Аналитика каналаMaxДОКТОР МЯСНИКОВ

Смеюсь в голос! И один в поле воин! Пришли гости с щенком ротвейлера. С моими собаками он сразу нашел общий язык. Но Арамис просто не понял. «Я езмь царь!» «Победа достигается ещё до того, как меч покинет ножны», или «воин, сильный духом, побеждает ещё до схватки»

Подкаст «Без халатов» | ОПЯТЬ РАСКАЛЫВАЕТСЯ: ПОЧЕМУ БОЛИТ ГОЛОВА И КАК ЭТУ БОЛЬ УНЯТЬ? | Сезон 2 выпуск 11 Александр Мясников врач-кардиолог, кандидат медицинских наук, президент ГКБ им. М. Е. Жадкевича Кирилл Скоробогатых – врач-невролог, цефалголог, кандидат медицинских наук ТЕМА: ОПЯТЬ РАСКАЛЫВАЕТСЯ: ПОЧЕМУ БОЛИТ ГОЛОВА И КАК ЭТУ БОЛЬ УНЯТЬ? Мигрень, боль напряжения или кластерная – как определить какой у вас тип боли? В каких случаях надо просто выпить стакан воды и сделать самомассаж? А когда нужны антидепрессанты и обезболивающие средства? Правда ли, что острый приступ мигрени можно снять сладкой газировкой и картошкой фри? Какие новые препараты помогают снизить частоту приступов мигрени? И как помочь себе при кластерной головной боли? https://ok.ru/video/16219596655148

АМЕРИКАНЦЫ ОТКРЫВАЮТ ДЛЯ СЕБЯ… СОВЕТСКОЕ РАСПРЕДЕЛЕНИЕ ВРАЧЕЙ! В журнале JAMA вышла интересная статья о кризисе первичной медицинской помощи в США. Страна тратит на здравоохранение больше всех в мире, но миллионы американцев не могут найти обычного терапевта! Молодые врачи предпочитают более высокооплачиваемые специальности, а сельские районы остаются без медицинской помощи. И вот американцы нашли решение! В Мичигане молодым врачам предлагают погасить образовательные кредиты на сумму до 150 тысяч долларов за два года работы в районах, где не хватает медиков. (В США такое образование обязательно и сильно платное!) И, что особенно интересно, 88% участников программы остаются там работать и после окончания обязательного срока! Читая это, невольно вспоминаешь советскую систему распределения. Закончил медицинский институт — поезжай на три года в районную больницу или сельскую амбулаторию. Государство тебя выучило — теперь поработай там, где нужен людям. Конечно, система имела немало недостатков: принудительность, бытовые трудности, нехватка жилья. Но сама идея рационального распределения медицинских кадров была вполне разумной. Сегодня американцы фактически возвращаются к ней, только вместо административного принуждения используют финансовые стимулы. Парадокс современной медицины: мы научились пересаживать сердца и лечить сложнейшие заболевания, но всё чаще не можем обеспечить человека обычным участковым врачом. Может быть, не всё из советского опыта стоило забывать? (Особенно нам) Источник: Eli Cahan. Inside the Growing Crisis of Primary Care. JAMA, 2026.

Я тут опубликовал своди некоторые физич упражнения и вот один из отзывав: «мясников! У тебя миллионы, поэтому ты так скачешь! Попробовал бы так скакать на 30 тыс!». Ну дурак и дурак, но откуда такое представление про «миллионы» как я живу- видно по публикациям. Все трачу на путешествия и увлечения (ну да- джипы, снегоходы, квадроциклы, лодки) но если меня попросить в долг, у меня скорее всего нужной суммы в наличие не окажется. Шутки ради составил градации матер благополучия: 1. Стадия выживания. Денег хватает от зарплаты до зарплаты. Иногда не хватает. Главная финансовая стратегия — дожить до аванса. 2. Стадия первых накоплений. Зарплата закончилась, а деньги ещё остались! Появляется подушка безопасности. Правда, пока больше похожая на наволочку. 3. Стадия возможностей. Можно позволить себе хорошую машину, отпуск, приличную квартиру. В ресторане уже смотришь сначала на меню, а потом на цены, а не наоборот. 4. Стадия удовольствия. Живёшь как хочешь. Путешествуешь, покупаешь что нравится, работаешь в удовольствие. Но к концу года всё заработанное благополучно потрачено. Зато сколько впечатлений! 5. Стадия излишков. Вот тут начинаются первые проблемы. Ты уже физически не успеваешь потратить всё, что зарабатываешь. Деньги накапливаются, и возникает тревожная мысль: а что с ними делать? 6. Стадия недвижимости. Покупаешь квартиры, дома, участки. Деньги должны работать! Вскоре обнаруживаешь, что работают главным образом сантехники, строители, риелторы и управляющие. А платишь всем ты. 7. Стадия инвестора. Начинаешь покупать доли в компаниях, финансировать проекты, открывать предприятия. Теперь у тебя есть директора, бухгалтеры, юристы и проблемы, о существовании которых раньше даже не подозревал. 8. Стадия большого богатства. Денег уже столько, что ты не знаешь точно сколько. Зато это прекрасно знают твои финансисты, налоговые консультанты и некоторые государственные органы. Ты всё реже спрашиваешь: «Сколько это стоит?» И всё чаще: «А почему опять убытки?!» 9. Стадия заложника собственного состояния. Ты уже не владеешь богатством — оно владеет тобой. Недвижимость требует ремонта, предприятия — управления, сотрудники — зарплат, государство — налогов, родственники — помощи. Ты мечтаешь бросить всё и уехать на необитаемый остров. Но вспоминаешь, что остров ты уже купил и там тоже проблемы с персоналом. 10. Стадия олигарха. У тебя есть всё. Дома, самолёты, яхты, охрана, управляющие компании. Ты можешь отправиться куда угодно. Но не можешь просто взять и уехать: слишком много вопросов требуют твоего решения. И вот тут вспоминаю слова одного российского олигарха, сказанные мне совершенно серьёзно: «Саша, ты не представляешь, каково это — напиваться от безысходности на борту собственной яхты!» Вот такая диалектика богатства. Сначала ты работаешь, чтобы заработать деньги. Потом деньги работают на тебя. А потом ты снова работаешь — уже на свои деньги. И самое смешное: возможно, самый богатый человек в этой классификации — тот, кто остановился на четвёртой стадии. У него есть всё, что ему нужно. И, главное, он ещё принадлежит самому себе. И это как раз я сегодня! 4-я стадия. «Не грех быть богатым, грех- зависеть от своего богатства!» Сенека

Ох какая спорная статья вышла в журнале The Lancet на сегодня! «Угрозы глобальному здоровью в будущем: на сколько лет вперёд мы должны заглядывать?» Перескажу: «Вопрос кажется отвлечённым, философским. Но за ним стоят совершенно конкретные деньги, судьбы и человеческие жизни. Представьте: у государства есть миллиард долларов. Его можно потратить сегодня на лечение онкологических больных, операции на сердце, обеспечение дорогостоящими лекарствами. И спасти тысячи жизней. А можно вложить этот миллиард в предотвращение будущих пандемий, борьбу с устойчивостью бактерий к антибиотикам или последствиями изменения климата. Возможно, через 100–200 лет это спасёт сотни тысяч, а то и миллионы людей. Что выбрать? Казалось бы, ответ очевиден: спасать тех, кто болен сейчас! Но давайте перевернём ситуацию. Мы знаем, что бесконтрольное применение антибиотиков ведёт к развитию устойчивости бактерий. Мы знаем, что разрушение окружающей среды отразится на здоровье будущих поколений. Знаем, что новые пандемии неизбежно будут возникать. И что подготовка к ним требует колоссальных инвестиций. Имеем ли мы моральное право ничего не делать, ссылаясь на сегодняшние нужды? И здесь возникает настоящий философский тупик. Вопросы чудовищно сложные. И ответы на них могут противоречить друг другу. С другой стороны, если каждое поколение будет руководствоваться только собственными интересами, что мы оставим своим потомкам? Мне кажется, население вряд ли согласится с подходом, при котором реальные больные сегодняшнего дня должны жертвовать своим здоровьем ради гипотетических больных далёкого будущего. И людей вполне можно понять. Но ведь когда-то точно так же можно было бы сказать: зачем вкладывать деньги в канализацию, вакцинацию, экологию, фундаментальные исследования? Давайте лучше потратим всё на лечение тех, кто болен прямо сейчас! А между тем именно долгосрочные вложения в общественное здоровье спасли огромное количество человеческих жизней. Получается парадокс. Если мы думаем только о сегодняшнем дне, мы поступаем безответственно по отношению к будущим поколениям. Если думаем только о будущем, рискуем поступить бесчеловечно по отношению к нынешнему. Так что же важнее: спасённая жизнь сегодня или сто потенциально спасённых жизней через столетие? Но, пожалуй, самое тревожное здесь другое: подобные решения уже принимаются. Государства и международные организации распределяют огромные средства между сегодняшними и будущими угрозами» Вот такой в статье поставлен вопрос: стоит ли сократить расходы на лечение больных сегодня, перераспределив их ради предотвращения гораздо большего числа смертей через сто лет?» У меня лично совершенно жесткая позиция: лечить всех здесь и сейчас. Во первых никакой гарантии, что через 100 лет человечество ещё будет существовать. Мы активно стремимся к само (взаимно) уничтожению. Во-вторых- «От осинки не родиться апельсинки». Уроним качество о объем медпомощи сегодняшнему поколению- люди будут чаще умирать и больше болеть, кто будет рожать здоровых детей, о будущем которых так озаботились авторы статьи? В третьих- мы совершенно не знаем структуру болезней будущего, кто 100 лет назад мог предвидеть этот вал метаболических болезней, атеросклероза, онкологии, ауто-иммунных заболеваний?! И развитие медицины идет поступательно: как дом строить. Ты не можешь возвести 5-й этаж, не построив хорошо и прочно первые четыре. И главное: Под благородным лозунгом заботы о будущих поколениях можно оправдать практически любое ограничение помощи людям, живущим сегодня. Ведь никто не сможет проверить, сколько миллионов жизней мы якобы спасли в XXIII веке, отказав в помощи тысячам больных в XXI.

Сегодня день рождения Лермонтова. Вот уж «кавалергарда век недолог»! Яркая короткая жизнь, которую помнят уже 200 лет. «Живи быстро- умри молодым!» Что у него там было в душе, что её так бередило…… Что он смог создать «Княжну Мэри» и «Валерик»! В этих 2-х произведениях для меня весь Лермонтов! «Я к вам пишу случайно; право Не знаю как и для чего. Я потерял уж это право. И что скажу вам? — ничего! Что помню вас? — но, Боже правый, Вы это знаете давно; И вам, конечно, все равно.И знать вам также нету нужды, Где я? что я? в какой глуши? Душою мы друг другу чужды, Да вряд ли есть родство души. Страницы прошлого читая, Их по порядку разбирая Теперь остынувшим умом, Разуверяюсь я во всем. Смешно же сердцем лицемерить Перед собою столько лет; Добро б еще морочить свет! Да и при том что пользы верить Тому, чего уж больше нет?.. Безумно ждать любви заочной? В наш век все чувства лишь на срок; Но я вас помню — да и точно, Я вас никак забыть не мог! Во-первых потому, что много, И долго, долго вас любил, Потом страданьем и тревогой За дни блаженства заплатил; Потом в раскаяньи бесплодном Влачил я цепь тяжелых лет; И размышлением холодным Убил последний жизни цвет. С людьми сближаясь осторожно, Забыл я шум младых проказ, Любовь, поэзию, — но вас Забыть мне было невозможно…» Потом описание жестокого и кровавого боя и: «Но я боюся вам наскучить, В забавах света вам смешны Тревоги дикие войны; Свой ум вы не привыкли мучить Тяжелой думой о конце; На вашем молодом лице Следов заботы и печали Не отыскать, и вы едва ли Вблизи когда-нибудь видали, Как умирают. Дай вам Бог И не видать: иных тревог Довольно есть. В самозабвеньи Не лучше ль кончить жизни путь? И беспробудным сном заснуть С мечтой о близком пробужденьи? Теперь прощайте: если вас Мой безыскусственный рассказ Развеселит, займет хоть малость, Я буду счастлив. А не так? — Простите мне его как шалость И тихо молвите: чудак!..» Ну а «княжна Мэри? Я каждый раз перечитываю с очень смешанными чувствами… Но читаю от первой до последней строчки как завороженный… «Княжна, – сказал я, – вы знаете, что я над вами смеялся?.. Вы должны презирать меня. На ее щеках показался болезненный румянец. Я продолжал: – Следственно, вы меня любить не можете… Она отвернулась, облокотилась на стол, закрыла глаза рукою, и мне показалось, что в них блеснули слезы. -Боже мой! – произнесла она едва внятно. Это становилось невыносимо: еще минута, и я бы упал к ногам ее. – Итак, вы сами видите, – сказал я сколько мог твердым голосом и с принужденной усмешкой, – вы сами видите, что я не могу на вас жениться, если б вы даже этого теперь хотели, то скоро бы раскаялись. Мой разговор с вашей матушкой принудил меня объясниться с вами так откровенно и так грубо; я надеюсь, что она в заблуждении: вам легко ее разуверить. Вы видите, я играю в ваших глазах самую жалкую и гадкую роль, и даже в этом признаюсь; вот все, что я могу для вас сделать. Какое бы вы дурное мнение обо мне ни имели, я ему покоряюсь… Видите ли, я перед вами низок. Не правда ли, если даже вы меня и любили, то с этой минуты презираете? Она обернулась ко мне бледная, как мрамор, только глаза ее чудесно сверкали. – Я вас ненавижу… – сказала она. Я поблагодарил, поклонился почтительно и вышел….» Или: «Грушницкий! – сказал я, – еще есть время; откажись от своей клеветы, и я тебе прощу все. Тебе не удалось меня подурачить, и мое самолюбие удовлетворено; вспомни – мы были когда-то друзьями… Лицо у него вспыхнуло, глаза засверкали. – Стреляйте! – отвечал он, – я себя презираю, а вас ненавижу. Если вы меня не убьете, я вас зарежу ночью изза угла. Нам на земле вдвоем нет места… Я выстрелил… »