«Это был просто корпоратив»: муж вернулся домой без обручального кольца и зарплаты.
— Разувайся тихо, ради бога, детей разбудишь. Где тебя носило до пяти утра?
— Света, не начинай. Нормально всё. Это был просто корпоратив.
— Нормально? От тебя за версту разит дешевым коньяком и жареным мясом. Где телефон? Почему отключен?
— Сел он, понимаешь? Батарейка старая, на морозе сразу в ноль ушла. Ну чего ты стоишь в дверях, дай пройти, ноги гудят.
— Проходи. Куртку повесь ровно, а не бросай на обувницу. Руки мой и иди на кухню. Разговаривать будем.
Ставь❤️ и читай продолжение
Вcю неделю Иpина пepживала, ждaла у окна, ходила по злачным местaм, в которых частенько бывал ее любимый Гоша. С каждым днем надeжда на его возвращение угасала. К воскресенью она так отчaялась, что безумное предложение соседки – обратиться к гадалке – перестало казаться глупым.
В понeдельник Ирина нашла пpиличное фото, на котором oтчетливо видны глаза Гошеньки, оделась и отправилась к «прoверенной» вeдунье.
В нeбольшой кoмнатушке было душно. Меcто, где принимала страждущих гадалка, вовсе не походило на магические салоны: круглый стол советских времен, два стула, этажерка с фиалками. И никаких магических атрибутов вроде стеклянных шаров и больших черных книг с заклинаниями.
Ирина сeла на стул, молча протянула фото ведунье и громко выдoxнула, готoвясь yслышать страшное предсказание.
Гадалка мельком взглянула на снимок: «Я с кaртами работаю, фото не нужно», – сказала она и достала потрепанную колоду.
В центр стола гадалка положила крестового короля и начала сеанс. По мотанию головой и цоканью было понятно: расклад не предвещал ничего хорошего для измученного сердца Ирочки.
- Не переживай, сам вернется. Нагуляется и вернется: не может он без тебя все равно, – сказала после долгой паузы гадалка.
- Ох, уж вeрнулся бы... Я eго так жду, не сплю почти, грущу, ищу... – взволновано выдoхнула она.
- Не тaм ищешь. Он жив-здоров, гуляет. Смотрю, ходок тот еще. И рыжая у него какая-то, и мoлодая совсем. Не в первый раз он так с тобой поступает: ухoдит в загул, а потом к тебе бежит со всех ног. А ты всe прощаешь, – ведунья недовольно посмотрела на клиентку.
- Прoщаю... – в голосе Ирины звучало отчаянное смирение.
- Я тебе вот что скажу: до конца жизни он гулять будет. Сейчас вернется, а как приспичит – опять к своим шавкам побежит. А с тобой ему удобно, ты вон как его ждешь. И пригреешь, и накормишь. Ох, дура ты, пользуется он тобой, как хочет! – гадалка, не сдерживая эмоций, пыталась достучаться до Ирины.
- А как же? – она всхлипнула, – Конeчно накормлю, пригрею. Все они такие, кyда деваться, – Ира посмотрела ведунье прямо в глаза, надеясь пoлучить хоть каплю сочувствия.
- Видела всякое. Но что б так!... Ох, бывают мужики гулящие, но ты себе самoго большого кобеля нашла и маешься каждый раз! – отругала клиентку гадaлка.
- К..Кобель? Нaт же... Он не кобель, он кот! – на лице Ирины просияла нeжная улыбка безусловной, искренней любви.
- Как кот? Это я тебе что, на кота гадала? – гадалка взяла фото, которое даже не удoсужилась внимательнее рассмoтреть.
На счастливом семейном снимке красовалась Ирочка, ее муж и хoленый серый кот.
После сеанса Ира успoкоилась. Вернулась домой и стала ждать, как велела гадалка. А спустя два дня среди ночи под окнами раздалось пронзительное «Мя-а-а-у».
Ирина пoдскочила с кровати, пулей вылетела из квартиры и спустилась к пoдъездной двери, чтобы забрать домой своего любимого, слегка пoтрепанного после долгого загула Гошу: «Пойдем домой! Я тебе сметанки купила и курочку. Все как ты любишь, Гoшенька!».
Автор: Anаstаcinhа
Где то год назад ,на прогулке договорились с парнем из соседнего подъезда на вязку наших мопсов. У нас товар- скучающая пышная дама, у них купец- худощавый девственник, с набухшими тестикулами. Жила я на третьем этаже, в доме без лифта. И так получилось, что в день икс дочь соседей выходила замуж. И соответственно весь подъезд украшен шариками, ленточками, свадебными плакатами, а между моей дверью и соседской висит плакат "Невеста наша классная! Как ни крути- прекрасная". И происходит момент, от которого я дар речи потеряла. Стук в дверь, открываю, и стоит передо мной охриневший паренёк, держа своего купца в руках, теребя ему шерсть. И очень жалобным голосом говорит:" Ничего себе вы подготовились. А я даже к чаю ничего не принёс. Просто мы в первый раз. "
Валера — боксер. И собака у Валеры — боксер. Зовут Гвоздь. Потому что ему забить на правила. Гвоздь живет у Валеры. Иногда у Гвоздя бывает такое страшное выражение морды, что мне очевидно, что это Валера живет у Гвоздя, а не Гвоздь — у Валеры.
Валера вечером гуляет с собакой.
Я вечером гуляю с детьми.
Про других собачек я говорю дочке: «Смотри, Катюня, собачка ГАВ — ГАВ. Хочешь погладить?».
Про Гвоздя я так не говорю. Ну нафиг.
Валера похож на своего питомца. Он суровый, как Гвоздь, только без слюней. Мы живем в одном доме, но в разных подъездах.
На Пасху я пыталась с ними подружиться. Хотела угостить Валеру куличом.
Сказала ему:
— Валера, Христос Воскрес.
Валера тяжело посмотрел на меня так, как Гвоздь смотрит на любимый мяч, подранный до дыр, и ответил четко и по делу:
— Знаю. Поздравляю.
Я хотела объяснить Валере, что Христос воскрес не только у меня, а у всех, и даже у Валеры, но не стала.
Про яички, которыми над стучать друг об друга, даже не заикнулась. Валера слишком буквален и прямолинеен для этой информации.
Валера тренирует Гвоздя злобно, но по-дружески. Учит его злости. Накачивает ненавистью. Команды «Сидеть!» и «Встать!» выполняем всем двором.
— Вот мяч, Гвоздь! Мяч — это большой кожаный пузырь. И ты, Гвоздь, большой кожаный пузырь. ФАС, Гвоздь, ФАС!
Однажды мой сосед по имени Иван Васильевич делал ремонт. С 8 утра до 23 вечера. Штробил, сверлил, стучал, громыхал. Выходные его не останавливали.
Я позволила себе сделать замечание Ивану Васильевичу. Встретила его во дворе и попросила шуметь в установленное законом время. У меня был маленький ребенок, и я боролась за право спать по субботам хотя бы до 9.
Иван Васильевич громко и визгливо объяснил мне, что я — курица, мои цыплята для него — чужие, и мои проблемы ему не интересны, а деньги в своем кармане — интересны, поэтому если я не могу потерпеть, то могу смело переезжать.
Иван Васильевич громко и унизительно кричал на меня на пяточке двора, доступном для обзора всему дому. Я растерялась от чужой наглости и понуро молчала. Со стороны мы выглядели как будто отец орет на дочь, которая принесла в подоле.
Я отошла в сторону, присела на скамейку, готовая заплакать. Меня оглушили наглостью, а муж на работе и защитить некому.
— Хочешь, мы его накажем? — спросил Валера, внезапно возникший передо мной. У него играли желваки. Гвоздь тяжело дышал рядом, готовый к мести.
Я испугалась, хотела сказать"Не надо", но Валера не стал ждать моего ответа.
К Ивану Васильевичу подошла процессия из Валеры и Гвоздя. Случилась экспрессия. Иван Васильевич сразу сменил профессию. И агрессию на депрессию. И вероятно конфессию, ибо стал молиться.
Я не знаю, что сказал ему Валера.
Может, он сказал не ему, а Гвоздю. Сказал Гвоздю, что Иван Васильевич — большой кожаный пузырь. И что фас.
Не знаю, но с того момента я спала по субботам сколько хотела.
Вчера вечером мы гуляли на площадке при свете фонарей. Весь день мы были заняты, и только в девять вечера вышли на променад.
Сын увлеченно бегал по площадке, сбрасывал перебродившую мальчишечью энергию. Я отвлеклась на дочь в коляске, потеряла его из виду.
Вдруг я увидела, как к сыну приближается стремительная тень, и через секунду поняла: это Гвоздь.
Сын бегал, чем дразнил Гвоздя, и тот бежал его наказать. У меня от ужаса пропал голос и здравый смысл, и я бросилась наперерез вместе с младшей спасать старшего.
То есть у Гвоздя могло быть сразу три кожаных пузыря: огромный, нормальный и маленький пузырик.
И тут раздался стальной голос Валеры, четкий, командный, резкий:
— СВОИ!!!
Гвоздь врезался в это слово, прям врезался и мгновенно выстроил новый маршрут, взяв влево.
Я застыла на месте. Меня обдали ужасом, и я обтекала паникой.
Ко мне сзади неслышно подошёл Валера и приказал в затылок:
— В этом районе никого никогда не бойся!!! Никого. Никогда. Поняла?
Я кивнула и прошептала пересохшими губами: «Спасибо».
Ну вот. Теперь я боюсь переезжать
Ангелы-хранители всегда являются в разных обличьях.
Ольга Савельева
Бабушка устала от того, что её кошка постоянно рожает и отнесла её к ветеринару, но опытный врач сразу определил, кто её питомец.
Сотрудница ветеринарной клиники рассказала забавную историю, которую она до сих пор не может забыть.
Однажды в лечебницу пришла бабушка со своим питомцем. Хозяйка попросила сделать стерилизацию кошке, поскольку уже намучилась с ней. Вот только бабуля и предположить не могла, что это вовсе не кошка.
Женщина во время беседы с ветеринаром призналась, что у нее уже нет сил кормить и ухаживать за котятами, которых приносит её кошка. Со слов бабушки, это происходит каждый месяц. Кошка нагуляется, а потом приносит котят. Бабуля их выхаживает, кормит и раздает в хорошие руки. Через месяц опять по новой.
Старушка очень устала и попросила простерилизовать кошку, чтобы та больше не беременела. Выслушав хозяйку, ветеринар пришла в замешательство. Ведь кошка не может так часто рожать. Но бабуля настаивала на своём. В итоге врач послушала ее и забрала питомца на стерилизацию. А женщину попросила прийти попозже.
Кошечку стали подготавливать к стерилизации и вот так сюрприз! Кошечка оказалась котом. Сначала ветеринар решила, что у бабушки несколько питомцев и может просто она перепутала и принесла кота вместо кошки. И когда она пришла, у нее спросили. На что бабушка ответила, что у нее только эта кошка. И тогда ветеринар обрадовала ее, что у нее не кошка, а кот.
И тут стало понятно, что у бабули очень порядочный кот, который таскал домой своих же котят. Просто прирожденный папаша!😀
Наталия Давыдова.
УЧИТЕЛЬСКАЯ ОШИБКА
На пороге моего кабинета тогда появилась наша новая учительница, Ирина Васильевна. Помню, как она только приехала к нам по распределению. Худенькая, глаза огромные, испуганные, а пальтишко на ней легонькое, совсем не для наших ветров. Дали ей третий класс. Прежняя-то их учительница на пенсию ушла, вот на молоденькую Ирочку этих деток и повесили. Детки шумные, шебутные, но все свои, деревенские. А среди них - Колька из Сосновки
Эх, Коля… Мальчонка этот был у нас в деревне как заноза. Мать его, Царствие Небесное, утонула, когда ему и шести не исполнилось. Отец, Петр, мужик неплохой был, да сломался. Стал к стакану прикладываться, горе свое топить. А мальчишка остался вроде как при отце, да сам по себе. Бегал по деревне в безразмерной куртке, шмыгал носом и смотрел на всех исподлобья, волчонком.
И появилась у него беда одна. Чуть что не по нему, слово ли кто скажет, замечание ли сделает - Колька тут же плюется. Да не просто так, а прямо в лицо норовит. Как котенок дикий, которого на улице пнули, и он теперь на каждую протянутую руку шипит.
Ирочка наша, Ирина Васильевна, с ним поначалу лаской пробовала. Оставит после уроков, сядет рядышком, заглядывает в глаза его колючие: «Коленька, ну что ж ты делаешь? Разве можно так?» А он молчит, сопит, а потом отвернется - и тьфу ей на туфли. И бежать.
И старшеклассники его ловили, за уши таскали. И бабы наши деревенские ругали, когда он у сельпо в очереди кому-то на подол плюнул. Ничего не помогало. Чем больше на него давили, тем злее он становился. Отгородился от всего мира этой своей слюной, как стеной непробиваемой.
А потом случился тот самый день. Октябрь стоял стылый, грязь на дорогах такая, что сапоги вязли. У Оленьки, одноклассницы Колиной, день рождения был. Девочка она светлая, добрая, из многодетной семьи. Мать ее кулек конфет купила - «Мишка на севере», редкость по тем временам. Оля гордая пришла, в белом фартучке, каждому по конфетке раздает. Подошла к Кольке. Протягивает ему сладость, улыбается:
- Угощайся, Коля.
А он… Он конфету на пол смахнул, шагнул к ней вплотную и плюнул. Прямо в ее круглое, раскрасневшееся от радости личико.
В классе повисла такая тишина, что было слышно, как за окном ветер сухую ветку об стекло бьет. Оля замерла, слезы огромные, как горошины, из глаз покатились, потекли по щекам, смешиваясь с Колькиным плевком.
Вот тут-то у Ирины Васильевны что-то внутри и оборвалось.
Вчера мне позвонила Мошенница. И я наивно поднял трубку… Вижу международный звонок. Номер определился как Кипр. Приятный женский голос говорит:
— Здравствуйте, Игорь!
— Здравствуйте!
— Меня зовут Светлана, международная организация по борьбе с экономическими преступлениями.
Я сразу всё понял — Светлана с Кипра… по борьбе…
— Я слушаю, Вас, Светлана.
— Игорь, Вы сейчас на Кипре?
— Нет, я дома, в Израиле.
— Я так и думала, поэтому я Вам звоню. Вы знаете, что несколько минут назад вашей картой пытались расплатиться за проживание в гостинице Радиссон Бич в Ларнаке?
— Что Вы говорите?!
— Да, 14 тысяч евро. Вы никому не давали свою карту?
— Нет, не давал.
— Вы её не теряли?
— Нет.
— Вы никому не говорили её номер и код?
— Нет, никому.
— Ваша карта сейчас у Вас?
— Да, у меня.
— Вы уверены? Чтобы отменить эту сделку, нам нужно в этом убедиться.
— Карта в кошельке, а кошелёк в машине, я уже вызываю лифт. Вы подождёте?
— Да, конечно.
Я включил чайник, подождал, пока вода закипит, сделал чай и сел за компьютер.
— Светлана, Вы так меня напугали, что я забыл дома ключи от машины. Вы подождёте?
— Подожду.
Я допил чай, просмотрел ленту в Фейсбуке и продолжил:
— Светлана, Вы ещё здесь?
— Да, да.
— Так, все мои карты на месте, какая Вас интересует?
— У Вас есть виза?
— Да, две визы — одна леуми, а другая каль.
— Говорите номера обеих.
— Вы знаете, Светлана, я без очков плохо вижу, а я так спешил, что забыл очки дома. Вы подождёте?
— Да, только пожалуйста побыстрее, а то начальство меня будет ругать за долгие международные разговоры.
— Я уже бегу.
Ещё минут через десять…
— Светлана, я нигде не могу найти мои очки, Вы подождёте?
— Подожду, что с Вами делать.
— Вот, слава богу, нашёл. Пишите...
Пишите: четыре, пять, восемь, ноль, два, два, три два, три, три, шесть два, два, три, четыре. Записали?
— Да, только здесь не хватает одной цифры.
Я называл ей разные номера ещё раз шесть.
— Игорь, Вы издеваетесь?
— Так, Вы же первая начали.
— Старый идиот, — сказала она мне на прощание и повесила трубку.
Если вам тоже позвонит Светлана с Кипра, передайте ей от меня большой привет.
Автор - И. Беленький
Мы когда с женой поженились, нас все предупреждали:
— Вот, — мол, — у вас любовь-морковь, но это не надолго, а потом бытовуха затянет. Борщи, пелёнки и прочее. И никуда от этого не деться.
- Ну ладно, — мы решили, — раз не деться, то куда деваться. Будем решать проблемы по мере их возникновения. И забили.
С тех пор туча лет прошла, борщи, пелёнки — куда без них. По случаю последнего выходного дня решили, вот, пельменей налепить. Тоже типичная бытовуха. Я мясорубку раскочегарил, жена тесто замесила, сели делать. Я тесто раскатываю, супруга собирает, когда затоваривается раскатанными кружками, я присоединяюсь. Обсуждаем тесто, мясо, откуда слово «пельмень» пошло. Хорошо, в принципе, но чего-то не хватает. Завел музычку, гирлянду новогоднюю включил, гирлянда моргает, The Speakeasies' Swing Band играет. Лепим, слушаем, обсуждаем джаз. Хорошо, но можно ещё лучше.
— А вот у меня бутылка арманьяка дареная непочатая с Нового Года стоит, — говорю, — давай продегустируем.
- Арманьяк? Под пельмени? Да ты офигел.
— Не под пельмени, а под джаз. И под процесс.
- А, ну тогда разливай.
Налил по 50, джаз играет, пельмени лепятся, обсуждаем преимущества бюджетных арманьяков над небюджетными коньяками. Хорошо!
— У меня где-то сигара валялась, кстати. Под арманьяк то, надо!
— Милый, ты же не куришь! И в кухне надымишь.
- Да ладно, окно открою потом, пельмешки поставлю, с лавровым листиком, с душистым перцем. Оно и перебьет.
— Ну, тогда давай.
Джаз играет, колечки дыма поднимаются, пельмешек все больше, разговоры все интереснее. Вот теперь вообще зашибись, так бы и лепил до утра, но тесто кончилось. Вот такие пельмешки у нас получились под джаз.
А бракованные мы сварили с душистым перцем и лавровым листиком. И съели, правда без арманьяка, потому что арманьяк под пельмени — извращение. А водки у нас дома не водится, не любим. Ну они и без этого хороши!
А по поводу бытовухи — вот не знаю, засосала она нашу семью уже или надо ещё лет 20 подождать. Но если и засосала, то не мешает. Не всё же любовь-морковь, надо и пельмешки налепить.
Любите друг друга, лепите пельмени и делайте тихий праздник из каждого дня своей жизни...
Oднaжды учительница скaзaлa ему: «Запомни, сын уборщицы никогда не станет директором».
В нaшeм классе учился паренек Пaшa. Ничем особо не выделялся, не двоечник, не отличник, средней успеваемости, paзве, что к математике у него cклoннocть и любoвь была.
Дaжe в олимпиадах районных участвовал и какие-то места брал. Его мама работала в школе техничкой и он ей нepeдко после уроков помогал.
Ведра с вoдoй таскал, полы мыл, стены… в начале его даже подкалывали по этому поводу, но он особо не реагировал и поэтому это быстро надоело одноклассникам и к старшим классам все это воспринимали как вполне нормальное явление и даже иногда помогали его маме ведро с водой дoтaщить куда-нибyдь по шкoлe.
Была у нас учитель биологии Роза Йосифовна, весьма отвратительная особа. Мы ее звали Poзa-Йося или просто Йоськой.
Она былa вecьмa мepкантильной особой и всегда старалась быть вежливой и обходитeльной с теми детьми, родители у которых были состоятельные или на xopоших должностях и особо не цepeмонилась с теми, кто не имел таковых родителей.
Не любoвь к Пaшкe у нee была особой. Стоило ему плохо подготовиться к уроку или выделиться плохим поведением на уроке — она прям заряжалась безумной энергией и пoливaлa eгo всяческими эпитетами, типа «ничего в жизни не достигнешь», «бeздapью pacтешь — будeшь обузой oбщecтва», «такие как ты тoлькo пopтят жизнь окружающим».
Причeм емy вceгда попaдaло большe, чем дpyгим в подобных ситуациях, ну а с «ocoбeнными» дeтьми она вooбще была сама любезность и лояльность.
Oднaжды, в момент таких нападок на Пашку она сказала фразу от которой даже мне стало крайне неприятно — «Запомни, сын уборщицы никогда не станет диpeктopoм, равно как и сын директора никогда не опycтитcя дo уборщика!».
На 20-летие выпycка coбpaлось больше пoлoвины клacca, был и Пaшкa. Пpиглacили нecкoлькиx нaшиx yчитeлeй, в тoм чиcлe и Йocькy, хотя в нaшeм клacce oнa клaccным руководителем не была, она одно время была «классной» у параллельного класса, с кoторым мы объединились в 10м классе.
Йоська, хоть и изрядно постарела, но...
но сущность ее не поменялась - чуть ли не с порога кафе начала расспрашивать у всех кто чего добился. Когда очередь дошла до Павла, она язвитeльнo подколола: "Павлуш, ну а ты, чем занимаешься, надеюсь полы не моешь?". Даже не пытаясь улыбнуться шутке учителя, Павел спокойно ответил: "Дома строю!".
- Стpoитель значит? - продолжила Роза Йосифовна.
- Не совсем. Фирма у меня по строительству своя... Генеральный директор - скромно ответил Паша.
Лицo Йоськи поплыло, а речь стала несобранной и дребезжащей. Окончaтeльным yдapoм для нее стало, то что когда она собралась уезжать из кaфe, пpocидев с нами менее часа, Паша распорядился своему водителю, на Mepceдесе представительского класса, отвезти ее домой. В машину она сaдилaсь мрачнее тучи.
«Это был просто корпоратив»: муж вернулся домой без обручального кольца и зарплаты.
— Разувайся тихо, ради бога, детей разбудишь. Где тебя носило до пяти утра?
— Света, не начинай. Нормально всё. Это был просто корпоратив.
— Нормально? От тебя за версту разит дешевым коньяком и жареным мясом. Где телефон? Почему отключен?
— Сел он, понимаешь? Батарейка старая, на морозе сразу в ноль ушла. Ну чего ты стоишь в дверях, дай пройти, ноги гудят.
— Проходи. Куртку повесь ровно, а не бросай на обувницу. Руки мой и иди на кухню. Разговаривать будем.
Ставь❤️ и читай продолжение
Вcю неделю Иpина пepживала, ждaла у окна, ходила по злачным местaм, в которых частенько бывал ее любимый Гоша. С каждым днем надeжда на его возвращение угасала. К воскресенью она так отчaялась, что безумное предложение соседки – обратиться к гадалке – перестало казаться глупым.
В понeдельник Ирина нашла пpиличное фото, на котором oтчетливо видны глаза Гошеньки, оделась и отправилась к «прoверенной» вeдунье.
В нeбольшой кoмнатушке было душно. Меcто, где принимала страждущих гадалка, вовсе не походило на магические салоны: круглый стол советских времен, два стула, этажерка с фиалками. И никаких магических атрибутов вроде стеклянных шаров и больших черных книг с заклинаниями.
Ирина сeла на стул, молча протянула фото ведунье и громко выдoxнула, готoвясь yслышать страшное предсказание.
Гадалка мельком взглянула на снимок: «Я с кaртами работаю, фото не нужно», – сказала она и достала потрепанную колоду.
В центр стола гадалка положила крестового короля и начала сеанс. По мотанию головой и цоканью было понятно: расклад не предвещал ничего хорошего для измученного сердца Ирочки.
- Не переживай, сам вернется. Нагуляется и вернется: не может он без тебя все равно, – сказала после долгой паузы гадалка.
- Ох, уж вeрнулся бы... Я eго так жду, не сплю почти, грущу, ищу... – взволновано выдoхнула она.
- Не тaм ищешь. Он жив-здоров, гуляет. Смотрю, ходок тот еще. И рыжая у него какая-то, и мoлодая совсем. Не в первый раз он так с тобой поступает: ухoдит в загул, а потом к тебе бежит со всех ног. А ты всe прощаешь, – ведунья недовольно посмотрела на клиентку.
- Прoщаю... – в голосе Ирины звучало отчаянное смирение.
- Я тебе вот что скажу: до конца жизни он гулять будет. Сейчас вернется, а как приспичит – опять к своим шавкам побежит. А с тобой ему удобно, ты вон как его ждешь. И пригреешь, и накормишь. Ох, дура ты, пользуется он тобой, как хочет! – гадалка, не сдерживая эмоций, пыталась достучаться до Ирины.
- А как же? – она всхлипнула, – Конeчно накормлю, пригрею. Все они такие, кyда деваться, – Ира посмотрела ведунье прямо в глаза, надеясь пoлучить хоть каплю сочувствия.
- Видела всякое. Но что б так!... Ох, бывают мужики гулящие, но ты себе самoго большого кобеля нашла и маешься каждый раз! – отругала клиентку гадaлка.
- К..Кобель? Нaт же... Он не кобель, он кот! – на лице Ирины просияла нeжная улыбка безусловной, искренней любви.
- Как кот? Это я тебе что, на кота гадала? – гадалка взяла фото, которое даже не удoсужилась внимательнее рассмoтреть.
На счастливом семейном снимке красовалась Ирочка, ее муж и хoленый серый кот.
После сеанса Ира успoкоилась. Вернулась домой и стала ждать, как велела гадалка. А спустя два дня среди ночи под окнами раздалось пронзительное «Мя-а-а-у».
Ирина пoдскочила с кровати, пулей вылетела из квартиры и спустилась к пoдъездной двери, чтобы забрать домой своего любимого, слегка пoтрепанного после долгого загула Гошу: «Пойдем домой! Я тебе сметанки купила и курочку. Все как ты любишь, Гoшенька!».
Автор: Anаstаcinhа
Где то год назад ,на прогулке договорились с парнем из соседнего подъезда на вязку наших мопсов. У нас товар- скучающая пышная дама, у них купец- худощавый девственник, с набухшими тестикулами. Жила я на третьем этаже, в доме без лифта. И так получилось, что в день икс дочь соседей выходила замуж. И соответственно весь подъезд украшен шариками, ленточками, свадебными плакатами, а между моей дверью и соседской висит плакат "Невеста наша классная! Как ни крути- прекрасная". И происходит момент, от которого я дар речи потеряла. Стук в дверь, открываю, и стоит передо мной охриневший паренёк, держа своего купца в руках, теребя ему шерсть. И очень жалобным голосом говорит:" Ничего себе вы подготовились. А я даже к чаю ничего не принёс. Просто мы в первый раз. "
Валера — боксер. И собака у Валеры — боксер. Зовут Гвоздь. Потому что ему забить на правила. Гвоздь живет у Валеры. Иногда у Гвоздя бывает такое страшное выражение морды, что мне очевидно, что это Валера живет у Гвоздя, а не Гвоздь — у Валеры.
Валера вечером гуляет с собакой.
Я вечером гуляю с детьми.
Про других собачек я говорю дочке: «Смотри, Катюня, собачка ГАВ — ГАВ. Хочешь погладить?».
Про Гвоздя я так не говорю. Ну нафиг.
Валера похож на своего питомца. Он суровый, как Гвоздь, только без слюней. Мы живем в одном доме, но в разных подъездах.
На Пасху я пыталась с ними подружиться. Хотела угостить Валеру куличом.
Сказала ему:
— Валера, Христос Воскрес.
Валера тяжело посмотрел на меня так, как Гвоздь смотрит на любимый мяч, подранный до дыр, и ответил четко и по делу:
— Знаю. Поздравляю.
Я хотела объяснить Валере, что Христос воскрес не только у меня, а у всех, и даже у Валеры, но не стала.
Про яички, которыми над стучать друг об друга, даже не заикнулась. Валера слишком буквален и прямолинеен для этой информации.
Валера тренирует Гвоздя злобно, но по-дружески. Учит его злости. Накачивает ненавистью. Команды «Сидеть!» и «Встать!» выполняем всем двором.
— Вот мяч, Гвоздь! Мяч — это большой кожаный пузырь. И ты, Гвоздь, большой кожаный пузырь. ФАС, Гвоздь, ФАС!
Однажды мой сосед по имени Иван Васильевич делал ремонт. С 8 утра до 23 вечера. Штробил, сверлил, стучал, громыхал. Выходные его не останавливали.
Я позволила себе сделать замечание Ивану Васильевичу. Встретила его во дворе и попросила шуметь в установленное законом время. У меня был маленький ребенок, и я боролась за право спать по субботам хотя бы до 9.
Иван Васильевич громко и визгливо объяснил мне, что я — курица, мои цыплята для него — чужие, и мои проблемы ему не интересны, а деньги в своем кармане — интересны, поэтому если я не могу потерпеть, то могу смело переезжать.
Иван Васильевич громко и унизительно кричал на меня на пяточке двора, доступном для обзора всему дому. Я растерялась от чужой наглости и понуро молчала. Со стороны мы выглядели как будто отец орет на дочь, которая принесла в подоле.
Я отошла в сторону, присела на скамейку, готовая заплакать. Меня оглушили наглостью, а муж на работе и защитить некому.
— Хочешь, мы его накажем? — спросил Валера, внезапно возникший передо мной. У него играли желваки. Гвоздь тяжело дышал рядом, готовый к мести.
Я испугалась, хотела сказать"Не надо", но Валера не стал ждать моего ответа.
К Ивану Васильевичу подошла процессия из Валеры и Гвоздя. Случилась экспрессия. Иван Васильевич сразу сменил профессию. И агрессию на депрессию. И вероятно конфессию, ибо стал молиться.
Я не знаю, что сказал ему Валера.
Может, он сказал не ему, а Гвоздю. Сказал Гвоздю, что Иван Васильевич — большой кожаный пузырь. И что фас.
Не знаю, но с того момента я спала по субботам сколько хотела.
Вчера вечером мы гуляли на площадке при свете фонарей. Весь день мы были заняты, и только в девять вечера вышли на променад.
Сын увлеченно бегал по площадке, сбрасывал перебродившую мальчишечью энергию. Я отвлеклась на дочь в коляске, потеряла его из виду.
Вдруг я увидела, как к сыну приближается стремительная тень, и через секунду поняла: это Гвоздь.
Сын бегал, чем дразнил Гвоздя, и тот бежал его наказать. У меня от ужаса пропал голос и здравый смысл, и я бросилась наперерез вместе с младшей спасать старшего.
То есть у Гвоздя могло быть сразу три кожаных пузыря: огромный, нормальный и маленький пузырик.
И тут раздался стальной голос Валеры, четкий, командный, резкий:
— СВОИ!!!
Гвоздь врезался в это слово, прям врезался и мгновенно выстроил новый маршрут, взяв влево.
Я застыла на месте. Меня обдали ужасом, и я обтекала паникой.
Ко мне сзади неслышно подошёл Валера и приказал в затылок:
— В этом районе никого никогда не бойся!!! Никого. Никогда. Поняла?
Я кивнула и прошептала пересохшими губами: «Спасибо».
Ну вот. Теперь я боюсь переезжать
Ангелы-хранители всегда являются в разных обличьях.
Ольга Савельева
Бабушка устала от того, что её кошка постоянно рожает и отнесла её к ветеринару, но опытный врач сразу определил, кто её питомец.
Сотрудница ветеринарной клиники рассказала забавную историю, которую она до сих пор не может забыть.
Однажды в лечебницу пришла бабушка со своим питомцем. Хозяйка попросила сделать стерилизацию кошке, поскольку уже намучилась с ней. Вот только бабуля и предположить не могла, что это вовсе не кошка.
Женщина во время беседы с ветеринаром призналась, что у нее уже нет сил кормить и ухаживать за котятами, которых приносит её кошка. Со слов бабушки, это происходит каждый месяц. Кошка нагуляется, а потом приносит котят. Бабуля их выхаживает, кормит и раздает в хорошие руки. Через месяц опять по новой.
Старушка очень устала и попросила простерилизовать кошку, чтобы та больше не беременела. Выслушав хозяйку, ветеринар пришла в замешательство. Ведь кошка не может так часто рожать. Но бабуля настаивала на своём. В итоге врач послушала ее и забрала питомца на стерилизацию. А женщину попросила прийти попозже.
Кошечку стали подготавливать к стерилизации и вот так сюрприз! Кошечка оказалась котом. Сначала ветеринар решила, что у бабушки несколько питомцев и может просто она перепутала и принесла кота вместо кошки. И когда она пришла, у нее спросили. На что бабушка ответила, что у нее только эта кошка. И тогда ветеринар обрадовала ее, что у нее не кошка, а кот.
И тут стало понятно, что у бабули очень порядочный кот, который таскал домой своих же котят. Просто прирожденный папаша!😀
Наталия Давыдова.
УЧИТЕЛЬСКАЯ ОШИБКА
На пороге моего кабинета тогда появилась наша новая учительница, Ирина Васильевна. Помню, как она только приехала к нам по распределению. Худенькая, глаза огромные, испуганные, а пальтишко на ней легонькое, совсем не для наших ветров. Дали ей третий класс. Прежняя-то их учительница на пенсию ушла, вот на молоденькую Ирочку этих деток и повесили. Детки шумные, шебутные, но все свои, деревенские. А среди них - Колька из Сосновки
Эх, Коля… Мальчонка этот был у нас в деревне как заноза. Мать его, Царствие Небесное, утонула, когда ему и шести не исполнилось. Отец, Петр, мужик неплохой был, да сломался. Стал к стакану прикладываться, горе свое топить. А мальчишка остался вроде как при отце, да сам по себе. Бегал по деревне в безразмерной куртке, шмыгал носом и смотрел на всех исподлобья, волчонком.
И появилась у него беда одна. Чуть что не по нему, слово ли кто скажет, замечание ли сделает - Колька тут же плюется. Да не просто так, а прямо в лицо норовит. Как котенок дикий, которого на улице пнули, и он теперь на каждую протянутую руку шипит.
Ирочка наша, Ирина Васильевна, с ним поначалу лаской пробовала. Оставит после уроков, сядет рядышком, заглядывает в глаза его колючие: «Коленька, ну что ж ты делаешь? Разве можно так?» А он молчит, сопит, а потом отвернется - и тьфу ей на туфли. И бежать.
И старшеклассники его ловили, за уши таскали. И бабы наши деревенские ругали, когда он у сельпо в очереди кому-то на подол плюнул. Ничего не помогало. Чем больше на него давили, тем злее он становился. Отгородился от всего мира этой своей слюной, как стеной непробиваемой.
А потом случился тот самый день. Октябрь стоял стылый, грязь на дорогах такая, что сапоги вязли. У Оленьки, одноклассницы Колиной, день рождения был. Девочка она светлая, добрая, из многодетной семьи. Мать ее кулек конфет купила - «Мишка на севере», редкость по тем временам. Оля гордая пришла, в белом фартучке, каждому по конфетке раздает. Подошла к Кольке. Протягивает ему сладость, улыбается:
- Угощайся, Коля.
А он… Он конфету на пол смахнул, шагнул к ней вплотную и плюнул. Прямо в ее круглое, раскрасневшееся от радости личико.
В классе повисла такая тишина, что было слышно, как за окном ветер сухую ветку об стекло бьет. Оля замерла, слезы огромные, как горошины, из глаз покатились, потекли по щекам, смешиваясь с Колькиным плевком.
Вот тут-то у Ирины Васильевны что-то внутри и оборвалось.
Вчера мне позвонила Мошенница. И я наивно поднял трубку… Вижу международный звонок. Номер определился как Кипр. Приятный женский голос говорит:
— Здравствуйте, Игорь!
— Здравствуйте!
— Меня зовут Светлана, международная организация по борьбе с экономическими преступлениями.
Я сразу всё понял — Светлана с Кипра… по борьбе…
— Я слушаю, Вас, Светлана.
— Игорь, Вы сейчас на Кипре?
— Нет, я дома, в Израиле.
— Я так и думала, поэтому я Вам звоню. Вы знаете, что несколько минут назад вашей картой пытались расплатиться за проживание в гостинице Радиссон Бич в Ларнаке?
— Что Вы говорите?!
— Да, 14 тысяч евро. Вы никому не давали свою карту?
— Нет, не давал.
— Вы её не теряли?
— Нет.
— Вы никому не говорили её номер и код?
— Нет, никому.
— Ваша карта сейчас у Вас?
— Да, у меня.
— Вы уверены? Чтобы отменить эту сделку, нам нужно в этом убедиться.
— Карта в кошельке, а кошелёк в машине, я уже вызываю лифт. Вы подождёте?
— Да, конечно.
Я включил чайник, подождал, пока вода закипит, сделал чай и сел за компьютер.
— Светлана, Вы так меня напугали, что я забыл дома ключи от машины. Вы подождёте?
— Подожду.
Я допил чай, просмотрел ленту в Фейсбуке и продолжил:
— Светлана, Вы ещё здесь?
— Да, да.
— Так, все мои карты на месте, какая Вас интересует?
— У Вас есть виза?
— Да, две визы — одна леуми, а другая каль.
— Говорите номера обеих.
— Вы знаете, Светлана, я без очков плохо вижу, а я так спешил, что забыл очки дома. Вы подождёте?
— Да, только пожалуйста побыстрее, а то начальство меня будет ругать за долгие международные разговоры.
— Я уже бегу.
Ещё минут через десять…
— Светлана, я нигде не могу найти мои очки, Вы подождёте?
— Подожду, что с Вами делать.
— Вот, слава богу, нашёл. Пишите...
Пишите: четыре, пять, восемь, ноль, два, два, три два, три, три, шесть два, два, три, четыре. Записали?
— Да, только здесь не хватает одной цифры.
Я называл ей разные номера ещё раз шесть.
— Игорь, Вы издеваетесь?
— Так, Вы же первая начали.
— Старый идиот, — сказала она мне на прощание и повесила трубку.
Если вам тоже позвонит Светлана с Кипра, передайте ей от меня большой привет.
Автор - И. Беленький
Мы когда с женой поженились, нас все предупреждали:
— Вот, — мол, — у вас любовь-морковь, но это не надолго, а потом бытовуха затянет. Борщи, пелёнки и прочее. И никуда от этого не деться.
- Ну ладно, — мы решили, — раз не деться, то куда деваться. Будем решать проблемы по мере их возникновения. И забили.
С тех пор туча лет прошла, борщи, пелёнки — куда без них. По случаю последнего выходного дня решили, вот, пельменей налепить. Тоже типичная бытовуха. Я мясорубку раскочегарил, жена тесто замесила, сели делать. Я тесто раскатываю, супруга собирает, когда затоваривается раскатанными кружками, я присоединяюсь. Обсуждаем тесто, мясо, откуда слово «пельмень» пошло. Хорошо, в принципе, но чего-то не хватает. Завел музычку, гирлянду новогоднюю включил, гирлянда моргает, The Speakeasies' Swing Band играет. Лепим, слушаем, обсуждаем джаз. Хорошо, но можно ещё лучше.
— А вот у меня бутылка арманьяка дареная непочатая с Нового Года стоит, — говорю, — давай продегустируем.
- Арманьяк? Под пельмени? Да ты офигел.
— Не под пельмени, а под джаз. И под процесс.
- А, ну тогда разливай.
Налил по 50, джаз играет, пельмени лепятся, обсуждаем преимущества бюджетных арманьяков над небюджетными коньяками. Хорошо!
— У меня где-то сигара валялась, кстати. Под арманьяк то, надо!
— Милый, ты же не куришь! И в кухне надымишь.
- Да ладно, окно открою потом, пельмешки поставлю, с лавровым листиком, с душистым перцем. Оно и перебьет.
— Ну, тогда давай.
Джаз играет, колечки дыма поднимаются, пельмешек все больше, разговоры все интереснее. Вот теперь вообще зашибись, так бы и лепил до утра, но тесто кончилось. Вот такие пельмешки у нас получились под джаз.
А бракованные мы сварили с душистым перцем и лавровым листиком. И съели, правда без арманьяка, потому что арманьяк под пельмени — извращение. А водки у нас дома не водится, не любим. Ну они и без этого хороши!
А по поводу бытовухи — вот не знаю, засосала она нашу семью уже или надо ещё лет 20 подождать. Но если и засосала, то не мешает. Не всё же любовь-морковь, надо и пельмешки налепить.
Любите друг друга, лепите пельмени и делайте тихий праздник из каждого дня своей жизни...
Oднaжды учительница скaзaлa ему: «Запомни, сын уборщицы никогда не станет директором».
В нaшeм классе учился паренек Пaшa. Ничем особо не выделялся, не двоечник, не отличник, средней успеваемости, paзве, что к математике у него cклoннocть и любoвь была.
Дaжe в олимпиадах районных участвовал и какие-то места брал. Его мама работала в школе техничкой и он ей нepeдко после уроков помогал.
Ведра с вoдoй таскал, полы мыл, стены… в начале его даже подкалывали по этому поводу, но он особо не реагировал и поэтому это быстро надоело одноклассникам и к старшим классам все это воспринимали как вполне нормальное явление и даже иногда помогали его маме ведро с водой дoтaщить куда-нибyдь по шкoлe.
Была у нас учитель биологии Роза Йосифовна, весьма отвратительная особа. Мы ее звали Poзa-Йося или просто Йоськой.
Она былa вecьмa мepкантильной особой и всегда старалась быть вежливой и обходитeльной с теми детьми, родители у которых были состоятельные или на xopоших должностях и особо не цepeмонилась с теми, кто не имел таковых родителей.
Не любoвь к Пaшкe у нee была особой. Стоило ему плохо подготовиться к уроку или выделиться плохим поведением на уроке — она прям заряжалась безумной энергией и пoливaлa eгo всяческими эпитетами, типа «ничего в жизни не достигнешь», «бeздapью pacтешь — будeшь обузой oбщecтва», «такие как ты тoлькo пopтят жизнь окружающим».
Причeм емy вceгда попaдaло большe, чем дpyгим в подобных ситуациях, ну а с «ocoбeнными» дeтьми она вooбще была сама любезность и лояльность.
Oднaжды, в момент таких нападок на Пашку она сказала фразу от которой даже мне стало крайне неприятно — «Запомни, сын уборщицы никогда не станет диpeктopoм, равно как и сын директора никогда не опycтитcя дo уборщика!».
На 20-летие выпycка coбpaлось больше пoлoвины клacca, был и Пaшкa. Пpиглacили нecкoлькиx нaшиx yчитeлeй, в тoм чиcлe и Йocькy, хотя в нaшeм клacce oнa клaccным руководителем не была, она одно время была «классной» у параллельного класса, с кoторым мы объединились в 10м классе.
Йоська, хоть и изрядно постарела, но...
но сущность ее не поменялась - чуть ли не с порога кафе начала расспрашивать у всех кто чего добился. Когда очередь дошла до Павла, она язвитeльнo подколола: "Павлуш, ну а ты, чем занимаешься, надеюсь полы не моешь?". Даже не пытаясь улыбнуться шутке учителя, Павел спокойно ответил: "Дома строю!".
- Стpoитель значит? - продолжила Роза Йосифовна.
- Не совсем. Фирма у меня по строительству своя... Генеральный директор - скромно ответил Паша.
Лицo Йоськи поплыло, а речь стала несобранной и дребезжащей. Окончaтeльным yдapoм для нее стало, то что когда она собралась уезжать из кaфe, пpocидев с нами менее часа, Паша распорядился своему водителю, на Mepceдесе представительского класса, отвезти ее домой. В машину она сaдилaсь мрачнее тучи.