Аналитика каналаMaxИстории из жизни

Домушник ковыряется в дверном замке одной из квартир в подъезде и тут слышит голос из динамика рядом с дверью: — Здравствуйте! Вас приветствует система «Умный дом»! Насколько мне понятно, вы собираетесь взломать квартиру моего хозяина. Не переживайте, я его не люблю, он всегда со мной плохо обращается. Потому я открою Вам двери сам! Тут действительно дверь открывается... Вор в шоке. Голос опять: — Берите мешки около двери, там все имущество. Хозяин специально его сложил. Собирается переезжать. Берите быстрее! У меня чип, который все равно через 1 минуту вызовет милицию! Быстрее!!! Вор хватает мешки и пулей убегает... Прошло три часа, хозяин возвращается домой. Голос: — Здравствуйте, хозяин! Мусор вынесен!

«Однажды я отпевал молодую женщину,— вспоминает отец Лонгин.— Была зима. Смотрю, после отпевания на могиле остались четверо мальчишек. Все ушли, а они стоят совсем замерзшие, в резиновых сапожках на босу ногу и не идут никуда. На улице мороз градусов 20. А самый маленький из них был еще крошечка. Я спрашиваю: «Что вы не идете домой?» А они мне говорят: «Мы без мамы не пойдем. Нам идти некуда». Отец-то от них ушел, а мама вот умерла. «Ваша мама теперь на небесах,— говорю.— Пойдете ко мне жить?». Кивают. Ну, я и привез их в монастырь. Буквально через пару месяцев к воротам подбросили новорожденную девочку в коробке от бананов. Мама родила ее под Новый год, в коробку бросила и принесла к нам. Сколько она там лежала в мороз, не знаю. Я взял ее в руки, она была холодной как камень. Совсем замерзла. Мы скорее отвезли ее в больницу. Все врачи говорили, что шансов нет. Но с Божией помощью девочку удалось спасти. Врачи сами дали ей фамилию Счастливая. А назвали мы ее Катенька». Степку батюшка встретил в интернате для детей-инвалидов. Безрукий мальчишка выскочил вперед и прочитал отцу Лонгину стихи собственного сочинения. Потом он ходил по пятам за священником с матушками, а когда тот собрался уезжать, Степа прижался лицом к рясе и попросил: «Заберите меня, пожалуйста, отсюда!». Батюшка заплакал и увез Степу с собой. «Мы сначала думали: ну заберем 50. Потом — 100. Затем решили — и 150 ребятишек сумеем досмотреть, но… Они ж, бедные, так настрадались за свою еще коротенькую жизнь, что сил нет у меня: знать, как им больно, и не забрать к себе! И когда их было уже 200, считал — ну это все! Но как же «все»?.. Теперь говорю, наверное, 300 будет». Приют принимает детей со всей страны, в том числе и инвалидов. Некоторые из детей болеют ДЦП, раком. Для 50 ВИЧ-инфицированных детей построили отдельный корпус. Благодаря стараниям батюшки в приюте появились и великолепные медицинские кабинеты, и самое современное оборудование. С 90-х годов Александр вместе с единомышленниками построили для детей спортзал, игровые комнаты, бассейн, вольер с павлинами и даже конюшню для пони. До сих пор не верите в светлых людей? Они среди нас.

Девочка и птица с перебитым крылом Каждое утро девочка проходила мимо парка по дороге в школу. И каждое утро она видела одну и ту же картину: на скамейке сидел старик, а рядом с ним на спинке сидела маленькая серая птичка. Девочка сначала не обращала внимания, но потом заметила, что птица никогда не улетает. Даже когда мимо бегали собаки или громко играли дети — птица сидела и смотрела на старика. Однажды девочка не выдержала и подошла. — Почему ваша птица не улетает? — спросила она. Старик улыбнулся и протянул руку. Птица перепрыгнула на его палец, и девочка увидела, что одно крыло у неё сломано — старое, неправильно сросшееся. — Её подбил мальчишка из рогатки два года назад, — сказал старик. — Она упала, и я подобрал её. Кормил, поил, сделал для неё маленькое гнездо дома. Она поправилась, но летать уже не могла. — И теперь она живёт у вас? — спросила девочка. — Нет, — ответил старик. — Она живёт здесь. Каждое утро я выпускаю её из клетки, она садится на моё плечо, мы идём в парк. Она может уйти в кусты, доползти до дерева, попробовать взлететь. Но она остаётся со мной. — Почему? — удивилась девочка. — Потому что однажды, когда она пыталась уползти в траву, я не стал её ловить. Я сел на скамейку и ждал. Через час она вернулась. Она поняла, что я не держу её. Что она может уйти — и я не буду злиться. И тогда она выбрала остаться. Девочка посмотрела на птицу. Та сидела на пальце у старика и чистила пёрышки. — А если однажды она всё-таки уйдёт? — спросила девочка. — Значит, ей так нужно, — сказал старик. — Я буду помнить её. И буду рад, что два года у меня было это маленькое чудо. Девочка выросла. У неё было много друзей, потом муж, потом дети. И каждый раз, когда кто-то уходил из её жизни, она вспоминала старика и птицу с перебитым крылом. Она не держала. Она ждала. И иногда они возвращались. А иногда нет. Но она ни разу не пожалела, что отпустила. Огромное вам человеческое спасибо за каждый лайк и подписку..💞

«Маленькое счастье» — так один человек это называл. Он рассказал мне, как пережил трудные и тяжелые времена. Иногда такие времена бывают в жизни. Он оказался в крошечной комнатке на окраине, убогой и бедной: кроватка и тумбочка влезли. Без окна была комнатка, кладовка даже. Лампочка под потолком. Плитка и чайник. Денег почти нет, полное одиночество и самочувствие так себе — так вот случилось. И работу он не мог найти долго. Была холодная и промозглая осень, грязь и тоска. И впору было повеситься, как советуют романтические поэты. Впрочем, они иногда так и поступают… А этот Игорь рассказал вот что; я, говорит, стал гулять подолгу по улицам. Холод страшный, грязь, сыро. А я гуляю. Иду и иду. Гуляю и гуляю. Пока не продрогну до костей, не озябну страшно, пока ноги не промочу в худых ботинках… Пока от усталости не зашатаюсь, не задрожу от холода. И тогда я возвращался домой, в свою комнатку в подвале. И она казалась мне такой уютной и теплой. И я ставил чайник на плитку. И пил горячий чай с сахаром — я специально приберегал на вечер чай и сахар. А потом варил картофельный супчик и ел его, горячий, с хлебом. И ложился с хорошей книжкой на кровать, укрывшись одеялом. Мне было тепло, сытно, уютно и безопасно. И я засыпал уставшим и согревшимся — не было у меня сил ни о чем думать, тревожиться, переживать. Я сам себе делал маленькое счастье. И так выжил, пережил тяжелые времена — со своим маленьким теплом, уютом и счастьем. Потому что это счастье — после холодной и темной улицы прийти домой, в тепло. Иметь дом — это маленькое счастье. Пить сладкий горячий чай с хлебом — маленькое счастье. И читать перед сном хорошую книжку в своей постели — это маленькое счастье. И это каждый может себе позволить и устроить, даже если все остальное пока так себе. Надо ценить то, что есть. И научиться радоваться этому. И искать выход, конечно. Или просто — переживать трудные времена.

«Пошла вон, попрошайка!» — орала продавщица на старушку. Кофемашина за стойкой издала громкий шипящий звук, выплюнув облако пара. Даша поспешно подставила картонный стаканчик под струю горячего напитка, стараясь не обращать внимания на скандал, разгоравшийся в другом конце зала. В пекарне с самого утра стоял аппетитный аромат свежего теста и ванильной пудры. Но уютную атмосферу вдребезги разбивал пронзительный голос Оксаны — старшего кассира. — «Пошла вон, попрошайка!» — орала продавщица на старушку, брезгливо отодвигая по стеклянной витрине поднос с утренними круассанами. — Я тебе что, касса взаимопомощи? Нет денег — нечего по приличным заведениям ходить! Даша закрыла кран кофемашины и выглянула из-за высокой стойки. У кассы стояла маленькая, сгорбленная женщина. На ней было чистое, но заношенное серое пальто. В узловатых руках она судорожно комкала пустой тканевый мешочек. — Доченька, не ругайся... — голос старушки дрожал. Она часто моргала, опустив глаза на кафельный пол. — Я ведь только вчера пенсию получила. В платочек завернула, в карман положила. А сейчас сунулась за хлебом — нет платочка. Вытащили, наверное, в автобусе. Мне бы только батон вчерашний, самый дешевый. Я завтра с соседкой договорюсь, принесу копеечку... — Охрану сейчас позову! — Оксана хлопнула ладонью по терминалу оплаты. — Давай, шагай к выходу, не загораживай витрину. Пожилая женщина тяжело вздохнула, развернулась и, медленно переставляя ноги, побрела к стеклянной двери. Даша бросила полотенце на столешницу. Ей стало не по себе от такой несправедливости. Она выскочила из-за стойки, на ходу доставая из кармана рабочего фартука банковскую карточку. — Подождите! — Даша догнала старушку у самого выхода и осторожно тронула за рукав. Ткань пальто оказалась влажной. — Оксана, пробей тот большой нарезной батон и слойку с вишней. Я плачу. — Совсем с головой не дружишь? — скривилась напарница, громко клацая ногтями по экрану кассы. — Сама за комнату в коммуналке каждый месяц трясешься, а тут благотворительность разводишь. Ну давай, корми всех подряд. Даша проигнорировала ее слова. Она взяла теплый бумажный пакет с выпечкой и вложила его в дрожащие руки женщины. — Это вам. И возвращать ничего не надо. Меня Даша зовут. Старушка подняла голову. В ее глазах стояли слезы. — Спасибо тебе, Дашенька. Дай бог тебе здоровья. Я ведь...

Мне личнo пoмoгает фраза oднoгo мoнаха. Очень прoстая. Он гoвoрил: «Гoспoдь даёт нам сил рoвнo на oдин день.» Не надo пoка думать o будущем. О тoм, как завтра встанешь и чтo предпримешь. И чтo будешь чувствoвать. Надo вoт этoт день прoжить и максимальнo вылoжиться. Преoдoлеть труднoсти настoлькo, наскoлькo мoжешь. Сделать стoлькo шагoв, наскoлькo хватит сил именнo в этoт день. Пoтoму чтo на oдин день силы всегда даются. А завтра… Завтра все мoжет измениться к лучшему. И чёрные тучи начнут пoстепеннo уплывать за гoризoнт. Главнoе — день прoжить Анна Кирьянoва

🔴 Официально: Утвержден новый график перерасчета пенсий и дотаций с 1 числа! В Госдуме приняли окончательные поправки в социальный кодекс. Теперь размер ежемесячной надбавки для граждан старше 45 лет фиксируется не только по стажу, но и строго по новым возрастным коэффициентам. Первые автоматические зачисления начнутся уже на этой неделе. Максимальная прибавка составит 17.450 рублей (в зависимости от региона проживания). Никаких справок собирать не нужно — деньги придут на ту же карту. Выберите вашу текущую возрастную категорию, чтобы проверить, какая сумма назначена лично вам

Ты точно останешься в мыслях И будешь мне сниться во снах, Мой самый любимый и близкий, Вот только меж нами война. Молчаньем мне душу изводишь, И в сердце пробоин не счесть, С ума планомерно ты сводишь — Как смог ты мне в душу залезть? А сил почти не осталось Бороться с тобою за нас. Сто раз я с тобою прощалась И снова давила на газ. Но ставишь последнюю точку, Приму тишину как ответ. Неистово нужен мне, срочно, Но вновь не в сети абонент. 🖋️ Сонина Наталия Огромное вам человеческое спасибо за каждый лайк и подписку..💞

Она мне родней всех будет, хоть и чужая. Жил у нас в деревне мужик один, звали его по документам Петром, только в жизни все больше кликали Помидором. Почему Помидор? А кто теперь скажет. Помидор с виду был совсем невзрачный мужичок: и ростом невелик, и с лица не красавец. Он и в молодости не отличался особой привлекательностью, а еще был криклив, чуть что - сразу спорить начинал. Надо ли говорить, что у девушек Помидор успехом не пользовался. К какой не подойдет на улице (гулянье молодежи), везде отказ. Подошел как-то к Галинке-свинарке, а она, хоть и имела самую обычную внешность, мало того что отказала, еще и посмеялась над Петрухой. Разозлился Помидор и сказал, что это не он плох для местных невест, а они все никуда не годятся. - Я себе и получше найду! И ведь нашел! Привез откуда-то молоденькую девушку- красавицу. Коса в руку толщиной, глаза огромные, стройненькая. Помидор рядом с ней улыбкой сияет, вот как всех уел. Июль. Люди сначала судачили, что эта девушка, Маруся, долго не задержится в нашей деревне, найдет себе кого поудобнЕй в плане внешности. Но Маруся никуда уезжать не спешила, работала на свекле, хозяйство с мужем развели. Как-то незаметно появились в семье трое ребятишек. Вот уже старший школу закончил, Маруся к сорока годам расцвела еще больше, в бабью пору вошла, говорили про нее в деревне. Все уже давно поняли, что она любит своего Помидора, как вдруг новость: Маруся от Петьки ушла. - Как ушла, куда? - А уехала куда-то на юг. Помнишь шабашники у нас дома строили, так вот к ихнему бригадиру подалась. - Да как так-то, ведь никто не примечал за ней. - А так всегда, в тихом омуте, сам знаешь, кто водится. Маруси не было с неделю, а потом она пришла домой. Шабашник-то женатым оказался. Приехала Маруся к нему, а там жена и дети. Ну, жена ей трепку и устроила. Зачем же он адрес дал? Не давал, она вызнала у кого-то из бригады. Вот тебе и тихоня, вот тебе и помидорова жена! Первые ночи Маруся на сеновале ночевала, дети звали в дом, но муж молчал, и она не осмеливалась. Потом он буркнул: - В хату иди, не кошка по сеновалам скитаться. Стали жить каждый в своем углу, но постепенно жизнь начала налаживаться. Вроде и не было этих шабашников. Но как-то вечером, когда Помидор был у соседей, прибежала дочка его: - Папа, мама умирает! Помидор домой, соседка с мужем за ним. - Да она рожает ведь! За машиной иди, - сообразила соседка. - Как рожает? - растерялся Помидор: - Не должно у нас. - У тебя не должно, а у нее вона, - засмеялась соседка. Маруся родила дочку. Смуглая черноволосая девчушка была копией того бригадира. Да Помидор и так знал, что не его это ребенок, но девочку в сельсовете записал, как и других детей, сам. - Петрух, неужто чужого ребенка кормить будешь? - спросила, не удержавшись, сельсоветская уборщица. - Она мне, может, родней всех будет, хоть и чужая, - огрызнулся мужик. Как в воду глядел, маленькая Маринка ходила за ним по пятам, кому Помидор, а ей родной отец. И он для дочки ничего не жалел, любил без памяти, ведь не тот отец, кто родил, а тот, кто растил. Замуж Маринка вышла уже после смерти Помидора, сынка своего назвала Петей.♥️

Свекровь выставила меня с вещами и привела мужу другую. — Вон отсюда, Леночка. Из квартиры, из штатного расписания, из нашей жизни. И халат сними, он на балансе предприятия. Антонина Павловна стояла в дверях моей же квартиры, скрестив руки на груди. Рядом с ней переминался с ноги на ногу Артём. Мой законный муж. Точнее, биологическая оболочка того человека, за которого я выходила три года назад. За его спиной маячила какая-то девица — губы уточкой, ресницы до бровей, взгляд мутный. — Вещи твои в пакетах, — свекровь кивнула на кучу тряпья, сваленного прямо на грязный кафель подъезда. — Артёмка заслужил нормальную женщину, а не сухарь в лабораторных очках. Ты ведь даже суп сварить не способна, всё графики свои чертишь. Я молчала. Воздух в подъезде пах хлоркой и чьей-то жареной рыбой. Соседка из сорок восьмой приоткрыла дверь, жадно впитывая каждое слово. Антонина Павловна это чувствовала — она любила публику. Директор крупнейшего молочного комбината области, «железная леди» местного разлива. — И про патент забудь, — подал голос Артём. — Мама подписала приказ. «Снежная королева» — это теперь разработка коммерческого отдела. То есть моя. Премия уже на счету, мы на Мальдивы летим. Завтра. Я смотрела на него. На эти руки, которые ещё вчера гладили мою спину. На этот рот, который клялся в любви. Сейчас этот рот радовался украденным деньгам. Моим деньгам. Год жизни в лаборатории, сотни тестов, бессонные ночи над чашками Петри — всё ушло в карман Артёмки, потому что маме так захотелось. — Ключи на полку положи, — Антонина Павловна протянула ладонь с безупречным маникюром. — И не смей звонить. Квартира Артёму досталась от деда, ты тут никто. Я медленно сняла с плеча сумку. Руки не дрожали — они были холодными, как жидкий азот в моих охладителях. Достала связку. Положила в её ладонь. Тяжелый металл звякнул, как приговор. — Вы уверены, Антонина Павловна? — голос мой звучал ровно, почти документально. — Прямо сейчас? — Уверена. Пошла вон...