Аналитика каналаMaxХьюстон, у нас проблемы

Много лет спустя после переезда в столицу я наконец-то почувствовала себя москвичом. Дело в том, что мы с бывшим супругом стали обладателями квартиры, которую собирались сдавать в аренду. Стали мы настоящими домовладельцами! Мы мечтали, что квартиру будут снимать очень приличные люди, попивать по вечерам чаёк и обсуждать последние театральные постановки. Чаёк квартиранты действительно активно попивали, потому что через пару недель вышел из строя чайник. Одним летним днём пришла бронь от некоего Александра с грозной припиской: «Буду на месте только ночью. Всё должно быть идеально!» Бывший муж сразу же связался с грозным арендатором, чтобы уточнить детали: — Здравствуйте, Александр, вы указали, что хотите заехать только ночью. Подозреваю, что ночью пить чай вы не будете — просто у нас в квартире не работает чайник. Надеемся, что это не вызовет сильных неудобств. — Что значит не работает чайник? Больше всего на свете я люблю чай. Делайте срочно что-нибудь или я влеплю вам два балла в отзывах! Нам попался редкий вид — чаелюб, и угрозы его были абсолютно реальны. Чаеманы — это отдельная категория арендаторов. Заходя в квартиру, они сразу же проверяют — работает ли чайник. Никогда не знаешь, чего ожидать от чаефила, если на ночь он не заварил себе чашечку молочного улуна. Угрозы не были выдумкой, а двойка в отзывах могла зарубить наш только что вставший на рельсы бизнес на корню. До заселения опасного Александра, зависимого от чайных пакетиков и кипятка, оставалось несколько часов. Времени в обрез. Мы стремглав понеслись в ближайший магазин, чтобы купить новый чайник. По советам консультантов был выбран один из самых крепких и устойчивых. Сразу после оплаты чайника, муж побежал скорее устанавливать его в квартире. Заодно были куплены несколько упаковок хорошего ройбуша, чай с бергамотом и молочный улун. По заверениям Александра прибыть он должен был только ночью, и сразу же начать хлестать чай из всех кружек. Я даже представляла, что у него куча щупальцев и в каждом будет по чайной чашечке. Через час бывший муж был уже на пороге квартиры. Он повернул ключ, распахнул двери и увидел картину. Рассказываю с его слов, поэтому извините за сумбур: — нецензурное вступление… Ты представь, я открываю двери, чтобы поставить чайник, ну он же сказал, что приезжает ночью... Нет мне никогда этого не забыть, ко мне это во снах ещё приходить будет. — Успокойся, глубокий вдох, что ты там видел? — Александр этот голый стоит, ну не совсем голый, ремень у него только на поясе и за поясом штука какая-то огромная чёрная. Ружьё, наверное, ведь из ванны вышла тётка с лисьим хвостом и ушами. Охотится на лис он, видимо. — Они видели тебя? — Конечно, видели. Я встал как вкопанный в дверях, стою молчу, держу этот проклятый чайник в руках. — И что потом? — Что-что? Пару секунд стояли молча, потом положил коробку с чайником на пол, сверху пакетики с этими, будь они прокляты, чаями, вышел и закрыл двери за собой. — И никто не произнёс ни слова? — Карина, бл&, а что тут скажешь??? На следующий день Александр даже не сообщил нам, что выехал. Бывший муж наотрез отказывался заходить в квартиру первым, поэтому эту миссию взяла на себя я. Квартира уже была пустая. Пока я проверяла все углы на наличие спрятавшегося голого Александра, муж стоял за дверью, обдумывая, за сколько походов к психологу он сможет прожить эту травму. — А охотник на лис-то нам врал! — крикнула я из квартиры. — Что там? — испуганно спросил бывший муж. — Никакой он не чаефил и чаеман — чайник так и лежит в коробке нераспакованный. Не чай он пил этой ночью, не чай. Через пару дней нам пришла оценка от Александра. Он поставил пять баллов и оставил отзыв: «Прекрасные хозяева, очень чистая и уютная квартира, вся техника работает и огромный выбор чая — что очень важно для таких любителей, как я. Советую всем нашим!» — Что значит «нашим»? — испуганно спрашивал меня бывший муж. — Ну «ихним» — чаеманам, видимо, — закатилась от смеха я😂

В нашем районе есть три точки, в которых народ может приобрести табачные изделия. Две из них предлагают населению ещё и алкогольные, но, чтобы получить эти человеческие пороки, всегда требуется паспорт. В третьей же — специализированной табачной точке — работают две армянки и такими формальностями пренебрегают.  Пару раз в месяц Арсений просит меня заскочить в одну из этих точек и купить ему сигарет. Если в этот день я взяла удостоверение личности, то путь открыт в любую из них, если же я без бумажки, то окончание вы все знаете, и я иду к армянам. У армянок в табачном отделе всегда очередь из покупателей. Эх, если бы вы видели, как они продают. Они в лицо знают каждого, всегда рады ему, помнят, за какой маркой он пришёл, и встречают любого покупателя, как дорогого гостя. Однажды они всё же спросили у меня паспорт, но, получив ответ, что удостоверения у меня с собой нет, ответили: «Только в ваших глазах мы видим мудрость прожитых лет, но выглядите вы как молодая девчонка!» В общем, чертовки эти — продавщицы от Бога. И вот я не видела улыбчивых армянок месяц. Вчера, волею судеб и слёзных просьб из тёплого дома, я снова очутилась в их табачной лавке. Встала в конец очереди и услышала, что голос за кассой совсем не тот. Не весёлый и озорной с армянским акцентом, а тихий, но серьёзный и даже суровый. За прилавком стояли не радушные армянки, а юная светловолосая девчушка. В этот момент она как раз задавала вопросы покупателю, прожигая его взглядом. — А вы давно курите? – вдруг спросила она мужичка, который только что озвучил свой заказ. — Ээээ, — замялся тот, не ожидая таких расспросов в табачной лавке. — Лет с двадцати. — Началось! — вдруг зашипели люди в очереди, и я поняла, что новая продавщица тут не первый день. — Не думали бросить? — так зыркнула девчушка за прилавком на мужика, что тот от неожиданности аж закашлялся.   — Я вообще-то тороплюсь! — замялся бедолага, пихая деньги в окошко продавщице, засланной сюда самим Министерством Здравоохранения. — Я тоже курила! — продолжила девчушка свою лекцию, — но нашла в себе силы бросить. Да было тяжело… — А можно как-то побыстрее, мне ещё продуктов купить надо! – не выдержала дама за мной. Казалось, вот прямо сейчас в этом маленьком табачном киоске и разразится бунт курильщиков, как в далёком 1990-м году. Каким образом эта маленькая светловолосая девчушка с благими намерениями устроилась на работу именно в табачный отдел, я не понимала. Скорее всего армянок заставили её взять на работу по какому-то новому закону, о котором мы не знали. Наконец очередь дошла до меня. — Мне одну пачку сигарет, — протараторила я, не смотря девчушке в глаза.  — А вы давно курите? — не увернулась я от стандартного приветствия новеньких, а вся очередь вздохнула так громко, что их услышали даже в рыбном. — Это не мне, — прошептала я, и очередь одобрительно закивала головой, не понимая, как они сами до такого не додумались. — А для кого? — прищурился «худший продавец года». — Муж заказал! — уже решила я, что в этой битве одержала верх, но продавщица вдруг поставила шах. — Не думали убедить мужа бросить курить?! Повисла пауза. Вся очередь замерла, ожидая верного ответа. Мои шестерёнки в голове тоже скрипели так громко, что девчушка поняла, что нужен дополнительный вопрос. — Вы разве не хотите, чтобы он был здоровым и прожил долгую жизнь? Я повернулась к очереди за помощью, но в их глазах читалось, что тут каждый сам за себя. Вспотев от умственной деятельности и проигрывая в голове, как я дома швырну эту пачку и прокричу, что больше никогда не пойду за проклятыми сигаретами, я смело взглянула в глаза девчушке и выпалила так уверенно, что у сотрудницы Министерства глаза на лоб полезли. — НЕ ХОЧУ! Быстро удаляясь из табачного, краем уха я услышала, как следующая женщина в очереди громко отвечала у кассы, не дожидаясь вопросов: — Я тоже мужу беру. И да — я тоже не хочу, чтоб он жил долго и счастливо — как предыдущая отвечающая! Ах ты, гадина хитрая, списала у меня!

Я к вам сегодня пришла не с пустыми руками, а с очень важными советами! Аж с двумя. Никогда не носите тесные джинсы и не закидывайте ногу на ногу. Это очень вредно и может привести к ужасно неловким и даже позорным последствиям. Ну всё, я вас предупредила, а теперь расскажу, что будет, если вы меня не послушаетесь. Начну с того, что я страшно пугаюсь, когда у меня отнимается нога. Знаете же такой эффект от слишком долгого сидения на фаянсовом друге? Засиделся на троне, захваченный книжкой или зырингом телефона, встаёшь с трона, а ногу-то и не чувствуешь. Нога отнялась! И вот я никогда в такие моменты не встаю на отнявшуюся ногу! Я боюсь, что встану на бездыханную конечность как-то не так, подверну её или вообще сломаю к чертям. В больничке буду, краснея и позорясь, выдумывать при каких обстоятельствах сломала её. Врать, что вообще-то бежала марафон, но на последних километрах, уже фантазируя о золотой медали, упала, не заметив, что на участке опять меняют бордюры. Вчера я ждала автобус на остановке. Конечно же, полезла в телефон и начала листать эти дурацкие видосики. Там рассказывали, как похудеть, помолодеть, разбогатеть, ничего не делая, и какое шампанское в Магните – самое лучшее. Чертяги, откуда-то вычислили все мои интересы. Целых 20 минут я пучеглазилась в телефон, закинув ногу на ногу! А меня ещё с детства мама предупреждала, что так сидеть нельзя. Будет варикоз, хондроз, сколиоз и может даже понос. Но может за один раз ничего бы не случилось, но в этот день я ещё и надела на себя очень узкие джинсы! Джинсы, которым уже 6 лет. Которые давно шепчут мне, что пора их отправить в мешок до лучших времен и перестать растягивать на себе, будто сейчас не двадцать первый век, а снова Святая инквизиция. Так я и просидела в узких джинсах, закинув ногу на ногу, целых 20 минут. Ровно до того момента, когда прибыл долгожданный автобус. Выключила глупые видосики, встала и ощутила, что нога-то у меня одна! Вторая отнялась! То ли от сидения в страшной позе, то ли от узких джинс, но скорее всего от того и другого. И что же делать? Просидеть ещё 20 минут на остановке, разминая ногу, или наплевать на все страхи, доковылять всё же до автобуса? Собралась я с силами, подхватила свою бездыханную ногу и поковыляла. Ковыляю потихоньку, волоча левую за собой. За поручни уже схватилась, ногу в автобус закинула, двери автобуса закрылись. И тут прямо передо мной встаёт женщина, с добротой, которой в общественном транспорте не место, смотрит на меня и говорит. — Вот, садитесь на моё место! Честно говоря, я сперва дважды два-то и не умножила. Решила, что женщине этой на следующей остановке выходить, а так как вокруг меня толпились только мужики и молодёжь, то и передать она захотела своё место по наследству именно мне. Но на следующей остановке женщина не вышла. И на второй, третьей и четвёртой. Ещё и с такой жалостью смотрела на меня, когда ногу я натирала, щипала и постукивала. Тут-то я причину со следствием и свела. Видела она в окно, как я от остановки ногу свою бездыханную тянула и в автобус её забрасывала. Решила она, что болеет у меня нога чем-то! Знали бы вы, как я молилась, чтобы добросердечная женщина вышла раньше меня. Уговаривала даже себя доехать до конечной. Ну что подумает эта добрая самаритянка, когда я выйду на своих двоих? Что я врулина, сумасшедшая, или моя нога чудесным образом исцелилась от общественного транспорта, и я снова могу ходить? Ну в общем, вышла я всё же на своей остановке, но излечиться не смогла. Хоть ногу уже и чувствовала пять остановок назад! Так и поковыляла из автобуса, подбирая нерабочую ногу. Для пущей театральности вздыхала, охала и просила всех разойтись. Шкандыбала я, пока автобус не скрылся за углом. И на всякий случай ещё и до дома так решила дошаркать. Ну а вдруг кто-то всю дорогу шёл за мной с остановки. Стыдно как-то на полпути взять и излечиться😂

В школьные времена у меня часто просили списать. Домашку на перемене, задачу на контрольной, верные варианты на тесте. Списывать я давала, а вот сама этим навыком не обладала. Ни у соседа, ни со шпор, ни с учебника, который неумело держишь на коленях, а он потом с грохотом падает на пол во время контрольной. В этот волнительный и важный момент у меня начинали трястись все имеющиеся поджилки, а руки потели так, что ручка уплывала в соседний кабинет. Вот моя подружка Ирка списывала виртуозно. Она прятала шпоры под одеждой, в калькуляторе, заплетала шпаргалки в косу и даже крепила на спину впереди сидящего одноклассника. Но главное даже не сами шпоры, а умение ими воспользоваться. Она это делала без зазрения совести и намёка на страх. Говорят, что животные чуют страх, вот мой вселенский ужас точно чувствовали учителя, потому что глаз с меня не сводили. Своим нелепым поведением и напуганным  лицом  я всегда сигнализировала: «Сейчас я полезу за шпорой». Однажды мы готовились к очень сложной контрольной по алгебре. Мы сидели с Иркой за одной партой и решили, что каждая возьмет на себя ровно половину формул. Часть шпор сделает Ирка, а оставшуюся — я. Всё было подготовлено, но на уроке Анна Николаевна объявила: «Ученики, рассаживаемся по одному, парт хватает».  План был провален. Половина шпор отчаливала с Иркой за другую парту, а вторая часть оставалась со мной. На пятёрку никто из нас и не надеялся, хотя бы четыре получить совместными усилиями. Теперь же четвёрка, делённая ровно на половину оставшихся шпор, маячила двояком. А двояк шёл в комплекте с ограничениями, лишениями, поучениями и самыми жёсткими санкциями. Безрадостная перспектива. Контрольная началась, и Анна Николаевна как коршун парила над нами, отслеживая тех, кто рискнёт пойти на отчаянный шаг. Она могла понять даже по смене дыхания, что ученик подумал о списывании. Моргнул не так, потянулся за линейкой, посмотрел вдаль — планируешь каверзный финт. И вот через 10 минут я слышу шипение. Ирка с присущим ей бесстрашием окликает меня с соседней колонки: — Карина, Карина, мне нужна стиралка — я забыла взять. Нет, не эту, вот, вот ту — огромную белую. Только аккуратно кидай её, чтоб не улетела и попала мне прямо в руки. Я в этот момент была уже белее мела, потому что знала, что именно эта огромная белая стирательная резинка с обратной стороны вся исписана формулами. Если она приземлится на пол или на чью-то парту, то мы спалимся с потрохами. Я укоризненно машу Ирке головой: «Ничего я тебе бросать не намерена, стирай как хочешь». — Карина, бросай мне стиралку срочно! — шипит ещё громче Ирка, привлекая внимания всего класса. Анна Николаевна строго смотрит на нас, но в диалог наш не вмешивается. Ну не поделили две девчонки стиралку — ничего подозрительного. На контрольных и не такое бывает — нервы на пределе. Под тяжёлым взглядом Ирки я всё же беру эту проклятую стиралку своими потными ладошками и рассчитываю траекторию — угол, сила броска, область приземления. Вроде бы, готова — замахиваюсь и со всей силы отправляю шпору в руки подруге. Пока резинка с заданной скоростью летит в цепкие ладошки Ирки, коршун резко срывается с места и пытается перехватить подозрительную стиралку. Многолетний опыт в школе Анне Николаевне подсказывает, что резинка-то не простая, а с подвохом. Учитель математики, а не физкультуры прыгает вперёд и ловит шпору. Глазом. Огромная, белая, вся в шпорах стиралка попадает ей ровнёхонько в глаз.  Говорят, что списывание — это талант. В тот день списали многие, потому что бедная учительница побежала в медкабинет проверить подбитый глаз. Организовать такое мог только очень талантливый человек или я😅

Однажды я устроилась на работу и помимо рабочих обязанностей сразу начала худеть. Это были те времена, когда женщины ещё ничего не знали про безусловное принятие себя со всеми морщинками и лишним весом, а, значит, без устали худели. Я тоже худела, потому что от коллектива отпочковываться нельзя. Особенно от женского. За обедом, со слезами уплетая говяжью котлетку с пюре, мы с коллегами делились нашим твёрдым намерением к весне похудеть. Яростно вгрызаясь в отбивные, изобретали рецепты овсяноблинов и овсяносырников, овсянокотлет и овсянопирожков. Бедная овсянка тряслась от страха на полках архангельских супермаркетов, ведь мы собирались смести её будто ураган Катрина. Коллективно приступив к диете, настроение у нашего женского коллектива резко ухудшилось. Неделями мы сидели на кефире и всевозможных кулинарных изысках из проклятой овсянки. Из нашего рациона было исключено всё сладкое, солёное жареное и улыбающееся лицо. Улыбалась только Анька! И мало того, что улыбалась! Она ещё и худела, зараза, быстрее всех нас. Каждое утро эта грациозная лань делилась досадными для нас новостями: «С утра взвесилась — снова почти минус килограмм!» На одном из обедов чрезмерно худая и улыбчивая Анька подсела ко мне и тихонечко прошептала на ухо: — Карин, попробуй «Летящую ласточку»! — Это упражнение какое-то? — воодушевилась я, вспоминая, в какой позе ласточки летают. — Нет, это чай такой. Он мягко очищает организм, выводя все лишние килограммы. — Слабительный что ли? — поняла я, что Анька-то наша мухлюет. — Мягкоочищающий! — повторила Анька. — Только пей его на ночь! Запомни! Утром и днём нельзя! После работы я летела в аптеку. Никогда ещё архангельские фармацевты не слышали с порога таких яростных криков: «Летящую ласточку, срочно мне летящую ласточку!» Запомнив все указания Аньки, мягкоочищающий чай я выпила на ночь, а уже в три часа ночи поняла, что этот его нужно было обозвать не «Летящей ласточкой», а «Реактивной системой залпового огня».  С 6 утра я больше не уснула и взяла на работу это оружие, чтобы уточнить у подруги — то ли я пью. Формулировка звучала как «мягкое очищение», а не принудительное опустошение! Монтажная склейка и мы перенесимся от худеющих женщин к мужчинам в коллективе. Точнее одному конкретному. Андрюше. Он про наше похудение не знал ничего. Андрюша был не только ужасным работником, который совсем не хотел продавать северным людям корейские иномарки, но и большим чаеманом, чаелюбом и чаефилом. Чаи он гонял виртуозно, только вот не свои. В шкафчик с общественным и чужим личным имуществом свои запасы не складывал, на мужской общак не сбрасывался тоже. Однако всё равно пил. Мой северный дедушка тоже обожал сидеть за столом, причмокивая пятой кружкой чая, и утверждал, что можно лишить человека всего, но чай забрать у него нельзя. «Цай дырочку найдёт!» — приговаривал он, наливая шестую кружку. В тот день Андрюша тоже пил чай. И не раз. Первые три раза, когда его рука ползла в общественный чайный шкафчик, сама Вселенная его отводила от упаковки с китайской женщиной и ласточкой на упаковке. В четвёртый раз и она сдалась. Далее события развивались стремительно. В кои-то веки, сидя за столом с клиентом, Андрюша почувствовал приближающийся эффект «мягкого очищения». И сопротивляться ему никак не мог! Со скоростью ракеты «Циркон» он побежал в клозет, провожаемый удивлёнными взглядами окружающих. Я тоже тогда ещё не знала причину побега, и что он вероломно украл мою Ласточку.  Из сортира Андрюша вышел бледный, напуганный и похудевший на пару килограммов точно. С работы нерадивого сотрудника в тот день отпустили, переживая, что он подхватил некий вирус, которым может заразить сослуживцев. А дед мой был, конечно, прав. Чай свою дырочку всегда найдёт. Иногда даже не ту, на которую надеялся🤣

Начало ⬆️ Ещё через час к тёте Вале заглянула бессонница. Она решила зайти к внучкам в комнату, чтоб полюбоваться их сопящими лицами и не обнаружила старшую. Напугавшись, растолкала мелкую и призвала к ответу. Лерку в партизаны бы никогда не взяли, поскольку её даже не пришлось запугивать. Ей так хотелось спать, что она сдала старшую сестру с потрохами. Но обещание своё выполнила и сообщила бабушке, что по имени звать сестру не надо. Чтоб дед не услышал и перед друзьями не опозориться. Накинув своей самый красивый белый халат, тётя Валя мигом поскакала во двор пятиэтажки, где подростки предавались страшным по тётивалиным меркам утехам. Бежала она так, что волосы развевались на ветру, представляя, как внучку за патлы оттаскает и закроет в доме на всё лето. Но, приблизившись к толпе, смягчилась. Дело молодое, ей тоже когда-то хотелось с мальчишками кокетничать, истории слушать и смеяться по ночам. Решила тётя Валя подкрасться к молодёжи незаметно. Зоркие же глаза ребят заприметили крадущуюся фигуру в белом одеянии издалека. Только вот разобрать никак не могли, кто же именно к ним приближается. Решили даже на секунду, что это призрак из их страшных историй. Наконец тётя Валя подкралась вплотную, с осуждением зыркнула на старшую в темноте и чтоб не позорить её сильно перед друзьями, прокричала «Кукаааареку!» Тут уж и дед, наверное, проснулся, потому что половина компании визжала от смеха на всю улицу, а вторая — разбежалась с криками, что привидения уже кукарекают😂

15 лет назад мы с бывшим мужем заезжали на старенькой приоре в Москву. Мы тогда думали, что, переезжая в столицу, совершаем путешествие на машине времени. Из провинциального городка в самый центр нашей Родины, где прогресс скакнул далеко вперёд, а люди продвинутые и свободные.  Первым делом нужна была квартира, и в те времена найти её без риелтора было невозможно. Риелторы вершили судьбы приезжих, решая, кто из них достоин крыши в столице. В интернете нашли телефон Анны Вячеславовны. Анна сразу обозначила, что найти пристанище в продвинутой столице не так просто, и очень важно понравиться домовладельцам. Ей мы нравимся, но ещё больше понравимся с деньгами, которые привезём на встречу. Термин «домовладельцы» мгновенно резанул мой слух и выстроил в голове цепочку – «домовладелец, землевладелец, крепостное право и оброк». Риелтор скинула нам адрес на севере Великого княжества Московского и настрого завещала: «Никаких животных, вредных привычек, выглядеть опрятно, со всем соглашаться. Домовладелица — придирчивая дама, заслуженный педагог с 40-летним стажем, коренная москвичка в пятом поколении. Сама живёт не у МКАДа, куда мы заселяем вас, а в сталинке на Соколе. Потому что она — интеллигенция». Мы ничего тогда не поняли. Даже смутно представляли, что такое МКАД, и почему рядом с ним не живёт интеллигенция. Куда уж нам было уразуметь про какой-то там Сокол. Подъехали к дому и поднялись на 12 этаж, обтёрли крестьянские лапти о коврик, но риелторша шикнула нам, чтоб свои ботинки мы оставили за входной дверью. Добавила, что если обувку украдут, то ответственности они не несут. Неуверенно мы зашли в 30-метровые палаты, и нас сразу же повели на показ раритетной мебели. Закончив восхищаться старым диваном и лакированным столом-книжкой, Анна Вячеславовна усадила нас за стол знакомиться с домовладелицей. И её сыном. Я лишь цитирую заслуженного педагога: — Это Димочка, 38 лет от роду. Именно он — владелец этой квартиры. Купила её я, но всем заведует Дима. У нас имеются ещё три квартиры в Москве и усадьба. Да, мы — коренные москвичи. Всё это унаследует Димуля. Димуля был взрослым мужчиной ростом под два метра, в очках, с засаленным хвостиком и в вытянутой грязной футболке. Нам сразу показалось, что с Димой найти общий язык будет проще, чем с заслуженным педагогом, поэтому мы с радостью восприняли новость, что все расчёты и квартирные вопросы будем вести с Димочкой. Наконец, заплатив всем дань и отправив интеллигенцию в сторону Сокола, мы выдохнули. Мы в Москве! В нашей квартире! На следующий день Димочка позвонил спозаранку: — Мама волнуется, всё ли в порядке с квартирой. Я к вам вечером зайду, а то у мамы сердце болит, и она всю ночь не спала! Так продолжалось три месяца. У домовладелицы регулярно болело сердце, а Димочка — наследник всего имущества — прибегал проверить, всё ли в порядке с драгоценной недвижимостью. Однажды в день оплаты Дима не явился. Писать домовладелице из-за её слабого сердца мы не стали, а решили поехать к нему. Димочка жил не на Соколе, а на Дмитровке. До интеллигентной мамы он ещё не дорос. Дверь нам открыл не достойный наследник московских метров, а пьяный в зюзю, со следами губной помады, с бутылкой вина в руке и голым торсом Димон. Позади него шатался его друг и кричали какие-то женщины: — Димон, ну куда ты ушел? У нас вино красное закончилось! Одна полуголая дама подбежала к Диме и смачно его засосала. Дима смотрел на нас, мы смотрели на Диму. Все молчали. Первым голос подал наследник: — Не рассказывайте маме! Она если узнает, то расстроится и может даже вычеркнет меня из завещания. Я вам скидку сделаю в этом месяце. И ходить к вам больше не буду.  Мы пожали руку Димону и молча удалились. Через пару минут молчания я крикнула мужу: — Бедный, он же даже на той засосавшей его даме жениться не сможет — мама не позволит. Мы точно в правильную сторону на машине времени ехали? Но зато, Остап, мы теперь с тобой свободны. Кажется, мы только что получили вольную😂

Однажды подруга познакомила меня с историческим местом в Москве. Бассейн под открытым небом Чайка существует уже почти 70 лет и давно стал местом притяжения коренной столичной интеллигенции. Расположилась Чайка в самом центре столице. Ценник на годовой абонемент вгоняет в дрожь и равен почти возрасту бассейна, а вот стоимость единоразового посещения немного щемит сердце, но подъёмна. Почитав про богатую историю сего места, я своей скупой рукой всё же протянула двушку администратору. Первое, что бросилось в глаза уже в раздевалке Чайки, были женщины за семьдесят. С шикарными укладками, длинными ногтями и густо намалёванными губами они грациозно и неспешно бороздили воды дорожек, делясь друг с другом последними новостями, в унисон повторяя одну и ту же фразу. Что Чайка уже не та! Не знаю, какой была Чайка до моего посещения, но я проплывала мимо постоянных клиенток бассейна в щенячьем восторге. Я вообще человек не притязательный. За 2 тыщи плаваю тут под открытым небом в самом центре столицы. В январе. Мороз, солнце, а я заплыв устраиваю прямо на улице. Да, бабульки смотрят на меня будто я тут у них воду в бассейне отбираю, но кто знает, как я буду в 70 смотреть на молодёжь. Может я еще клюку из-под воды достану — такой я буду! Помимо бассейна в Чайке ещё была и крошечная сауна, куда мы залетели с подружкой после заплыва. Помещение было забито всё той же московской интеллигенцией старшего поколения, но уже голой. Обсуждения тут не сильно отличались от тех, что велись в бассейне. Чайка уже не та! Ругая Чайку на чём свет стоит, они обмазывались мёдом, натирались скрабами и странно косились на нас — молодёжь в купальниках. После сауны я была разгорячена до максимальной температуры. В голове пульсировало только, что Чайка уже не та. Было подозрение, что не та она как раз из-за нас — юнцов, которые посрамили это историческое место и мешают чинно и благородно отдыхать московской интеллигенции. — Тут же и купель есть? – вспомнила я вдруг ещё одну услугу из буклета, которая входила в мои честно оплаченные 2 тыщи. Бабушки в парной вдруг одновременно на меня покосились, и я в ту же секунду осознала, что должна посрамить ещё одно место в исторической Чайке, в которой уже все уже давным-давно не так! — Карин, а ты в купель-то ныряла когда-нибудь? – удивленно поинтересовалась подруга. — Нет, но какая разница! За всё же уплочено! И за купель тоже! – выбежала я из парной под всё те же причитания опытной интеллигенции. Уверенным шагом я направилась на улицу — прямиком к колодцу с водой неизведанной для меня температуры. Около купели стояли мужчины старшего опять же поколения и что-то обсуждали с очень задумчивыми лицами. Скорее всего, что Чайка уже не та! Купель была свободна. Чем ближе я к ней приближалась, тем заинтересованнее смотрели мужчины. Уверенность моя таяла, но отступать уже было точно нельзя! С невозмутимым лицом я подбежала к колодцу, слетела с лестницы и нырнула. И вот тут я охренела! Всё тело пронзило миллионом иголок, в зобу дыхание спёрло, а тело отказалось слушаться. Я держалась одной рукой за перила лестницы, но пошевелиться не могла. Мужчины продолжали смотреть на меня с нескрываемым интересом. Мне хотелось крикнуть им, чтоб они подали руку и вытащили меня, но я не могла. Я стояла с каменным выражением лица, чтоб у них и мысли не возникло, что мне не по себе. Видимо, выражение лица было не таким уж и бесстрастным, раз подруга в ту же секунду подлетела, схватила меня за волосы и потащила из воды. Я кое-как схватилась второй рукой за лестницу и вытащила своё окоченевшее тело на землю. Мужчины безмолвно продолжали смотреть. Гордо поднявшись с колен, поправила причёску, посмотрела пристально на мужиков и произнесла лишь одну фразу: «Хороша водичка!» Я просто не знаю, что говорят после ныряния в купель, когда тебя вытащили оттуда за волосы. С лицом победителя и высоко поднятой головой я уже удалялась в сауну к голым женщинам, как издалека донёсся мужской голос: — Да, Чайка уже не та!😂

Очень много споров нынче в интернетах разгорается по поводу мужских и женских бюджетов, кто за кого платить должен, и имеет ли право женщина съесть тарелку супа в ресторане за счёт мужчины. Я женщина консервативная, а значит расчётливая — считаю, что за суп в столовке всегда должен платить мужчина. Нет, я тоже могу заплатить, но только в том случае, если мужчина в этой столовке куриной ножкой подавился, задыхается или уже без сознания лежит. Тогда вот можно рассчитывать на мой скромный женский бюджет. Тогда моя скупая рука, так и быть, потянется в мой плотный карман и вытащит шуршащую тыщёнку. За мужчину в нашей семье я всё же иногда плачу. А в последнее время даже чаще, чем хотелось бы. Дело в том, что все вокруг боятся тарелочниц, а в нашем доме появилась таблеточница! Мужчина у нас в доме совсем расклеился. Болезнь сменяла болезнь, хворь тащилась за хворью, недуг погонял недуг, недугом подпинываемый. И всё это требовало лекарств. Я даже глазом не успела моргнуть, как наш пустой шкаф превратился в небольшую сельскую аптеку. Тут вам и антигистаминное, и противовоспалительное, и жаропонижающее, и жароповышающее. От запоров, поносов, вздутий, раздутий и сдуваний, чихов и пуков. От пробок в ушах, соплей в носу, налётов в горле, красного, белого и жёлтого языка. От нервов, бессонницы, сонливости и чересчур бодрости. Возможно, если поискать, то можно даже найти лекарство от икоты у самой стеночки. И все это, вроде бы, не так уж и страшно. Ну подцепил мужчина на старость лет ипохондрическую заразу. Это мы, женщины, считаем, что всё можно вылечить чаем с мёдом, а мужчины – люди науки. Жертвы фармакологии. Да и смерти боятся с годами намного сильнее нас. Поэтому и пугаются каждого чиха, ика и пука. Да и пусть болеют и лечатся, если бы не одно но. Каждый раз, когда Арсений «заболевал», в аптеку он отправлял меня. Ну не ему же «при смерти» бежать. Ну я и бегала на своих здоровых ногах. И покупала все эти таблетки, мази, спреи за свои кровные! Ну не требовать же денег у умирающего человека. Вы, вообще, в своём уме! Но на днях Арсения сморила новая зараза. Довольный врач, который знает уже этого клиента как облупленного, потирая руки, выписал ему новую партию фармацевтического бреда. Благо, состояние больного было не предсмертным, а довольно бодрым и ходячим, поэтому мы поехали с ним по магазинам вместе. Взяли каршеринг и направились по магазинам, а в конце решили заехать в пилюлькин обитель, где меня уже считают городской сумасшедшей, болеющей всем на свете! Подъехали к аптеке уже затемно, но в час пик. Предсентябрьский ажиотаж даже не перебил бензиновый кризис, и парковка около магазина облепили четырёхколесные тарантайки. Припарковаться негде! Остался больной прямо у входа в магазин в машине, а я побежала за лекарствами. В аптеке меня встретили уже как родную. Возможно, аптекарши думают что я ухаживаю сразу за целым домом престарелых, так часто я в последнее время тут появляюсь. В этот раз помимо пакета с пилюльками и мазями я взяла ещё и одноразовые пеленки. Дело в том, что мой больной теперь ещё и в больничку ходит на процедуры и одноразовым больничным пелёнкам не доверяет. Но фармацевты точно думают, что мои болезни прогрессируют, и я уже хожу под себя! С целым пакетом лекарств и пелёнок, я выскочила из магазина на тёмную улицу. Автомобиля у входа уже не было и, стуча от злости зубами, я оглядела парковку. В ряд выстроились арендованные автомобили, и я влетела в самую ближайшую. Сразу обратилась с нежностью к больному: — Ну что, тифозный, с тебя четыре тыщи и забирай свои пилюльки и пелёнки! Целую секунду «тифозный» незнакомец молчал и наконец молвил в темноте: — Женщина, вы что больная? Какие тыщи и пелёнки? Фиг различишь эти одинаковые арендованные машины! Жаль только, что если и попался мне здоровый мужик в машине, то теперь-то точно решит, что захворал. Подцепил какую-нибудь заразу от женщины на парковке. Сумасшедшей с тифом и недержанием🤣

В последний тёплый день прогуливалась я по улочкам столицы. Завернула вправо, влево и сама не поняла, как оказалась в модном хипстерском райончике. Зовется он у нас — Хлебозавод. На этом месте действительно когда-то был настоящий завод по производству хлеба, а теперь район заполнен модными кафешками, арт-пространствами, стильными магазинчиками и вообще величается творческим кластером. Никакого хлеба здесь больше не производят, да и вообще не работают. Собираются тут модные и стильные побездельничать, попить кофейку или винишка и поболтать. На территории этого кластера продвинуто всё. Заведения, люди, разговоры. Как раз рядом с самой продвинутой кофейней, в которой даже продавцов нет, а заказ можно сделать только через приложение, я и остановилась. Но не подумайте, что я настолько продвинута, чтоб с такими технологиями справиться: кофе я приобрела в соседней кофейне, где меня по старинке обслужил настоящий человек, а уселась я около модной кофейни. Рядом со мной уместилась парочка зумеров, ожидающих свой заказ. Два паренька одетых с иголочки вели интересную беседу. И хоть я человек приличный, интеллигентный и уважающий всякие границы и личное пространство, но что-то внутри меня щёлкнуло и заставило выключить аудиокнигу, вынуть наушники и начать беспардонно подслушивать. В общем, хоть человек я и приличный, но всё же женщина, а значит прослушка у меня в крови! — Ну что, ищешь до сих пор работу? — спросил один парнишка другого. — Нееее, не ищу. Я уже устроился очень хорошо. Таких условий я ещё не видел нигде! — с улыбкой ответил тот другой первому. Я же отхлебнула своего немодного кофею и расправила локаторы сильнее. Интересно всё же, как, где и кем работает сейчас молодёжь. Поговаривают, она сейчас вся продвинутая, требовательная к условиям и всяким бонусам. Офисы у них сейчас такие, что и жить в них можно: спортзалы, завтраки, обеды, ужины и даже кровати для тех, кто совсем утомился. Я это всё в интернетах видела. Может парнишка устроился в такое место, где даже не ругают за опоздания и приходить на работу можно, когда настроение есть? Говорят, зумеры совсем не любят работать. — И что там у тебя? Как зарплата? — не унимался первый. — Зарплата вот не очень, но мне деньги-то особо и не нужны. Меня там кормят так! Не сравнить с прошлой работой. Там только сухие завтраки были, а тут у меня и сырники, и оладьи, и блины по утрам. В обед — первое и второе, борщ, пюрешка, котлетки. На ужин вообще готовят, то что закажу, — перечислял социальный пакет счастливчик. А мы с другом уже выпучили глаза. Нет, я конечно, слышала, что сейчас в компаниях с этих зумеров пылинки сдувают, чтоб они не сбежали с работы, но всему же есть предел. Тут пока блинчики с борщом и вечером с котлеткой съешь никаких сил на работу не останется. Вот на моей первой работе никакими сырниками и блинами нас не кормили. Сами из дома приносили чай, бублики и вафли, которые прятали в самом углу общего шкафчика в надежде, что коллеги их не найдут и беспардонно не сожрут! — И химчистка есть у нас. И вставать рано не надо. Больничный вообще шик! Лекарствами обеспечивают и каждый день справляются, как я себя чувствую! — не унимался наглец, обнаруживший лучшее в мире трудовое место. И вот мы уже с другом позеленевшие от зависти почти в унисон завопили, что тоже хотим там работать. — А где работаешь-то? Где такие условия труда? Может и мне податься? — отхлебывая модный кофеёк, требовал пароли и явки друг. — Неее, тебя не возьмут! — закатил глаза работяга и улыбнулся. — Там только одна ставка была и она занята мною. К МАТЕРИ Я ПЕРЕЕХАЛ. Неее, ну то, что на шее у матери висеть — это лучшая работа на свете, мы и до вас, зумеров, знали😂