Аналитика каналаMaxЧТИВО

Как матерились на Руси? Во-первых, да, мат был и на Руси. Во-вторых, достаточно ядреный. Доказательство — переписка XII века, фрагмент из берестяной грамоты № 35.: «ѧкове брате еби лежѧ ебехото аесово». Слово «ѧкове» — форма имени Яков — вероятно, имя одного из участников переписки, «брате» — обращение к брату. А вот следующим глаголом в древнерусском языке часто выражали недовольство или упрек. Смысл слова «ебехото» исследователи описывают как распущенность, излишнюю активность или навязчивость. А «аесово» — еще одно грубое определение, которое по смыслу усиливает предыдущую оценку и указывает на вызывающее поведение. Если привести все к общему знаменателю, то смысл примерно такой: «Яков, брат, не выпендривайся». Необычную берестяную грамоту нашли в Старой Руссе. Считается, что она написана еще до нашествия Батыя. Необычная переписка принадлежит Радославу (Яков — христианская версия имени) и его брату Хотеславу. Поводом для подобной беседы стала обычная просьба забрать деньги у торговца. Первая часть грамоты — деловое поручение, вторая — ответ, сделанный другим почерком, вероятно, Хотеславом. Именно он дописал резкую фразу.

На самом деле я просто добрый малый, который не хочет ничего иного, как заплыть жиром и быть счастливым. Первое легче второго. А. С. Пушкин, из письма к Е. М. Хитровой, 1830 год

Как Пушкин тратил деньги Поэт жил преимущественно литературным трудом. В письмах жене он писал: «Буду жив, будут и деньги». Но вот к финансовой грамотности поэта есть вопросы. Первую значительную финансовую операцию Александр Сергеевич совершил в 12 лет, во время поездки из Москвы в Петербург. В дорогу мальчику дали 100 рублей двумя ассигнациями — «на орехи». Эти две бумаги у него занял дядя Василий Львович, сопровождавший Пушкина в пути. 14 лет спустя Александр Сергеевич припомнил дяде эту историю, приплюсовал проценты и направил письмо: «Униженно молю его высокоблагородие, милостивого государя дядю моего заплатить мне сии 200 рублей по долгу христианскому — получить же оные деньги уполномочиваю князя Петра Андреевича Вяземского, известного литератора». У взрослого поэта финансовые проблемы были практически постоянно. При этом жил он на широкую ногу: например, одевался исключительно в одном из самых дорогих магазинов, «Английском», где костюмы нередко покупал и сам Николай I. Здесь Пушкин имел неограниченный кредит и оставил долг в 2 тыс. рублей. Со свадьбой финансовый вопрос обострился. Перед венчанием поэт жаловался друзьям: ««Взять жену без состояния — я в состоянии, но входить в долги для ее тряпок — я не в состоянии». Нужно было покупать Гончаровой всевозможные дамские вещи, а ещё платить за квартиру. Не на пользу финансовому положению Пушкина была его любовь к азартным играм. Играл он не только на деньги. В ход шли литературные произведения — однажды, например, поставил новую главу «Онегина». Вернувшись из ссылки, Пушкин закатил торжество такого масштаба, что удивил всех. А на все комментарии ответил просто: «Вам приходится иной раз проживаться и ждать денег из деревень, а у меня доход постоянный с тридцати шести букв русской азбуки».

Первый Альбус Дамблдор в экранизации книг о Гарри Поттере появился благодаря маленькой девочке. Актер Ричард Харрис, сыгравший Альбуса Дамблдора в фильме «Гарри Поттер и философский камень», изначально отказался от роли, поскольку уже был серьезно болен. Узнав об этом, его 11-летняя внучка заявила, что больше никогда с ним не заговорит. Харрису пришлось изменить решение.

Одно письмо с фронта Маме от Ковшовой Ольги Венедиктовны 9 мая 1945 года Дорогая Мамочка! Поздравляю тебя и всех наших с окончанием войны. Мама, что только я не пережила в эти дни перед окончательной развязкой. Ведь здесь было сначала раза три ложных известий об окончании войны, так что, когда пришла официальная информация, я приняла её уже совсем спокойно. Мама, наконец-то наступил этот долгожданный день, наконец-то на горизонте появилось свидание, о котором я всегда пишу. Хотя оно и будет ещё не раньше, чем через полгода. Теперь я мечтаю о возвращении домой, в институт. Сейчас у меня начальником девушка, которая тоже училась в институте в 41–42 в Москве, так что у нас с ней общий язык. Ведь обе студентки в отставке. Вообще сейчас я живу замечательно, весело. Настроение лучше не надо. Был у нас сегодня митинг, салютовали целые сутки. В городе торжество, в нашем посёлке беспрестанно гремит музыка, всюду флаги. Мама, неужели это правда! Война кончилась, скоро, скоро увидимся. До свидания. Целую всех! Оля Поздравь за меня всех учителей нашей школы. — Домой Ольга, к сожалению так и не вернулась. Девушка умерла в госпитале в Венгрии от полученных ран. Вместе с письмо она отправила две открытки с нарисованными цветами. Маме — с незабудками и розами, а бабушке — с ландышами.

Внезапный фотодокумент: памятник трем мушкетерам с лицами советских актеров — Вениамина Смехова, Валентина Смирнитского, Игоря Старыгина и Михаила Боярского — в провинции Гасконь. Бронзовый монумент Родине Д’Артаньяна (а точнее сенатору Эмери до Монтескью, потомку рода Д’Артаньяна) подарил Зураб Церетели. Фото: Arterra / Getty Images

К режиссеру Георгию Данелии однажды обратился голливудский коллега с просьбой поработать над спецэффектами для его проекта: мол, уж очень понравился полет пепелаца в фильме «Кин-дза-дза!». Данелия ответил, что дело не в спецэффектах: гравицаппу ему дали в Министерстве обороны. Через какое-то время Данелии позвонили военные и попросили не валять дурака, потому что американцы запросили у них гравицаппу.

Как Эдит Пиаф спасала солдат из плена Во время оккупации Франции Эдит Пиаф согласилась ездить по Германии с концертами, что казалось коллаборационизмом. Но по сути им не было. У певицы было два условия: выступать не просто в немецких городах, а в лагерях, где содержались ее соотечественники, и после каждого выступления делать групповое фото «на память». Немецкое командование, ослепленное статусом мировой звезды, не видело в этом подвоха и на все согласилось. По возвращении в Париж Пиаф передавала фотографии мастерам из подполья, которые вырезали лица солдат на общих снимках и увеличивали до размеров паспортного фото, а потом изготавливали фальшивые удостоверения личности. Во время следующего визита в тот же лагерь Пиаф везла с собой чемодан с двойным дном, где были спрятаны готовые паспорта. Пользуясь суматохой после концертов и раздачей автографов, она умудрялась незаметно передавать документы солдатам. С фальшивыми удостоверениями многие пленные могли выдать себя за вольнонаемных рабочих или гражданских лиц и бежать из лагеря. По разным оценкам, благодаря этой рискованной операции Пиаф помогла обрести свободу больше сотни солдат. И когда после освобождения Франции Пиаф обвинили в сотрудничестве с оккупантами из-за ее поездок в Германию, именно свидетельства спасенных людей стали ее главной защитой.

9 мая 1945 года в 2 часа 10 минут по московскому времени диктор Юрий Левитан зачитал Акт о безоговорочной капитуляции гитлеровской Германии. А затем сообщил, что 9 мая объявляется Днем Победы.

«Велесова книга» — самый абсурдный фейк XX века 1919 год, Гражданская война. Белый офицер в разграбленной усадьбе находит деревянные дощечки, исписанные странными знаками. Он увозит их в Бельгию и передает новому знакомому — писателю-эмигранту Юрию Миролюбову. Тот годами переписывает текст. Офицер умирает в 1941-м, дощечки пропадают. А в 1950-х в американском русскоязычном журнале начинают публиковать «Велесову книгу» — якобы древнейшую летопись и священное писание славян-язычников, созданную волхвами в IX веке (или даже раньше). В ней — гимны Велесу и другим богам, история «русичей-ариев», их миграции из Индии через Ближний Восток и Карпаты, войны с готами и гуннами, «гуманное» язычество без жертвоприношений. Звучит грандиозно: славяне оказываются древнее, чем принято думать, с собственной письменностью и высокой культурой задолго до Кирилла и Мефодия. Проблема только одна: ничего из этого никогда не существовало. Оригинальных дощечек никто, кроме Юрия Миролюбова, никогда не видел. Единственная «фотография» одной из них — подделка, рисунок на бумаге. Язык книги — хаотичная смесь современных славянских языков (русского, украинского, польского, болгарского и других) с выдуманными словами и грамматикой, которая не подчиняется никаким правилам. Содержание тоже трещит по швам: библейские обороты в «языческом» тексте, анахронизмы, примитивный стиль, не похожий ни на летопись, ни на эпос. История «открытия» — классический набор приемов фальсификаторов: война, потерянные оригиналы, один-единственный переписчик-любитель. Но книга появилась в нужное время — среди русских эмигрантов, ищущих великое прошлое после потери Родины. Позже ее подхватили неоязычники и другие деятели. Александр Асов сделал из нее «канон» с десятками переизданий (текст при этом менялся). Для кого-то она стала «священным писанием», для науки же — ярким примером псевдоистории. Сегодня ученые единодушны: это подделка середины XX века.