Аналитика каналаMaxСиничкина

Сегодня Международный день кофе. То есть официально разрешено пить его с чистой совестью. А не как обычно — с чувством, что ты слабая, зависимая, безвольная жертва капитализма, у которой внутри жабка лежит в анафилактическом шоке от расценок на эти фрешпрессы и голосом тоненьким и хриплым просит пощады и невыполнимых обещаний, что это последний раз, что с завтра новая жизнь, экономная, безтакихардийная, на зелёном чае, в нём между прочим тоже кофеин, и пусть невкусный, не вороти нос, транжира и безбожница. Утренний дома — это ладно, это можно, это не дорого и вообще единственные три минуты в день, когда ты никому не вредишь и не принимаешь дебильных решений. И оно, конечно, правда, но кофе я сильно люблю. А тут же ещё и учёные подзуживают, рассказывают про пять чашек в день, которые вообще-то аж полезно. Для сердца, мозга и прочих важных потрохов. Если утренний ты дома и успеешь выпить, остальные чашки всё равно в рабочем галопе через кофейню. А если средний чек умножить на четыре, на тридцать дней… Я не буду называть цифру. Мне плохо становится. И грустно. И тошно. И дайте лечебную дозу эспрессо, лечите мне душу и дёрганое тельце, которое могло бы снимать себе отдельную квартирку на сэкономленные деньги. Но зачем оно мне, если там не будет ни кофемашины, ни турки. В общем — с праздником, что ли.

Знаете, бывает уборка, а бывает генеральная уборка. А у меня ещё есть следующий этап - уборка предсмертная. В смысле драить каждый сантиметр до трясущихся рук. Сдохну, но все тут будет сиять. У меня сегодня такая была. Окна, кухня, полы, мебель. Все отмыла. В каждую пыльную щель залезла. Ни одна соринка от меня не спряталась. Чисто как в операционной. И вот главное, в этой чистоте побыть хоть пять минут. Сесть выпить чая, например, чтобы запомнить эту чистую комнату такой, какой она была до прихода моих кровных сожителей. Ровно через десять минут ничего от этого не останется, только дрожь в руках и кипяток в чайнике.

Спасибо за поздравления! За вас😂♥️

Сегодня у моего мужа день рождения. И я совершила невозможное. Я испекла Цветаевский пирог. Перечитайте ещё раз. Медленно. Я. Испекла. Пирог. Не что-то похожее на пирог. Не углеводную форму жизни, отдалённо напоминающую выпечку. А прям пирог, прям можно его есть, не опасаясь за последствия. И который, по словам мужа, был приемлемым. Что в переводе с его психически-перфекционисткого — считай, очень вкусно. Готовила по рецепту из книги, может только печатная продукция творит чудеса и превращает из рукожопов в Золушек, я не знаю. А про название рецепта — отдельная история. Говорят, когда семья Цветаевой гостила в Тарусе их кухарка часто готовила этот пирог. А сама же Марина Ивановна, по воспоминаниям, готовить не умела и не любила. То есть пирог назван в честь поэта, который к кулинарии отношения не имел, а просто жил в доме, где его пекли. Мне это очень близко, пожалуй этот пирог мы переименуем на Синичикин.

Я росла в скромных условиях. Во-первых, это были девяностые. Во-вторых, мы в принципе были не графья: папа участковый, мама лаборант. И все наши родственники по обе родительские ветки были примерно нашего уровня, а то и ниже. Кроме одних наших московским родственников. Чтобы понимать уровень важности и зависящего от этого благосостояния, могу вам сказать, что по теории шести рукопожатий тогда девятилетнюю меня от Ельцина отделяло только одно. Так вот эти наши родственники никогда не воротили нос от регулярного нашествия братьев, сестр, племянников и бесконечного количества двоюродных внуков. К ним приезжали в гости потому что очень соскучились и заодно решали всякие житейские вопросы: кому-то помогали с поступлением, кому-то с должностью, кому-то просто перепадало всяких ништяков с барского плеча. Однажды бабушка тоже решила поехать и подкрепить кровное родство визитом. С собой взяла меня. Ни ей, ни мне ничего по возрасту от родственников было не надо, так что, полагаю, цель нашей поездки состояла в том, чтобы просто поглазеть как это - жить богато. Первые мои впечатления оказались тусклее ожидаемого. В Мерседесе укачивало, шкуры медведей неприятно пахли, а консьерж в доме был чуть приветливее волкодава. Бабушкины были ярче и она всегда со мной ими делилась. Хотя может и не со мной, потому что в этот момент глаза ее закатывались куда-то к потолку. - Видела, какая кухня бывает большая? Как вся наша квартира. - А коту, видела, что дают? Чистую вырезку! Говядину! В ценах на квадратные метры и говядину я не ориентировалась, поэтому просто угукала, стараясь придать этому звуку понимающее выражение. В этой богатой жизни меня удивила лишь одна вещь, которую я видела впервые. Когда нас с бабушкой никто не слышал, я спросила, что это за штуковина такая в ванной комнате между туалетом и ванной. Бабушка сказала, что это биде. От того, что эта штука называлась биде, удовлетворения я не получила и пришлось уточнить, зачем оно вообще нужно, это биде. -Ну как зачем?! - Вскинула руки бабушка и добавила, всем известную кроме меня меня, истину - Для статуса! Много лет прошло, а для меня эта истина так и осталась непреложной. Вижу в доме биде, сразу проникаюсь уважением к хозяевам.

Спускалась по лестнице, поворачиваю на следующий пролёт, а там страшные дядьки в касках и с пистолетами. Я, конечно, поняла что это охрана чьей-то квартиры приехала на вызов, но за секунду до этого всё-таки успела очень сильно испугаться. А я когда боюсь, я начинаю сразу шутить (в основном дебильно, потому что я идиот). Поэтому я зачем-то подняла руки вверх и сдалась со словами «Гитлер капут». Не спрашивайте. Я же говорю, идиот. Потом понимаю, что шутка слишком плохая и пытаюсь исправиться и добавляю: — Ладно-ладно, шучу. Я поняла, что вы счетчики поверять пришли. Мужчины смотрят на меня взглядом, которым жалеют, что меня нельзя немножко пристрелить. Я смотрю на их пистолеты взглядом «точно же нельзя, а то я ещё анекдот вспомнила»? И на всякий случай объясняю: — Извините, я всегда так когда нервничаю. — А вы не нервничайте, женщина. Идите — стальным голосом говорит дядька в каске. А я от этой неловкой ситуации нервничаю ещё больше, поэтому продолжаю, спускаясь ниже: — А я не женщина. И не балерина. Имя Ибрагим вам о чем-нибудь говорит? Ох, твмать, опять кандибобер забыла надеть. Щас уши замёрзнут. А дядьки так громко молчат мне в след, как будто не знают этого прикола. Или как будто прицеливаются.

Нет, ну вот всё-таки насчёт осенней хандры я никак не пойму. Вы просто возьмите термос с чаем и горячие бутерброды — и идите погулять часиков пять по этой красоте. Как же хорошо! Че дома делать? Пролежни в крошках отращивать и зрение об телевизор портить? Мои опять поперёк возникают: домой пора, ноги устали, есть им хочется. Счастье и радость, говорят, дома на диванах. Они издеваются, что ли?