Аналитика каналаMaxЧТИВО

Друзья, спешим представить следующих артистов ЧТИВО ФЕСТА. Братья Владимир и Сергей Кристовские, благодаря которым мы умеем ждать Вову и сочувствовать девушке Прасковье из Подмосковья (которая теперь звучит неожиданно ново благодаря каверу Антохи МС), — редкий пример сценических долгожителей, не выезжающих исключительно за счет нетленок, а умеющих подхватывать и задавать тренды. Если вы сидите в соцсетях, наверняка видели танцы разнокалиберных звезд под трек «Не стой, танцуй». И, скорее всего, нет-нет да хотели танцевать. Обещаем: мы вдоволь натанцуемся с Uma2rman 29 августа. А еще, конечно, пролетим по темным улицам и простимся с летом.   Чтобы присоединиться, покупайте билеты на нашем сайте.

Друзья! Надвигается вторая волна артистов ЧТИВО ФЕСТА. Рока, инди, фанка будет с лихвой — на сцену поднимутся молодые и модные «Диктофон» и «Бонд с кнопкой». Правильную ностальгическую ноту возьмут «Отпетые мошенники». Еще больше музыки будет в блоке Сергея Минаева: он встретится с автором проекта «Сломанные пляски» Николаем Редькиным, чтобы обсудить знаковых и любимых артистов в диапазоне от Дэвида Боуи до Гуфа. А на сцене «История юмора» тем временем актеры импровизационного шоу «Давай переиграем» поставят советские комедии на новый лад. Скоро расскажем подробнее о каждом герое и выступлении. Следите, пожалуйста, за новостями. И покупайте билеты на сайте.

Владимира Высоцкого обворовывали несколько раз. Например, в Сочи у него из гостинцы украли чемодан с вещами и документами. Артист написал заявление, а вечером обнаружил в номере записку: «Дорогой Владимир Семёнович, прости, джинсы уже продали. Вещи и документы возвращаем!». Больше историй о легендарном барде и актере — в коллекционном номере ЧТИВА. И в томе на нашем сайте.

Меня ничто не пугает — любовь сильнее всего остального. Марина Влади, «Владимир, или Прерванный полет…», 1987 год

Автор легендарных романов о комиссаре Мегрэ Жорж Сименон обожал роман Юлиана Семенова «Семнадцать мгновений весны» и входил в международный комитет по поиску Янтарной комнаты, организованный Семеновым.

24 сентября в ЧТИВО ДОМЕ пройдет презентация книги Татьяны Столяр «Я есть жир». Мы встретились с автором до, чтобы обсудить литературный дебют. Писать лонгриды и книгу — все-таки, разные вещи. Изначально я не замахивалась на книгу. Начала работать с нутрициологом, чтобы разобраться с лишним весом, а она мне поставила задачу: присылать раз в три недели свои фотографии. Ну меня и осенило, что из этого может получиться что-то куда более интереснее банального фотоотчета. И главное — связанное с искусством. Пусть кто-то рисует мой прогресс, а не я его фотографирую в зеркале. И пришла к андеграундным художникам, братьям Яковлевым. А когда увидела их работы, поняла, что не хватает текстов. Стало очевидно: чтобы реально разобраться со своим жиром, нужно написать о нем всё, что думаю. И получилось. Я очень легко написала — на энергии ярости по отношению к самой себе. Что твои родные сказали о дебюте? Мама опасается читать книгу. Она читала черновик первой книги, которая не вышла и никогда не выйдет в том виде, в каком написана, — и очень расстроилась. Теперь я морально готовлю маму. Но понимаю: даже если ее что-то заденет, — пусть, без этого я не разобралась бы со своей проблемой. Читайте интервью на сайте ЧТИВА.

Как появилась овсянка? В 1755 году английский писатель Сэмюэл Джонсон выпустил свой знаменитый словарь. Для овса он подобрал язвительное определение: «Зерно, которое в Англии обычно дают лошадям, а в Шотландии его употребляют люди». К тому времени овсяная каша уже стала одним из символов Шотландии. А начиналась история овса совсем не так почетно: в отличие пшеницы и ячменя, его долго не выращивали специально. Дикий овес рос среди посевов других знаков и считался сорняком. Но по мере того как земледелие продвигалось на север Европы, у незваного растения обнаружилось и важное преимущество: оно хорошо переносило прохладное и влажное лето. Там, где пшеница давала скромный урожай, овес продолжал расти. Постепенно его начали сеять отдельно. Зерна очищали, дробили или перемалывали, а затем варили в воде. Такая пища была простой, дешевой, она надолго насыщала. Кашу готовили густой, чаще всего соленой, без каких-либо добавок.  На Руси же из овса варили каши и кисели, делали муку и толокно. Для последнего зерно замачивали, томили, сушили, обжаривали и толкли. Получавшийся продукт было достаточно развести водой или молоком — это была своего рода каша быстрого приготовления. Овсяный кисель тоже мало напоминал современный сладкий напиток: благодаря брожению он получался густым и кисловатым. В XIX веке на предприятиях научились пропаривать зерна и расплющивать их между вальцами — так стали готовить хлопья. Они хранились дольше и разваривались быстрее крупы, так что овсяная каша превратилась в удобный завтрак  для городских жителей. В XX веке на приготовление каши стало требоваться еще меньше времени. А скромный набор из овса, воды и соли оброс десятками добавок — от фруктов и меда до шоколада и арахисовой пасты.  Историю других каш рассказали на нашем сайте.

При первых деньгах уеду на юг. М. А. Булгаков, из письма к П. Н. Зайцеву, 1924 год

В 1930-х супергерои буквально заполонили страницы журналов и стали всерьез конкурировать с другими жанрами бульварной литературы. В 1938 году появился Супермен. Год спустя, в 1939-м — Бэтмен. История появления Бэтмена очень показательна. По легенде, его авторы просто не могли поверить, что такая чушь как рисованные истории про мужика в трико может быть популярной. Чтобы доказать идиотизм затеи, художник набросал первое что пришло ему в голову — заведомо абсурдный образ человека в костюме летучей мыши. Который вскоре стал хитом общенационального масштаба.   Мартин Гудман увидел здесь перспективу серьезно подзаработать и уже в 1939 году создал новую компанию, которую назвал Timely Comics, то есть «Своевременные комиксы». После долгих дискуссий в манхэттенских барах издателям пришла в голову простая и гениальная мысль: отождествить новых супергероев с двумя стихиями — огнем и водой.   Так в октябре того же года в первом комиксе Гудмана Marvel Comics №1 появились Подводник и Человек-Факел. Как рождалась и почему едва не погибла корпорации Marvel — на YouTube-канале ЧТИВО.

История одной аферы: загадочный человек из Тауреда В октябре 1959 года в аэропорту Токио задержали странного мужчину, по имени Джон Аллен Кучар Зергус. С ним была кореянка, которую он называл женой. При проверке путешественник предъявил «дипломатический паспорт» — размером с журнал. Текст — на неизвестном языке, напоминавшем арабскую вязь, а сам документ выдан государством Негус-Хабес. По бумагам Зергус был «чрезвычайным и полномочным послом Постоянного представительства государства Негуси Хабэси при ООН». Сам он называл себя «перемещающимся послом» и рассказывал службам невероятную биографию: о службе в британских ВВС, разведывательной операции в Азии, плене во времена Второй мировой. Естественно, ни одна история мужчины проверку не прошла. После расследования, затянувшегося на несколько месяцев, Зергуса арестовали, обвинив в мошенничестве. Усугубило ситуацию и то, что мужчина пытался обналичить поддельные чеки. Но самое интересное — в фальшивом паспорте стояла подлинная японская виза с реальными печатями. Как так вышло — осталось загадкой. В 1960 году суд приговорил Зергуса к году тюрьмы. В зале суда мужчина попытался покончить с собой. По окончании тюремного заключения Зергуса депортировали в Гонконг, а его жену — в Южную Корею. Позже историю сильно распиарили СМИ: возникла версия, что Зергус мог быть путешественником во времени, однако данные рознились. То в газетах появлялась новая страна Taured со столицей Tamanrosset. А потом и вовсе история перенеслась в 1954-й, где неизвестный указал на Андорру, назвав ее «Тауред», а затем бесследно исчез, несмотря на нахождение под стражей.