить с людьми В 1970-х годах советский режиссер-документалист Юрий Ледин задумал снять фильм о белых медведях в их естественной среде обитания. Но для верности забрал одного медвежонка из Николаевского зоопарка. Ее назвали Айкой. Айка поселилась в обычной норильской квартире, где Ледин жил с женой и дочерью, и быстро стала всеобщей любимицей. Она спала на балконе, ела манную кашу и особенно крепко привязалась к дочери Ледина — они стали неразлучными друзьями: вместе играли и делили игрушки. Спустя время семья вместе с Айкой отправилась в полугодовую экспедицию на Землю Франца-Иосифа для съемок того самого фильма («Белый медведь»). В суровых условиях Арктики Айка не отходила от людей и даже не пыталась сбежать к сородичам. Более того, она отгоняла других медведей от дома Лединых. Из экспедиции режиссер привез кадры, принесшие ему мировую известность. А позже семью ждала суровая реальность. Айка стремительно росла. Из милого пушистого комочка она превратилась в огромного хищника весом в 80 килограммов. Квартира стала для нее тесной, а в дикой природе Айка попросту бы не выжила. И Ледин принял тяжелое решение — отдать Айку в Берлинский зоопарк, где ей могли обеспечить хорошие условия. Расставание было мучительным — двое суток медведица беспрестанно выла. Вдали от любимой семьи, в огромном вольере в чужой стране, Айка погибла. По словам сотрудников зоопарка, медведица упала с искусственной скалы, но Ледин был уверен, что виной всему тоска. В Норильске Айке установили памятник и назвали в ее честь спортивный комплекс.

Как появилась овсянка? В 1755 году английский писатель Сэмюэл Джонсон выпустил свой знаменитый словарь. Для овса он подобрал язвительное определение: «Зерно, которое в Англии обычно дают лошадям, а в Шотландии его употребляют люди». К тому времени овсяная каша уже стала одним из символов Шотландии. А начиналась история овса совсем не так почетно: в отличие пшеницы и ячменя, его долго не выращивали специально. Дикий овес рос среди посевов других знаков и считался сорняком. Но по мере того как земледелие продвигалось на север Европы, у незваного растения обнаружилось и важное преимущество: оно хорошо переносило прохладное и влажное лето. Там, где пшеница давала скромный урожай, овес продолжал расти. Постепенно его начали сеять отдельно. Зерна очищали, дробили или перемалывали, а затем варили в воде. Такая пища была простой, дешевой, она надолго насыщала. Кашу готовили густой, чаще всего соленой, без каких-либо добавок.  На Руси же из овса варили каши и кисели, делали муку и толокно. Для последнего зерно замачивали, томили, сушили, обжаривали и толкли. Получавшийся продукт было достаточно развести водой или молоком — это была своего рода каша быстрого приготовления. Овсяный кисель тоже мало напоминал современный сладкий напиток: благодаря брожению он получался густым и кисловатым. В XIX веке на предприятиях научились пропаривать зерна и расплющивать их между вальцами — так стали готовить хлопья. Они хранились дольше и разваривались быстрее крупы, так что овсяная каша превратилась в удобный завтрак  для городских жителей. В XX веке на приготовление каши стало требоваться еще меньше времени. А скромный набор из овса, воды и соли оброс десятками добавок — от фруктов и меда до шоколада и арахисовой пасты.  Историю других каш рассказали на нашем сайте.

Как появился лев из «средневекового мема» По преданию, когда святой Иероним Стридонский жил в Вифлеемском монастыре и переводил Священное Писание, в обитель забрел огромный лев. Монахи в ужасе разбежались, а Иероним сохранил спокойствие и вышел навстречу зверю. Он заметил, что лев сильно хромает и жалобно смотрит на него. Святой обнаружил в его ларе глубоко занозу. Иероним аккуратно извлек шип, промыл рану и перевязал, после чего зверь стал преданным спутником святого. Чтобы лев не сидел без дела, Иероним поручил ему охранять монастырского осла, который ежедневно возил дрова. Долгое время хищник исправно выполнял работу, но однажды, сморенный жарой, уснул. В это время мимо проходил караван купцов, которые, увидев бесхозного осла, увели его с собой. Когда лев вернулся в монастырь один, монахи решили, что в звере проснулись инстинкты и он попросту съел подопечного. В наказание Иероним приказал льву выполнять работу пропавшего животного, и царь зверей со смирением изо дня в день таскал тяжелые вязанки дров. Справедливость восторжествовала спустя несколько месяцев: лев заметил тот самый возвращавшийся караван купцов Узнав в их стаде украденного монастырского осла, лев бросился на людей. Перепуганные насмерть купцы разбежались, а торжествующий зверь пригнал в монастырь не только своего осла, но и всех купеческих верблюдов, груженных богатыми товарами. Вскоре в обитель явились и сами торговцы: покаялись и пообещали каждый год жертвовать монастырю масло. А со льва сняли несправедливые обвинения.

При первых деньгах уеду на юг. М. А. Булгаков, из письма к П. Н. Зайцеву, 1924 год

Меня ничто не пугает — любовь сильнее всего остального. Марина Влади, «Владимир, или Прерванный полет…», 1987 год

Автор легендарных романов о комиссаре Мегрэ Жорж Сименон обожал роман Юлиана Семенова «Семнадцать мгновений весны» и входил в международный комитет по поиску Янтарной комнаты, организованный Семеновым.

Улицу в Париже, на которой жил Виктор Гюго, переименовали в честь писателя прямо при жизни. Помимо прочего, это оказалось очень удобным для корреспонденции: достаточно было указать на конверте: «Месье Виктору Гюго на его авеню в Париже», — и почтальоны не ошибались.

Кто был прототипом Пиковой дамы Княгиня Наталья Петровна Голицына, в девичестве Наталья Чернышева, родилась в 1741 году в семье русского дипломата и значительную часть юности провела в Европе. Она бывала при английском и французском дворах, блистала на балах и, по слухам, получила прозвище «Московская Венера». После возвращения в Россию она вышла замуж за князя Владимира Голицына и заняла заметное место в высшем свете. С возрастом княгиня превратилась в одну из самых влиятельных петербургских дам. Ее побаивались родственники, перед ней заискивали придворные, а члены императорской семьи оказывали ей особое внимание и почтение. Голицына была фрейлиной при дворе четырех российских монархах — от Екатерины II до Николая I — и умерла лишь в 1838 году, пережив в том числе и Александра Пушкина, благодаря которому на фигуру княгини обратили внимание литературоведы. По семейной легенде, ее внук Сергей Голицын, известный в обществе как Фирс, однажды будто бы крупно проигрался в карты. Бабушка назвала ему три карты, тайну которых якобы узнала в молодости от загадочного авантюриста графа Сен-Жермена. Последовав совету, Голицын сумел отыграться. Он рассказал эту историю Пушкину — и поэт превратил семейное предание в сюжет о Германне, старой графине и роковой комбинации: тройке, семерке и тузе. Вот только доказательств подлинности этой истории нет. Более того, по воспоминаниям Павла Нащокина, Пушкин говорил, что некоторые черты героини заимствовал у другой пожилой аристократки — Натальи Загряжской. Вероятно, поэт попросту соединил характеры нескольких знакомых ему великосветских дам. И все же современники вынесли вердикт: Пушкин описал Голицыну. В дневнике поэт отметил, что при дворе обнаружили сходство — и, кажется, не обиделись. А петербургский особняк Голицыной на Малой Морской улице вскоре стали называть домом Пиковой дамы.

Изначально роль Орландо в «Сказке странствий» должен был играть Леонид Филатов. По мнению режиссера Александра Митты, недавно снявшийся у него же в «Экипаже» и ставший народным любимцем актер мог бы выкрутить сказку до уровня философской притчи. Но на горизонте появился Андрей Миронов. Он тогда снимался у Алексея Германа в фильме «Мой друг Иван Лапшин» и подумывал о новом профессиональном вызове. Митта мешкал. Выбор оказался архисложным. Леонид Филатов не давил, а, наоборот, максимально дистанцировался: мол, решай сам. Схема проверенная: роль в «Экипаже» он получил таким же образом, отказавшись соревноваться с Олегом Далем (и вообще пробоваться на роль). Митта объяснял это тем, что Филатов панически боится отказа. А вот Миронов не боялся ничего. Пригласил, как ему казалось, озабоченного муками выбора режиссера в гости. И устроил грандиозный вечер: читал сценарий, импровизировал, пел, танцевал. Не оставил ни единого шанса Александру Наумовичу. Ударили по рукам. Совместная работа, и правда, вышла фантастической. В чем вы наверняка убедились, если смотрели «Сказку странствий». А если еще нет (или просто хотите пересмотреть, да еще и на большом экране) — в «Москино Юность» фильм покажут на пленке 2 октября. Билеты и подробности — на сайте «Москино». Реклама. АНО «Москино», ИНН 9702074190. 0+ erid: 2W5zFJR6jhb

История одной аферы: загадочный человек из Тауреда В октябре 1959 года в аэропорту Токио задержали странного мужчину, по имени Джон Аллен Кучар Зергус. С ним была кореянка, которую он называл женой. При проверке путешественник предъявил «дипломатический паспорт» — размером с журнал. Текст — на неизвестном языке, напоминавшем арабскую вязь, а сам документ выдан государством Негус-Хабес. По бумагам Зергус был «чрезвычайным и полномочным послом Постоянного представительства государства Негуси Хабэси при ООН». Сам он называл себя «перемещающимся послом» и рассказывал службам невероятную биографию: о службе в британских ВВС, разведывательной операции в Азии, плене во времена Второй мировой. Естественно, ни одна история мужчины проверку не прошла. После расследования, затянувшегося на несколько месяцев, Зергуса арестовали, обвинив в мошенничестве. Усугубило ситуацию и то, что мужчина пытался обналичить поддельные чеки. Но самое интересное — в фальшивом паспорте стояла подлинная японская виза с реальными печатями. Как так вышло — осталось загадкой. В 1960 году суд приговорил Зергуса к году тюрьмы. В зале суда мужчина попытался покончить с собой. По окончании тюремного заключения Зергуса депортировали в Гонконг, а его жену — в Южную Корею. Позже историю сильно распиарили СМИ: возникла версия, что Зергус мог быть путешественником во времени, однако данные рознились. То в газетах появлялась новая страна Taured со столицей Tamanrosset. А потом и вовсе история перенеслась в 1954-й, где неизвестный указал на Андорру, назвав ее «Тауред», а затем бесследно исчез, несмотря на нахождение под стражей.