По дороге на важную встречу рассказываю Марьям, что перед отъездом купила две страшно полезные книги — одну про память, вторую про этикет.
И в той, что про этикет, говорятся важные вещи. Такие важные, что они нам сейчас очень пригодятся.
Например, что подходить к своему месту за столом в приличном обществе обязательно надо справа. Тут я задумалась и сказала, что нет, кажется, все-таки слева. Хотя вроде бы да, наверное, справа.
И стало понятно, что сначала надо было прочитать книгу про память.
Лет пятнадцать назад одна компания, назовём её Росгазалмаз, праздновала юбилей.
Гуляли широкой масленицей в центре Москвы, в историческом здании, с замахом на Стинга и Дженнифер Лопес.
Организаторы в процессе подготовки сильно устали, но мероприятие выдали исключительно пафосное.
А чтобы масштаб события был виден издалека, на крышу противоположного высотного здания начальник Росгазалмаза велел бегущей строкой вывести сообщение, что Росгазалмаз молодец — и прочую весёлую браваду.
Историческое здание распахнуло двери для хозяев и гостей праздника, а начальник Росгазалмаза — нет бы бежать обнимать Дженнифер Лопес — стоит на пороге и смотрит, как на крыше высотного здания бежит строка о том, что Росгазалмаз молодец.
Подзывает ответственных за мероприятие и говорит, что в целом всё неплохо, но строка бежит излишне быстро и мешает населению спокойно ознакомиться с важными мыслями.
Словом, сообщению о том, что Росгазалмаз молодец, следует бежать на три четверти медленнее.
— Мы целый месяц потратили только на запуск Росгазалмаза молодца, — предсмертно хрипят организаторы, — и замедлить его сможем разве что через неделю.
— Вы хотите испортить мне праздник? — спрашивает начальник Росгазалмаза с подчеркнутым интересом. — Исправьте за час.
И уходит к Дженнифер и другим дорогим товарищам.
Испортить праздник начальнику Росгазалмаза и жизнь себе никто не хотел, но на слове «час» энергетическая компания, отвечающая за бегущие строки на крышах города, рассмеялась всей своей инфраструктурой.
Был вечер пятницы.
Для замедления скорости, сказали они, требуется присутствие четырёх ответственных сотрудников.
Да, всех вместе — как в «Пятом элементе» /организаторы перестали дышать/, только без Милы Йовович /организаторы слегка выдохнули/.
А все эти сотрудники, разумеется, уже дома.
Поели.
Почистили зубки.
И сладко спят в своих кроватках, не собираясь нигде присутствовать.
Так что Росгазалмазу придётся оставаться молодцом на текущей скорости.
В этот момент организаторы на четырех красивых чёрных машинах отправились по четырём адресам разной степени удалённости.
Четырёх ответственных сотрудников настоятельно попросили сесть в эти машины, а одного из них, упиравшегося, говорят, даже внесли.
Через пятьдесят минут после старта операции ответственные сотрудники уже нажимали на кнопки, позволяющие Росгазалмазу молодцу заявлять о себе на три четверти медленнее.
За минуту до назначенного часа начальник Росгазалмаза вышел на крыльцо исторического здания.
Бегущая строка вздрогнула, мигнула и замедлилась.
Вспотевшие организаторы внутренне заплакали и мысленно перекрестились.
— И ведь ничего сложного, да? — одобрительно подмигнул организаторам начальник Росгазалмаза. — Любите вы проблемы придумывать, фантазёры.
И снова ушёл в праздник.
А организаторы сказали друг другу, что могло быть и хуже. Если бы, например, Мила Йовович всё-таки потребовалась.
Ну что, все дачники угнездились на дачах? Субботнее хвастовство посвящается вам, рыцари тяпки и газона, повелители мангала и септика, укротители кротов.
Я в сознательном возрасте снимала две дачи. На первой выпадали оконные рамы и тёк потолок, на второй раз в неделю отключались вода и электричество.
Возможно, мы с дачами не созданы друг для друга. Или я просто пока не постигла этот дзен с кабачками.
Поэтому два вопроса:
За что вы вашу дачу любите?
И за что не любите?
Буду вас читать, осознавать и проникаться. Фото не забывайте, а то завидовать не получится.
У кого дачи нет — обнимемся хвастаемся тем, что бог послал.
К недавнему обсуждению мистики, только уже настоящей — а вы знали, что существует проклятие Девятой симфонии?
Началось с Бетховена, который написал Девятую симфонию и умер, не добравшись до Десятой. Ну, умер и умер, с кем не бывает.
Но потом Шуберт написал Девятую — и тоже умер.
Брукнер умер, не закончив Девятую.
Ральф Вон Уильямс умер через три недели после премьеры Девятой, лег спать здоровым, утром заболел и был таков.
Тут все композиторы стали очень мнительными, потому что за восемьдесят лет после Бетховена никто не смог сыграть свою Девятую, чтобы потом не сыграть в ящик.
Малер тоже знал о проклятии, поэтому девятой по счету написал огромную симфонию, но назвал её «Песнью о земле».
Формально получалось, что это как бы не Девятая. Прислушался к себе — вроде все норм. Выдохнул, написал официальную Девятую и умер.
Потом, правда, всю статистику сломал Шостакович, который написал Девятую и остался жив, но она страшно не понравилась Сталину, и Шостакович впал в немилость. То есть проклятие и до него немножко дотянулось.
Но Шостакович все равно написал ещё шесть симфоний, вселив надежду во весь Союз композиторов.
С тех пор Девятые симфонии писать вроде бы не опасно, просто слегка тревожно.
Однажды мы летели из Италии во Францию коротким рейсом итальянской компании. Народ уже распихал чемоданы и смиренно пристегивался, когда в микрофон сказали: «Signore e signori».
Это был голос Челентано в его самой харизматичной роли.
Это был Хавьер Бордем, помноженный на Антонио Бандераса.
Никогда еще командиры экипажей не привлекали внимание пассажиров так быстро, всего-навсего сказав им «дамы и господа», а не «наш самолет совершает аварийную посадку, прощайте».
Синьоры обоих полов уронили книжки и челюсти. Такое выражение лица лучше всего описывается бессмертной фразой «сыр выпал».
Командир тем временем что-то подробно рассказывал на самой сексуальной версии итальянского, с оттенком дерзости. Он говорил наверняка о нашем маршруте, но на самом деле, уверена, имелось в виду следующее.
«Синьоры и синьориты, наш самолет сейчас ринется в опасное путешествие. На пути ожидаются гроза и молнии, шквалистый ветер, гарпии, возможны драконы.
К счастью, именно я управляю этой гордой железной птицей, поэтому легким перышком перенесу каждую из вас над бурным морем, мои вы белиссимы.
Мужчины, которые в силу досадного недоразумения оказались на борту, тоже будут доставлены.
Приношу извинения за задержку вылета — в Колизее я должен был победить льва».
Это был рейс, полный заинтригованных женщин и мужчин, чьи нахмуренные брови как бы говорили «да что этот нахал себя позволяет».
Такой командир после приземления должен открывать дверь кабины ногой, выходить в салон, бросая благодарным зрителям пиджак и фуражку, и рыбкой прыгать на руки самым преданным фанаткам, чтобы быть ими же унесенным по трапу, далее в неизвестном направлении.
Но наш Челентанобандерас предпочел остаться мифом.
Возможно, его уже много раз уносили.
А может, в реальности у него лысина, животик и на носке дырка.
Отделался раскатистым «грацие, арриведерчи» и улетел обратно, в Колизей, разрывать пасть льву.
Однажды я решила встать на путь стройности. Потому что всяких приятных вещей вроде вкусных булочек в жизни стало чуть больше, а стройности сразу чуть меньше.
В общем, пошла к тренеру. С тренером мы общались примерно так:
— Двадцать отжиманий.
— Двадцать?! Ну хотя бы десять. От двадцати я могу погибнуть.
И тренер, конечно, соглашался, потому что, во-первых, мы так приятно общаемся во время приседаний, что ему трудно мне отказать, а во-вторых, абонемент уже все равно оплачен.
В итоге на третьем занятии я обычно выторговываю себе облегченный режим, а на пятом тренер говорит: «Ладно, вы тут просто полежите, а я вам буду рассказывать свою жизнь».
А потом случилась пандемия и я стала заниматься домашними тренировками под разные видеопрограммы. И с удивлением обнаружила, что отжимаюсь, приседаю. Даже прыгаю.
Тренерам своим я сразу строго говорила:
— Имейте в виду, я прыгать не буду.
А тут торговаться буквально не с кем. И всё, прыгаешь.
В общем, цели были достигнуты, а деньги сэкономлены. Кто знает, сколько стоят персональные тренеры, тот понимает размер моей радости.
Я к чему. На поиск классных и разнообразных тренировок ушла куча времени, потому что интернет полон разными дураками, которые обещают: «Делайте так восемь раз и через неделю у вас пропадет живот, вырастет грудь и удлинятся ноги». Грамотных тренеров на самом деле не очень много.
Чтобы не тратить время на их поиски, я теперь подписана на FitStars — там все тренеры гарантированно правильные. Причем по любым направлениям — хочешь, вот тебе силовые, хочешь — пилатес и йога. Можно отплясывать под танцевальный микс, можно практиковать китайский цигун.
Если сила воли покидает меня, есть компромисс в виде 7-минутной зарядки. Семь минут, думаю я, это совсем не больно. И да, вполне посильно, а заодно чувствуешь себя молодцом.
В мае у FitStars акция и по промокоду KLER можно оформить безлимит со скидкой 70%. «С июня цены будут выше», — предупреждают в этом источнике красоты и здоровья.
За подписку дают месяц Премиума — а это новые программы, медитации и марафоны. А за тренировки можно получать сертификаты, коллаген, спортивную одежду и наборы фитнес-инвентаря.
И ещё есть рассрочка для тех, кто любит спорт, но не любит внезапно расставаться с деньгами.
На фото автор и другие женщины узнают от тренера, что им надо сделать двадцать выпадов, и говорят: «Как? Как двадцать?»
Марьям привезла историю с дружественной краснодарской свадьбы.
Одна одинокая мать жила неподалёку от старой школы. Здание готовили под снос. Его огородили, выпотрошили, выдрали окна и нагнали экскаваторов.
Одинокую мать это не слишком волновало, потому что в школу её младенцу было пока рано, а вопрос алиментов стоял гораздо острее.
Злостный неплательщик жил через два дома. На призывы к совести ничто в нём не откликалось. Сам он тоже старался не откликаться на «жадную сволочь», «уклониста», «бегунка» и «предателя» — хотя, казалось бы, ноль преувеличений, всё соответствует.
Как раз в момент описываемых событий строители готовили управляемый подрыв останков школы, а одинокая мать вышла в магазин и на пороге повстречала жадного уклониста.
— Отдай деньги, гад, — привычно сказала она.
И, поскольку все разумные аргументы уже давно были исчерпаны, а массаж и бассейн сами себя не оплатят, свернула с пути рационального диалога и пообещала неплательщика проклясть.
— Хаха, — сказал злостный немного напряжённо. Как все люди небогатого внутреннего устройства, он слегка побаивался сглаза, порчи и ретроградного Меркурия. И тревожно добавил:
— Ну и как ты это сделаешь?
Одинокая мать покопалась в памяти, выловила из неё обрывки «Гарри Поттера» и устало сказала:
— Алохомора.
В этот момент за углом рухнула школа.
— Не, Маш, ну а чего сразу так? — взвизгнул уклонист, перекрикивая взвывшие сигнализации.
Задолженность по алиментам в этот день впервые в истории была погашена совместными усилиями колдовства и комплекса градостроительных мероприятий.
В нашей семье все бесполезные в быту мужчины и женщины были уравновешены одним-единственным дядей Митей.
Создавая дядю, бог щедро наделил его способностью чинить, строить, паять, штукатурить, циклевать, сваривать и прочими созидательными талантами, а также энтузиазмом.
Благоустроив вокруг себя абсолютно всё, дядя женился на очень красивой микроскопической тёте.
Типовые советские кухни были ей велики. Дядя не мог допустить, чтобы ангелоподобная тётя, доставая чапельник, лезла на табурет. Он сделал ей кухню по размеру, в знак вечной любви украсив каждый миллиметр резьбой «татьянка».
Со своей красивой тётей дядя Митя жил на Волге, поэтому мы все к ним приезжали. Но однажды он вдруг сам приехал к нам в отпуск.
— Вам бы эту стену снести, — сказал дядя Митя с порога нашей хрущёвки. И мечтательно добавил:
— Здесь нужна ниша, а тут арочка. Коридор надо расширить, комнату изолировать.
— Ах, — сказала мама, — какой великолепный план. Однажды мы так и сделаем, когда соберёмся с духом, а ты пока отдыхай, набирайся сил.
На следующий день, возвращаясь с работы, мама увидела у мусорных баков куски бетона. «Кто-то в нашем доме ремонтируется», — догадалась она.
Поднимаясь по лестнице, мама увидела следы извёстки. «Кто-то ремонтируется прямо в нашем подъезде», — снова догадалась мама.
На нашем этаже она встретила дядю Митю. В шапочке из газеты он весело нёс ей навстречу наш оконный проём.
Через три недели мы стали самой сногсшибательной хрущёвкой нашего города. Слух об этом немедленно распространился, и к нам ещё долго приходили незнакомые люди, чтобы перенять опыт и зарисовать план.
Многие приезжали просто убедиться, что вынести холодильник из пятиметровой кухни, не занося его в спальню — не утопия, а торжество рационального подхода, помноженное на бесстрашие.
Дядя Митя, слегка ушибленный фрагментами нашей квартиры, уезжал от нас, счастливо жмурясь и немного прихрамывая. Сказал, что отпуск провёл потрясающе, большое спасибо, а главное — очень хорошо отдохнул.
Моя подруга Марьям была дважды замужем за своим мужем. Она говорит: ну и что, в мире куча людей, которые были женаты друг на друге дважды. Ну не знаю, покажите мне эту кучу.
Но Марьям настаивает, что на свете не так уж много мужчин, особенно в Российской Федерации. И это сначала кажется, что есть выбор. А потом, когда сужаешь поиск и применяешь фильтры, уточняешь фасон, размер и цвет, шанс снова нарваться на собственного мужа повышается ужасно.
Иногда глобальный поиск вообще выдает только два варианта: лабрадор или бывший муж. Лабрадора Марьям позволить себе не может, потому что у нас с ней подвижная трудовая деятельность, а муж как раз хорошо переносил одиночество, особенно во втором сезоне их брака.
Потом, правда, все равно не выдержал и ушел к женщине, которая кормила его пусть и хуже Марьям, но зато регулярно.
Сейчас Марьям решила сбросить некоторые фильтры поиска, поскольку у нее уже не май месяц и пора начинать проявлять лояльность.
Готова смириться с бородой, румянцем, короткими пальцами и нелюбовью к балету.
Потому что по фильтру «любовь к балету» выбор ничтожный и один из вариантов пока точно занят.
Удивительным образом всю жизнь во всех моих компаниях было примерно одно и то же соотношение: четыре девочки плюс один мужчина.
В детстве это называлось: «Среди роз один Барбос».
Или: «Среди баб один прораб».
(Господи, почему прораб и почему это помнится тридцать лет спустя).
Четыре девочки и один мальчик в школе.
Четыре девушки и один парень в университете.
Четыре дамы с нервной системой разной степени изношенности — и один джентльмен сейчас.
И знаете что? Это идеальная пропорция. Мужчина в женской компании — существо стратегически важное. Он не только стабилизирует коллектив. Он ещё и бесценный источник переводов с мужского на человеческий.
— Хочу подарить мужу вот это, — говорит подруга.
— Идеально, — отвечает наш личный мужчина.
— Как объяснить, что мне не хватает внимания? — спрашивает другая. И получает исчерпывающую инструкцию.
Причём часто мужские объяснения оказываются чудовищно простыми. Настолько простыми, что женский мозг отказывается их принимать.
И вот недавно такого же друга я нашла ещё и в Max. Мой любимый типаж искушенного знатока и остроумного советчика. С провокационным названием «Любовник Голубев» и очень правильным настроением: нас тут любят, хвалят, поддерживают и периодически возвращают с небес романтического безумия обратно на землю.
Хотим забыть бывшего — пожалуйста, инструкция.
Хотим избавиться от ненужного поклонника — вот схема эвакуации.
Хотим понять, почему мужчина не сразу отвечает на сообщения — а вот почему.
Я бы назвала этот канал нежно-отрезвляющим. Мы ведь все придумываем мужчинам оправдания. Ну, например, почему он с нами не очень щедр. А на самом деле все гораздо проще.
Дорогой Голубев. Мы с девочками не знаем, какой вы любовник. Но друг вы выдающийся.